Смерть на Ниле [= Убийство на пароходе 'Карнак'] - Агата Кристи

На следующий день вечером Корнелия Робсон вновь отправиласьв храм Абу-Симбель. Было жарко и тихо. «Карнак» во второй раз остановился вАбу-Симбеле, чтобы путешественники могли еще раз посетить храм, на этот раз приискусственном освещении. Разница была огромная, и Корнелия делилась своимивосторгами с Фергюсоном, который сопровождал ее.

– Ах, где же доктор Бесснер, он бы мне все объяснил! –сказала она.

– Не понимаю, как вы можете выносить этого старого зануду, –мрачно отрезал Фергюсон.

– Да что вы, он самый добрый из всех моих знакомых!

– Напыщенный старый дурак!

– Мне кажется, вам не следует говорить о нем таким образом.

Молодой человек вдруг схватил ее за руку. Они стояли у входав храм. Светила луна.

– Почему вас тянет к старым жирным идиотам, и почему выпозволяете издеваться над собой злобной старой карге?

– Что с вами, мистер Фергюсон?

– Неужели у вас нет характера? Неужели вы не понимаете – вытакой же человек, как она? Вы лучше! На этом пароходе вы самая прекрасная! Незабывайте об этом, – порывисто проговорил он и пошел в другую сторону.

Мисс Ван Скулер была занята беседой с доктором Бесснером.Мирная беседа о знаменитых пациентах доктора.

– Я, кажется, не очень задержалась, – виновато сказалаКорнелия.

Старая дама взглянула на часы и произнесла:

– Не очень-то вы спешили, милочка. Куда вы подевали моюбархатную накидку.

Корнелия беспомощно оглянулась.

– Может быть, она в каюте, разрешите я пойду взгляну.

– Ее там нет, разумеется. После ужина она была на мне, а яне выходила отсюда никуда. Накидка висела на спинке кресла.

Корнелия обошла салон.

– Нигде нет, кузина Мэри.

– Чепуха, – отрезала мисс Ван Скулер.

– Ищите как следует.

Так приказывают собаке, и, подобно покорной собаке, Корнелияповиновалась.

Молчаливый мистер Фантора, который сидел за соседнимстоликом, встал и тоже принялся искать. Но накидку обнаружить не удалось.

Ушедший день был знойным и душным, и поэтому большинствопутешественников вернулись с берега и рано разошлись по своим каютам.

В углу за столиком Дойли, Пеннингтон и Рэйс играли в бридж.Кроме них в салоне находился лишь Пуаро, который облокотился на столик и,подперев голову руками, тяжело зевал.

Мисс Ван Скулер, величественно шествуя по направлению квыходу в сопровождении мисс Бауэрс и Корнелии, задержалась у его столика. Онвежливо вскочил, подавляя широкий зевок.

– Я только что узнала, кто вы такой, мсье Пуаро. Я слышала овас от своего старого друга Рудгуса Ван Алдина. Я непременно хочу послушать окаком-нибудь из ваших дел.

Смешливые искорки заиграли сквозь сонливость в глазах Пуаро.Он поклонился преувеличенно учтиво. Снисходительно кивнув головой, мисс ВанСкулер удалилась.

Пуаро зевнул. Ему ужасно хотелось спать, голова былатяжелой, глаза сами собой закрывались. Он посмотрел на играющих в бридж, онибыли захвачены игрой, и на молодого Фантора, углубившегося в книгу. Больше вкомнате никого не было.

Он прошел сквозь дверь-вертушку на палубу и чуть нестолкнулся с Жаклиной де Бельфорт, которая стремительно шла ему навстречу.

– Простите, мадемуазель.

– Вы совсем сонный, мсье Пуаро, – сказала она.

– Да, я прямо засыпаю на ходу, – согласился он, – глазаслипаются. День сегодня был душный и какой-то давящий.

– Да, – казалось его слова навели ее на размышление, – деньбыл давящий, в такой день что-то непременно должно взорваться! Прорваться.

Она говорила тихо и страстно, глядя мимо него на песчаныйберег и стиснув пальцы… Внезапно она успокоилась.

– Доброй ночи, мсье Пуаро.