Смерть на Ниле [= Убийство на пароходе 'Карнак'] - Агата Кристи

На следующее утро, когда Эркюль Пуаро выходил из отеля,направляясь в город, к нему подошел Симон Дойль.

– Доброе утро, мсье Пуаро.

– Доброе утро, мсье Дойль.

– Вы собираетесь в город? Можно, я пройдусь с вами.

Они вышли из ворот и повернули в тенистый парк. Симон вынулизо рта трубку и заговорил:

– Если я не ошибаюсь, моя жена вчера вечером обращалась квам, мсье Пуаро?

– Совершенно верно.

Симон Дойль хмурился. Он был человеком действия и не умелоблекать свои мысли в слова.

– Я рад, – выговорил он наконец.

– Она поняла, наконец, что в данной ситуации мы, в общем-тоничего не можем поделать.

– Да, – согласился Пуаро, – практически здесь не могут бытьприменены какие-либо официальные способы воздействия.

– Совершенно точно. Линнет долго не хотела этого осознать, –Симон грустно улыбнулся.

– Она с детства твердо верила, что любая помеха на ее путиавтоматически устраняется с помощью полиции.

– Весьма удобное заблуждение.

Они помолчали. Вдруг Симон отчаянно покраснел искороговоркой выпалил:

– Очень несправедливо, что ей приходится выносить все этинеприятности! Она же ни в чем не виновата! Пусть меня считают подлецом, ясогласен! Наверное, так оно и есть, но при чем тут Линнет.

Пуаро серьезно посмотрел на него, но ничего не сказал.

– А с Джекки, то есть с мисс де Бельфорт, вы тожеразговаривали?

– Да, я разговаривал с ней.

– И вам удалось ее образумить?

– Боюсь, что нет.

Симон взорвался.

– Неужели она не видит, в какое дурацкое положение ставитсебя? Ведь ни одна порядочная женщина так бы себя не вела! Неужели у нее неосталось ни капли гордости или самоуважения.

Пуаро пожал плечами.

– По-моему, у нее осталась одна боль от нанесенного ейоскорбления.

– Понятно, но, черт возьми, порядочные девушки так себя неведут! Пусть я виноват, я же не отрицаю своей вины, я поступил по-свински и всетакое. Мне казалось, после всего она и смотреть в мою сторону не захочет! Ноона преследует меня – это же просто неприлично! Выставляет себя напоказ! Какогодьявола она хочет этим добиться?

– Может быть, мести?

– Идиотство! Я бы еще понял, если бы она устроила мелодраму– ну, выстрелила бы в меня, наконец!

– Вам кажется, это больше подошло бы, не так ли?

– Честно говоря, да. Она же такая горячая, совсем не умеетвладеть собой, в припадке бешенства она могла бы натворить бед, я бы ничуть неудивился. Но выслеживать, шпионить…

– Он покачал головой.

– Да, это тоньше Для этого требуется интеллект.

Дойль с удивлением смотрел на него.

– Да поймите же, у Линнет нервы не выдерживают.

– А у вас?

Симон удивился.

– У меня

– Я бы с радостью свернул шею этому чертенку.

– Значит, от старой привязанности не осталось ничего?

– Мой дорогой мсье Пуаро. Понимаете, это как солнце и луна.Когда восходит солнце, исчезает луна. Появилась Линнет, и Джекки исчезла дляменя.

– Tiens, cest drole ca! – пробормотал Пуаро.

– Простите? Симон покраснел.

– Наверное, Джекки говорила вам, будто я женился на Линнеттолько ради денег? Это ложь! Ради денег я бы никогда не женился. В концеконцов, есть же и другие парни на свете. Я виноват, согласен. Но такполучилось! Если ты больше не любишь девчонку, как же можно жениться на ней! Атеперь, когда я увидел, на что способна Джекки, да еще неизвестно, чем это всекончится, думаю – вовремя же я сбежал от нее!

– Да, еще неизвестно, чем все это кончится, – задумчивоповторил Пуаро

– А вы, мсье Дойль, можете себе представить, как.

Симон нахмурился и покачал головой.

– Нет. Что вы имеете в виду?

– Вы знаете – она носит с собой револьвер.

Симон удивился.

– Не думаю, что она им воспользуется, – сказал он.

– Я не боюсь, что Джекки затеет мелодраму со стрельбой. Ноона шпионит за нами, следит за каждым шагом, и Линнет вне себя. У меня естьтакой план, может быть, вы мне еще что-нибудь подскажете. Я объявил всем,вполне открыто, что мы проживем здесь десять дней. Но завтра пароход «Карнак»отправляется из Шелала в Вади-Хальфа. И я забронировал каюту под чужим именем.Утром мы поедем на экскурсию в Филай, а оттуда прямо в Шелал на пароход. Багажувезет наша горничная. Когда Джекки обнаружит, что мы не вернулись в гостиницу,будет слишком поздно. Пароход будет далеко. Ей придется вернуться обратно вКаир. Я могу даже подкупить швейцара, он ее задержит здесь. И в туристическомагентстве она ничего не узнает, ведь мы поедем под чужим именем. Ну, как?

– Все детали продуманы. А вдруг она станет дожидаться вашеговозвращения здесь?

– Мы скорее всего не вернемся. Наверное, отправимся вХартум, а потом самолетом в Кению. Не будет же она скакать за нами по всемусвету.

– Нет, наверное. Очевидно, наступит время, когда у неепросто не хватит денег. Забавно, точно сговорились.

Симон посмотрел на него с восхищением.

– Как умно! А я не подумал об этом! Джекки бедна, какцерковная мышь.

– И тем не менее, ей удавалось до сих пор следовать за вами?

– У нее есть крошечная рента, – рассуждал Симон, – что-тооколо двухсот фунтов в год. Вы знаете, наверное, она продала ее и на эти деньгиездит.

Симон неловко поежился. Казалось, эта мысль огорчила его.Пуаро внимательно наблюдал за ним.

– Вас это удручает? – спросил он и добавил: