Дьюма-Ки - Стивен Кинг

Всё повторилось на обратном пути, только куда сильнее. Джекничего не заметил, потому что не отрывал глаз от Кейси-Ки-роуд, и я практическиуверен, что у Уайрмана не осталось об этом никаких воспоминаний. По моейпросьбе мы возвращались не по Тамайами-Трайл, вечно забитой транспортом Главнойулице западного побережья Флориды, а по более узкой и извилистой дороге. Ясказал, что хочу посмотреть, как луна отражается на воде.

— Обретаешь свойственную художникам эксцентричность, мучачо,— прокомментировал мою просьбу Уайрман, который улёгся на заднем сиденье,задрав ноги. Ремень безопасности он проигнорировал. — Ещё немного, и ты ужебудешь носить бер-рет, — так и сказал, удвоив букву «эр».

— А не пойти ли тебе на хер, Уайрман, — отозвался я.

— Я трахался на востоке и трахался на западе, — в голосеУайрмана слышались сентиментальные нотки, — но, если уж речь зашла о траханье,лучше твоей мамочки никого нет. — И замолчал.

Я наблюдал, как луна плывёт по чёрной воде справа от меня.Зрелище это гипнотизировало. Я задался вопросом, а можно ли нарисовать всёименно так, как я видел из мини-юна: луна в движении, серебряная пуля под самойповерхностью воды.

Я думал об этом (может, даже начал проваливаться в дрёму),когда боковым зрением уловил какое-то движение повыше луны на воде. ОтражениеУайрмана. В первый момент у меня возникла безумная мысль: Уайрман онанирует назаднем сиденье, потому что его колени сдвигались и раздвигались, зад поднималсяи опускался. Я бросил короткий взгляд на Джека, но того полностью увлекласимфония бесконечных поворотов Кейси-Ки-роуд. Кроме того, Уайрман по большейчасти находился за спинкой кресла Джека, невидимый даже в зеркало заднего вида.

Я повернул голову и через левое плечо посмотрел на Уайрмана.Он не онанировал. Он не спал, и ему ничего не снилось. Уайрман бился вприпадке. Возможно, в слабом, но припадке. Сомнений быть не могло. В первыедесять лет существования «Фримантл компани» у меня работал чертёжник-эпилептик,и я узнавал припадок, если видел его. Корпус Уайрмана поднимался и опускался начетыре или пять дюймов, ягодицы сжимались и разжимались. Руки тряслись наживоте. Он чмокал губами, словно ел что-то очень вкусное. И с глазами произошлото же самое, что и у гаража. При свете звёзд было видно, что один смотрит вниз,другой закатился вверх. Жуткое, не поддающееся описанию зрелище. Слюна бежалаиз левого уголка рта, слёзы — из налитого кровью левого глаза.

Припадок продолжался секунд двадцать. Потом прекратился.Уайрман моргнул, его глаза вернулись на положенные места. Минуту или две онлежал не шевелясь. Наконец заметил, что я смотрю на него.

— Я бы убил за стаканчик виски или шоколадный батончик сореховым маслом, но, боюсь, о выпивке не может быть и речи?

— Похоже на то, если ты хочешь услышать её ночной звонок. —Я надеялся, что в моём голосе не слышно тревоги.

— Впереди мост на Дьюма-Ки, — объявил Джек. — Вы почти дома.

Уайрман сел и потянулся.

— Потрясающий выдался денёк, но я не буду сожалеть, увидевсвою кровать. Должно быть, это и есть старость, да?