Дьюма-Ки - Стивен Кинг
Книгу Дьюма-Ки - Стивен Кинг читаем онлайн бесплатно и без регистрации! Читать онлайн вы можете не только на компьютере, но и на андроид (Android), iPhone и iPad. Наслаждайтесь!
480 0 00:39, 07-05-2019
ЧИТАТЬ КНИГУ ОФЛАЙН в приложении android
Книга Дьюма-Ки - Стивен Кинг читать онлайн бесплатно без регистрации
«Расслабься. Рим не за один час строился».
Я решил, что музыка радиостанции «Кость» не повредит, дажепоможет. Встал, держа древний лист бумаги правой рукой, и, разумеется, он упална пол, потому что правой руки у меня не было. Я наклонился, чтобы его поднять,и подумал, что неверно вспомнил пословицу: «Рим не за один день строился».
«Но Мельда говорит — час».
Я замер, держа лист в руке. В левой руке, до которой не смогдобраться кран. Это действительно воспоминание, какие-то образы, всплывшие срисунка, или моя выдумка? Просто воображение, пытающееся оказать услугу?
— Это не картина. — Я смотрел на извилистую линию.
«Нет, это попытка нарисовать картину».
Мой зад со стуком опустился на стул. Я сел не потому, чтохотел; скорее, колени подогнулись и больше не держали меня. Я всё смотрел налинию, потом глянул в окно. С Залива вновь перевёл взгляд на линию. С линии —на Залив.
Она пыталась нарисовать горизонт. Это был её первый рисунок.
«Да».
Я положил на колени альбом, схватил один из её карандашей.Какой — значения не имело, лишь бы принадлежал ей. Непривычный для моихпальцев, слишком толстый. И при этом чувствовалось, что только он годится длятакой работы. Я начал рисовать.
На Дьюма-Ки именно это получалось у меня лучше всего.
Я нарисовал ребёнка, сидящего на детском стульчике. Сперевязанной головой. Со стаканом в одной руке. Другая рука обвивала шею отца.Он был в нижней рубашке, с мыльной пеной на щеках. В отдалении — просто тень —стояла домоправительница. На этом наброске она без браслетов, потому чтобраслеты носила не всегда, но с платком на голове, с узлом впереди. НяняМельда, которую Либбит воспринимала почти как мать.
Либбит?
— Да, так они её звали. Так она называла себя. Либбит,маленькая Либбит.
— Самая маленькая, — пробормотал я и перевернул первый листальбома. Карандаш (слишком короткий, слишком толстый, пролежавший без дела тричетверти века) был идеальным инструментом, идеальным каналом связи. Он вновьначал рисовать.
Нарисовал эту маленькую девочку в комнате. На стене за еёспиной появились книжные стеллажи, и это был кабинет. Кабинет папочки. Девочкасидела за столом. С забинтованной головой. В домашнем платьице. В руке держала
(тан-даш)
карандаш. Один из цветных карандашей? Вероятно, нет (тогда —нет, ещё нет), но значения это не имело. Она нашла своё призвание, свою цель,свою metier.[169] И какой же у неё от этого появился аппетит! Как же ейхотелось есть!
Она думает: «Мне нужна ещё бумага, пожалуйста».
Она думает: «Я — ЭЛИЗАБЕТ».
— Она буквально врисовала себя в этот мир, — сказал я, итело покрылось гусиной кожей от макушки до пяток, потому что… разве я не сделалто же самое? Разве я не сделал то же самое здесь, на Дьюма-Ки?
Работу я ещё не закончил. Подумал, что меня ждёт долгий иизматывающий вечер, но чувствовал — я на пороге великих открытий, и испытывалпри этом не страх (нет, тогда страха не было), а волнение, оставляющее во ртумедный привкус.
Я наклонился и взял третий рисунок Элизабет. Четвёртый.Пятый. Шестой. Двигался вперёд всё с большей и большей скоростью. Иногдаостанавливался, чтобы рисовать, но в основном такой необходимости не было.Картины возникали у меня в голове, и причина, по которой я не переносил их набумагу, не составляла тайны: Элизабет уже сделала это, давным-давно, когдапришла в себя после несчастного случая, едва не оборвавшего её жизнь.
В счастливые дни, до того, как Новин заговорила.
Во время моего интервью Мэри Айр спросила: «Открыть для себяв среднем возрасте способность рисовать на уровне лучших художников — всё равночто получить в подарок ключи от скоростного автомобиля?» Я ответил: «Да, что-товроде этого». Потом она сравнила обретение таланта с получением ключей отполностью обставленного дома. Даже особняка. Я с ней согласился. А если бы онапродолжила? Вместо особняка предложила бы получение по наследству миллионаакций компании «Майкрософт» или статус правителя какого-нибудь богатого нефтью(и мирного) эмирата на Ближнем Востоке? Я бы опять ответил: да, конечно, именнотак — чтобы успокоить Мэри. Потому что вопросы эти касались прежде всего еёсамой. Я видел жгучее желание в её глазах, когда она их задавала. Это былиглаза маленькой девочки, знающей, что максимум, который она может выжать измечты о трапеции под куполом цирка, — это попасть на дневное воскресноепредставление. Мэри была художественным критиком, а многие критики, лишённыепризвания делать то, о чём пишут, в своём разочаровании становятся желчными,завистливыми и злобными. В этом я Мэри упрекнуть не мог. Мэри любила ихудожников, и созданные ими произведения искусства. Она пила виски большимистаканами и хотела знать, каково это, когда Динь-Динь, появившаяся из ниоткуда,хлопает тебя по плечу, и ты обнаруживаешь в себе (хотя тебе уже за пятьдесят)способность полетать на фоне луны. Эти ощущения не шли ни в какое сравнение собретением скоростного автомобиля или полностью обставленного дома, но я сказалМэри, что это одно и то же. По одной причине: невозможно объяснить кому-либо,каково это на самом деле. Ты можешь только говорить об этом, пока тебя неустанут слушать, и не придёт время ложиться спать.
Но Элизабет знала каково.
На это указывали её рисунки, её картины.
Всё равно что немому дать язык. И даже больше. Лучше. Всёравно что получить назад память, а для человека, если на то пошло, память — этовсё. Память — это индивидуальность. Память — это ты. С первой же линии(невероятно смелой первой линии — места встречи Залива и неба) Элизабет поняла,что видение и память неразрывно связаны, и принялась излечивать себя.
Персе в этом не участвовала. Во всяком случае, поначалу. Я вэтом уверен.
Следующие четыре часа я то соскальзывал в мир Либбит, товыходил из него. Удивительный мир, но и пугающий. Иногда я писал фразы: «Её дарбыл ненасытным. Начните с того, что вы знаете», — но главным образом рисовал.Картины были тем языком, который мы разделяли.
Я понимал быстрый переход её семьи от изумления кравнодушию, а затем — к скуке. Произошло это отчасти из-за невероятнойработоспособности девочки, но в основном, вероятно, потому, что она была членомсемьи, их маленькой Либбит… А может ли быть что доброе из Назарета,[170] неправда ли? Но безразличие только разжигало ненасытность её дара. Она искалановые способы потрясти их, новые пути видения.
Прочитали книгу? Предлагаем вам поделится своим впечатлением! Ваш отзыв будет полезен читателям, которые еще только собираются познакомиться с произведением.
Уважаемые читатели, слушатели и просто посетители нашей библиотеки! Просим Вас придерживаться определенных правил при комментировании литературных произведений.
Просьба отказаться от дискриминационных высказываний. Мы защищаем право наших читателей свободно выражать свою точку зрения. Вместе с тем мы не терпим агрессии. На сайте запрещено оставлять комментарий, который содержит унизительные высказывания или призывы к насилию по отношению к отдельным лицам или группам людей на основании их расы, этнического происхождения, вероисповедания, недееспособности, пола, возраста, статуса ветерана, касты или сексуальной ориентации. Просьба отказаться от оскорблений, угроз и запугиваний. Просьба отказаться от нецензурной лексики. Просьба вести себя максимально корректно как по отношению к авторам, так и по отношению к другим читателям и их комментариям.
Надеемся на Ваше понимание и благоразумие. С уважением, администратор сайта
Оставить комментарий
Mkot1312 июль 21:17
