Майя - Ричард Адамс

Остальные смущенно захихикали.

– Нет, мне вольную дали, – с улыбкой ответила Майя.

На нее градом посыпались новые вопросы, перемежаемые удивленными восклицаниями:

– Но ты же совсем молоденькая!

– Ты в невольничьем питомнике родилась?

– А давно тебя освободили?

– Ты выкуп за себя платила?

– Ты на рабыню не похожа!

Майя решила отшутиться:

– А как, по-вашему, рабы выглядят?

К ее удивлению, девушки помрачнели и умолкли.

– Ой, мы не в обиду тебя спросили! – чуть погодя воскликнула одна из девушек. – Особенно если ты в неволе жила. Просто тут неподалеку невольничий питомник есть, там детей в рабство выращивают. Их так жалко! Мне отец сказывал, что питомником владеет какой-то знатный Леопард из Беклы.

– Верно, – заметила ее подруга постарше. – Леопарды питомники и завели, потому что им рабов не хватало, хотя они людей из деревень в рабство забирают. Матушка моя говорит, что раньше невольничьих питомников не было.

– Нет, я не в питомнике родилась, – ответила Майя.

– А как ты… – начала какая-то девушка.

– А ты слышала про знатного барона из Леопардов, которого на весеннем празднике убили? – вмешалась другая. – Говорят, злодеев так и не нашли.

– Ну, про это я вам много чего могу рассказать, – заметила Майя, обрадовавшись возможности отвлечь внимание от себя. – Когда это случилось, я как раз в парке у озера была.

Все удивленно заахали. Майя подробно описала праздник у озера Крюк, убийство Сенчо и загадочное исчезновение злоумышленников, утаив, разумеется, что сама была наложницей верховного советника.

– Интересно, кто же это все подстроил? – спросила девушка постарше.

– Уж не ты ли, Гехта?! – пошутила черноглазая курносая девчушка и, обернувшись к Майе, пояснила: – Это я ее понарошку дразню. Наша Гехта – настоящий Леопард. Ей дай волю, она б собственноручно верховного советника спасла.

– Эй, лентяйки! – с притворной угрозой проворчала глухая старуха, махнув половником. – Долго еще собираетесь лавки просиживать? Добавки хотите? Если нет, то пора убирать со стола.

Все наелись до отвала. Майя удовлетворенно вздохнула и с завистью подумала, что и сама не прочь бы остаться здесь, в усадьбе, среди веселых подруг, но потом вспомнила, что в деревне надо рано вставать, ухаживать за скотиной, доить коров и с утра до вечера ходить замарашкой.

Она отвела в сторону девушку постарше и спросила, нет ли у них лишней одежды на продажу. Гехта и старуха подыскали Майе чистую нижнюю сорочку, холщовое верхнее платье и пару сандалий, но денег с нее не взяли.

– Да ты что?! – воскликнула Гехта, отталкивая протянутую монету. – Как можно с гостя деньги брать? Кто знает, глядишь, в один прекрасный день и ты нам поможешь. Вот, кстати… – Она с опаской оглянулась на старуху и понизила голос: – Хочешь, по двору пройдемся?

Они вышли к воротам, где в железной кадке горел огонь. Ночной сторож возился у своей лачуги рядом с овчарней.

– Бриндо, мы перед сном прогуляемся, – сказала ему Гехта. – Скоро вернемся, не беспокойся.

Старик что-то проворчал, но с улыбкой отодвинул засов и выпустил девушек за ворота, на широкий луг.

– Вам разрешают ночью выходить? – удивленно спросила Майя.

– Ну, вроде как не положено, но Бриндо позволяет. Нас здесь в строгости не держат. Поля до самого леса тянутся, бояться некого.

Над вершинами деревьев светила луна, в небе бесшумно сновали летучие мыши. В воздухе пахло сосновой смолой.

– Хорошо-то как, покойно… – вздохнула Гехта. – Словно бы и нет никакой беды, правда?

Майя недоуменно поглядела на нее:

– А что, есть?

– Вот об этом я тебя и хотела спросить, – пояснила Гехта. – Ты же в Бекле жила, с хозяином своим. Вот мне и любопытно, может, ты чего слыхала от баронов и важных господ, ну, на всяких там пирах и торжествах?

– Про что?

– Понимаешь… – Гехта остановилась и посмотрела в лицо Майи. – У отца моего усадьба чуть поменьше, лигах в семи отсюда. Он ее мне завещал, как я замуж выйду. Братьев у меня нет, вот меня сюда и послали выучиться – как лесом торговать, как хозяйство вести. Но дело не в этом. Я узнать хотела, не случится ли какой беды…

– Какой беды? Войны?

– Ш-ш-ш! Не кричи ты так! – зашептала Гехта, испуганно оглядываясь. – Когда к нам коробейники или лесоторговцы заглядывают, то говорят, что бароны в окраинных землях недовольны. Ну, знаешь, хельдрилы, или как там их называют. Так вот, они хотят от Леопардов избавиться, потому верховного советника и убили – он к ним соглядатаев подослал, все про них выведал. А еще говорят, что бароны на востоке с королем Карнатом договорились, чтобы он на Беклу войной пошел, – вроде как с ним будет лучше, чем с Леопардами.

– Я слыхала, что Леопарды оброк берут с крестьян, а купцам и торговцам послабление дают, – кивнула Майя.

Глаза Гехты наполнились слезами.

– Если король Карнат переправится через Вальдерру и на Беклу войной пойдет, то в аккурат через нашу усадьбу. Потому надо мной и посмеиваются, Леопардом называют – боюсь я, вдруг что случится. Если и правда война начнется, мне надо домой возвращаться, к родителям. Только надежные вести до нас редко доходят, все больше слухи. Вот я и решила, что раз ты в столице жила, в самóм верхнем городе, может, чего и знаешь…

– Ох, похоже, ты больше меня знаешь, – ответила Майя. – Ну, про Леопардов. Они, конечно, из-за убийства перепугались.

– Да, Леопарды крестьян не жалуют, – сказала Гехта. – Но война страшнее. Когда владычица Форнида со своим войском из Палтеша в Беклу выступила, мне всего девять лет было. Тогда солдаты у нас все забрали… – Она всхлипнула. – Ой, как жить, если снова такое начнется? Что делать?!

– Да не тревожься ты так, – успокоила ее Майя. – Я маршалу Кембри за ужином прислуживала, слышала, что он говорил. Если король Карнат захочет через Вальдерру переправиться, бекланское войско его остановит. А про хельдрилов вечно слухи ходят, мол, они мятеж замышляют, да только это одни разговоры.

– Может, ты и права, – вздохнула Гехта. – Все равно страшно… Хоть я и понимаю, что от меня толку мало, но, если война начнется, мне лучше с родителями быть, спокойнее. – Она помолчала и добавила: – Спасибо, Майя. Раз ты не волнуешься, то и мне не стоит. А сейчас нам пора возвращаться, а то Бриндо заругает.

Майя улеглась спать на свободной кровати в девичьей спальне, но среди ночи проснулась, разбуженная какой-то возней в дальнем углу, – похоже, к одной из девушек пришел ухажер. Майя перевернулась на другой бок и заметила, что Гехта смотрит на нее с соседней кровати, приложив палец к губам.

– Мы никому не скажем, правда? – прошептала она.