Петербург в царствование Екатерины Великой. Самый умышленный город - Джордж Манро

Санкт-Петербургский Главный магистрат в первые годы правления Екатерины работал неэффективно, отчасти потому, что сверх обычных своих дел он должен был выступать в роли апелляционного суда для всех других городских магистратов империи. Официально Главный магистрат служил судом для решений по гражданским искам, касающимся коммерции и ремесленного производства, но на практике он также занимался прошениями о вступлении в гильдии и цехи, собирал информацию по запросам органов центральной власти, а после 1780 г. – и по запросам губернской канцелярии. До губернской реформы 1775 г. там, кроме того, слушались дела об опротестовании векселей^[317]. Дважды, в 1760-х и в начале 1770-х гг., вице-президент Главного магистрата подавал рапорты в Сенат, жалуясь на то, что магистрат завален нерешёнными делами и не может успешно функционировать. В 1774 г. все ещё лежали нерассмотренными дела 1732 г., а всего решения ожидало около трех с половиной тысяч дел. Ещё примерно 50 тысяч дел было то ли рассмотрено, то ли нет – точно никто не знал, потому что на связках бумаг в архиве Главного магистрата не было указано, решались ли эти дела^[318]. В 1764 г. этот вопрос привлёк к себе внимание Сената, но для того, чтобы в нём разобраться, так ничего и не предприняли. Через десять лет, после второго рапорта по этому поводу, учредили временный департамент, призванный устранить залежи дел, причём Сенат обещал, что в будущем подобных проблем не возникнет – очевидно, подразумевая грядущий пересмотр уставов магистратов и губернскую реформу 1775 г.

Главный магистрат, по всей вероятности, состоял из самых способных и преуспевающих купцов в Санкт-Петербурге. Нам поимённо известны все бургомистры и советники – ратманы – за период 1774–1786 гг., избиравшиеся раз в три года. 17 человек из 33 были купцами, причём все, кроме двоих, владели больше чем одной лавкой. По крайней мере семеро из них имели по десять и более лавок каждый. Некоторые из этих купцов впоследствии занимали высокие выборные должности. Например, из шестерых членов магистрата 1774 г. один – Никита Пучков – был в 1780 г. избран городским головой, другой – ратман Василий Ольхин – в 1783 г. выбран бургомистром, а Фёдора Ямщикова и Ивана Кестнера тогда же выбрали в Петербургский губернский магистрат. Пятый член Главного магистрата 1774 г., Савва Яковлев, был, наверное, самым богатым и известным из всех петербургских купцов XVIII в. Он похоронен в Александро-Невской лавре на почётном месте, отмеченном красивым бронзовым памятником. Данные источников говорят о том, что со временем в магистрате появлялось всё больше людей, не имевших отношения к коммерции, а также не столь видных, как вначале, представителей купечества.