Последний ход за белой королевой - Олег Агранянц

– Настоящая Линн Девис могла согласиться в последний момент.

– Мысль интересная. Глупая, но никакая другая не приходит в голову.

Мы тут же ознакомили с нашим предположением Колина.

– В жизни бывает и не такое, – философски заметил он. – У нас в Нью-Йорке дочь одного короля из Европы в закрытом клубе мастер-класс по сексу на гамаке давала! Сначала мы думали, это у нее хобби. Оказалось, нужны были деньги. Жизнь!

Вечером он зашел к нам перед ужином:

– Должен вас разочаровать, ребята. Наши специалисты сравнили черты лица Нины и настоящей Линн Девис. И высказались вполне определенно: Нина, которая улетала в Кливленд, не имеет ничего общего с Линн Девис. Разве что обе женского пола. Кроме того, мы получили сообщение, что Линн Девис находится в Ванкувере и за последнюю неделю никуда оттуда не выезжала. Ибо находилась под домашним арестом за то, что укусила своего бойфренда.

* * *

На следующий день Колин появился перед обедом. На этот раз у него было хорошее настроение.

– То, что я вам расскажу, ребята, поднимет у вас аппетит перед обедом. Из регионального аэропорта «Адирондак» пришли хорошие новости. Вчера утром туда прибыл частный самолет. Догадайтесь откуда.

Мы с Биллом догадались:

– Из Кливленда.

– Отлично. А теперь догадайтесь, кто прилетел.

– Нина и Джордж.

– Ошиблись, ребята. Только одна Нина. Ее ждала машина. Служащий аэропорта шофера не разглядел и путался в отношении марки машины. Мы не стали его допрашивать с пристрастием. Боялись, начнет придумывать. В Нью-Йорке один такой придумал номер машины. Мы кинулись искать. Оказалось, музыкант. Мы его вытащили прямо с концерта. Хорошо, что играл он на фаготе, никто не заметил отсутствия. Даже дирижер.

– Но Нину он опознал? – спросил Билл.

– Опознал.

– Где находится аэропорт? – спросил я.

– Около Лей-Клира, примерно двадцать миль отсюда. На машине полчаса.

– Самолет заказал, конечно, Жвирблис?

– А вот тут вы не ошиблись.

Я стал излагать свою версию:

– Теперь вся техника ясна. Нину привезли в первый дом. Там ее перекрасили. Кто: Зайцев или Кузякин – неважно. Скорее всего, Зайцев. Он фотограф и умеет готовить клиентов для художественного фотографирования. Потом Зайцев отвез Нину во второй дом и передал Джорджу, которого Наташа заблаговременно напоила своим зельем. Джорджу показалось нескольких часов мало, и он увез Нину в Кливленд. Потом вернул назад. Почему, не знаю. Я могу назвать сто причин, но какая из них правильная, не знаю. Таким образом, в операции были задействованы четверо: Зайцев, Кузякин, Наташа и Жвирблис, если он существует.

Колин развел руками:

– Он, конечно, может и не существовать, как личность, но его водительское удостоверение – это реальность.

– Где оно выдано?

– В штате Нью-Йорк.

– Иными словами: искать бесполезно?

– Бесполезно.

В холл вошел Мануэль:

– Мне только что позвонили из Лейк-Плэсида. Арестовали Наташу.

* * *

Через час мы уже были в Лейк-Плэсиде. Арестованная содержалась в дирекции отеля «Хамптон Инн». Мы вошли в комнату с большим окном, и я увидел сидящее на стуле существо небольшого роста квадратной формы, длинные белокурые волосы спускались до пола. И на удивление знакомое лицо. Я пригляделся. Алла Вульф! Она неуверенно держалась на стуле и нелепо размахивала руками:

– Они еще ответят.

– Это вы, Алла? Что с вами?

– Я пьяна.

И дальше принялась путано рассказывать.

– После того, как меня остригли, я купила два парика. Один рыжий, чтобы выглядеть как обычно. А второй с белокурыми волосами.

– Зачем?

– Я хотела удостовериться, не подкупила ли Наташа барменов, и они ее скрывают. Такое возможно. Я знаю барменов. К сожалению, в салоне нашли только такой парик. Волосы очень длинные. В нем я похожа на ведьму. Кроме того, я не знаю, какого он качества. Не будет ли линять.

– Где вы купили парик?

– В «Shelter of love».

– О, это замечательный салон! – воскликнул Билл.

– И качество гарантировано, – успокоил я даму.

– Хоть тут-то не ошиблась.

– И вы начали проверять барменов?

– Да. Я надела парик с белокурыми волосами. Пошла в бар отеля «Лейк-Плэсид Саммит» и попросила виски с пивом. Мне принесли. Я выпила. Это была очень неприятная смесь. Я пошла в другой бар, теперь уже не помню какой. Снова такую же смесь. И мне она начала нравиться. После второго бара я спокойно пошла домой. Это было вчера. Сегодня я повторила эксперимент. В третьем баре меня схватили и отвели сюда. Они утверждали, что я буянила. Я сопротивлялась. И они меня начали бить.

Она сняла парик. И передо мной оказалась немолодая женщина, остриженная наголо, со ссадинами на лице, пьяная. Мне стало ее жаль.

– Отвезти вас в номер?

– Отвезти.

Я усадил ее в машину:

– Как вы себя чувствуете?

– Слишком часто в последнее время меня стали бить. Это неприятно. Но я привыкла. Мой четвертый муж, Вульф, очень был крут на руку. Кстати, он был грек. Понимаете, Вульф и грек. Чистый грек с какого-то острова, название которого я произнести так и не смогла. И как я с ним боролась? Он утром мне по шее, а я ему в ботинки песок с камушками. Вечером приходил с работы, снимал ботинки, высыпал камушки и кайфовал. Он был риелтором. Жулик был. И утонул. День домой не приходит, другой. А потом мне сообщают: утонул. У нас-то и реки подходящей не было, и он сам с этого острова. А там, где остров, там уж точно вокруг вода, мог бы плавать научиться. Как вы думаете, за что меня били? За то, что я выдала тайну, или потому что буянила?

– А вы буянили?

– Я перешла на греческий язык.

– Вы говорите по-гречески?

– Ни единого слова.

Когда мы вернулись в штаб-квартиру, нас ожидала SMSка с пометкой «срочно»: «Позвоню после одиннадцати, когда она уйдет к рыжему. Андрей».