Последний ход за белой королевой - Олег Агранянц

Вернувшись в Сан Бартоломеу, мы принялись строить догадки. Подсказка у нас была. «Надо начинать с Артура», сказал Кузякин.

– Что курировал твой Артур? – спросил я Мальвину.

– Секретные заводы, секретные лаборатории.

– И ту лабораторию, где работал его племянник?

– Конечно.

– А не та ли это лаборатория, о которой говорил Кузякин?

– Я уже об этом подумала.

– Ты говорила, что этот племянник все время находился в Лондоне.

– Я и об этом подумала.

– Давай примем за аксиому, что племянник работал в этой лаборатории. Причем явно занимал там важное место, иначе его бы не командировали в Англию. Лаборатория вот-вот должна была синтезировать «Мефистофель», и тогда деньги должны были потечь рекой. Поэтому Артур Никитич, который хорошо к тебе относился, начал сватать тебя за этого Бойко. Ты можешь позвонить Артуру Никитичу?

– Нет. Ни при каких обстоятельствах.

– Тогда надо искать Бойко.

– Как?

– Если он ученый, то должен публиковать свои работы в научных журналах. Есть библиотеки, где публикуют данные о работах, изданных в научных журналах.

– Можно найти такую библиотеку в Бразилии?

– Можно. Но в бразильских библиотеках сообщения о многих работах могут отсутствовать. Нам нужна библиотека, где собраны сообщения обо всех работах.

– Такая существует?

– Существует. Библиотека Конгресса в Вашингтоне. Это самая крупная библиотека в мире.

– Мы сможем слетать туда на пару дней. Заодно посмотрим на Белый дом.

Мы задумались: а в самом деле, не слетать ли нам в Вашингтон? Но потом решили, что лететь с липовыми паспортами в город, где расположено самое влиятельное агентство в мире, рискованно.

– Лучше всего полетим в Вашингтон после того, как получим бразильские паспорта.

Мальвина согласилась:

– Подождем пару месяцев.

* * *

Ждать пришлось полтора месяца.

Сначала синьора Исидора отвела нас в мэрию, где сам мэр вручил нам «Сертификаты о натурализации». В документе удостоверялось, что мы натурализованы, и какой-то чин своей подписью подтверждал, что человек, имя которого указано выше и фотография которого расположена выше, – гражданин Федеративной Республики Бразилия, то есть полноправный резидент этой страны. Для недогадавшихся по фотоснимку, кто какого пола, около каждой фотографии было написано masculino или feminino: у меня – masculino, у Мальвины – feminino.

Мы разглядывали документы.

– Интересно, – шепнула мне Мальвина, – номер твоего документа оканчивается на шестьдесят восемь, а мой на шестьдесят шесть. Что бы это означало?

– То, что тебя приняли раньше, а следовательно, ты более значительная фигура, и то, что между нами затесался незнакомец.

Потом мэр зачитал присягу, мы поклялись, что будем верными и законопослушными гражданами.

– Присягу о том, что я буду законопослушной гражданкой Союза, я не давала, – шепнула мне Мальвина.

– И видишь, что получилось!

Мэр произнес речь. Говорил он долго, понимал я не все, но по его благодушной улыбке чувствовал, что никаких гадостей он не говорит.