Колдун и кристалл - Стивен Кинг

– Не перетрудись, Элдред.

Джонас рассмеялся. От этих визгливых звуков Крикун что-топробормотал, а Красотуля дернулась на стойке.

– Значит, Роя и меня на обед не пригласят?

– Обязательно пригласят, будут настойчиво просить прийти. –Джонас протянул Рейнолдсу новую сигарету и принялся вертеть еще одну, для себя.– Я извинюсь за вас. Будьте уверены, доводы приведу очень убедительные. Вы будетемной гордиться. Крепкие мужчины всплакнут, услышав причины вашего отсутствия.

– Значит, мы сможем провести целый день в этой грязи и вони,забрасывая ветками эти цистерны. Ты очень добр, Джонас.

– Я буду задавать вопросы, – мечтательно продолжил Джонас. –Переходить от одной группы гостей к другой… красивый, нарядный, благоухающийвосковицей… Я знаю парней, занимающихся тем же делом, что и мы, которые, впервую очередь находят толстого весельчака, который может поделиться с нимиместными сплетнями… хозяина салуна или бармена, может, владельца конюшни илиодного из тех типов, что всегда вертятся около тюрьмы или здания суда, засунувбольшие пальцы рук в карманы жилетки. Что же касается меня, Клей, я полагаю,что лучший источник информации – женщина, особенно если она худа как палка, анос у нее больше сисек. При этом она не красит губы и зачесывает волосы назад.

– У тебя есть конкретная кандидатура?

– Да. Звать ее Корделия Дельгадо.

– Дельгадо?

– Ты знаешь эту фамилию, она на устах у всех. Сюзан Дельгадовскорости суждено стать наложницей мэра. Корделия – ее тетка. Я подметил однуособенность человеческой натуры: люди предпочитают говорить с теми, кто невысовывается, а не с шумливыми весельчаками, которые всегда готовы угоститьтебя выпивкой. На обеде я собираюсь сесть с ней рядом, отметить аромат еедухов, которых, готов спорить, не будет и в помине, и следить за тем, чтобы еестакан для вина не пустовал. Как тебе мой план?

– План чего? Вот что хотелось бы узнать.

– Для игры в «Замки», в которую нам предстоит сыграть, –ответил Джонас, и веселость исчезла из его голоса. – Мы должны убедиться, чтоэти парни посланы сюда в наказание за провинность, а не для того, чтобывыполнять данное им поручение. Звучит, конечно, правдоподобно. Мне многоедовелось повидать, так что я могу судить о правдоподобности той или инойверсии. Я верю им до трех часов ночи, а потом у меня возникают сомнения. Изнаешь, что я тебе скажу, Клей?

Рейнолдс покачал головой.

– Я прав в своих сомнениях. Точно так же, как оказался прав,когда пошел с Раймером к старине Торину и убедил его, что кристалл Фарсоналучше всего хранить у ведьмы. Она запрячет кристалл туда, где его не найти дажестрелку, не говоря уж о молокососах, которые еще не попробовали женщину.Необычные у нас времена. Надвигается ураган. А когда знаешь, что должен задутьветер, паруса лучше убрать заранее.

Он посмотрел на сигарету, которую только что свернул. Онаплясала на тыльной стороне его пальцев, как недавно у Рейнолдса. Джонас откинулпрядь длинных волос и засунул сигарету за ухо.

– Не хочу курить. – Он встал, потянулся. В спине у негочто-то захрустело. – Я, наверное, сошел сума, раз курю в такой час. В моемвозрасте лишняя сигарета гарантирует бессонницу.

Он направился к лестнице, по пути не забыв ущипнутьКрасотулю за голую ляжку, последовав примеру Рейнолдса. У первой ступенькиобернулся.

– Я не хочу убивать их. Ситуация и так достаточнощекотливая. Даже если я почувствую, что они не так просты, как кажется напервый взгляд, я не шевельну и пальцем… не шевельну ни одним пальцем. Но… япостараюсь, чтобы они четко знали свое место в общем раскладе.

– Нагонишь на них страха.

Джонас просиял.

– Да, партнер, именно так, нагоню на них страха. Чтобы вследующий раз они подумали дважды, прежде чем связываться с Большими охотникамиза гробами. Чтобы они делали широкий круг, завидев нас на дороге. Да, сэр, вото чем стоит подумать. Еще как стоит.

Он начал подниматься по лестнице, похохатывая, заметноприхрамывая… по ночам хромота проявлялась сильнее. Корт, старый учительРоланда, узнал бы эту хромоту, ибо Корт видел удар, после которого Джонас охромелна всю жизнь. А нанес его отец Корта палкой из железного дерева, сломав ногуЭлдреда Джонаса на лужайке за Большим залом Гилеада, перед тем как забратьоружие мальчика и отослать его на запад, без оружия, в изгнание.

В конце концов мужчина, в которого вырос этот мальчик, нашелоружие: изгнанники всегда его находили, если искали как следует. Конечно,оружие это не шло ни в какое сравнение с большими револьверами с рукояткой изсандалового дерева, о которых они могли только мечтать, но в этом мире желающийобрести оружие не оставался без оного.

Рейнолдс проводил Джонаса взглядом, повернулся к столу КоралТорин, перетасовал карты и принялся раскладывать пасьянс, не законченныйДжонасом. Снаружи из-за горизонта выглянуло солнце.