Если ангелы падут - Рик Мофина

— Где вы были в ту субботу, когда на станции похитили Дэнни Беккера? — присаживаясь, спросила Тарджен.

— В Модесто. Я же говорил.

— Вы можете это доказать?

— Меня там видели.

— Ну а в прошлом году, когда похитили Таниту Доннер, а потом нашли мертвой в парке? — спросил Сидовски.

— Точно не помню. Наверно, был в городе. — Киндхарт, щурясь, глубоко затянулся.

— Гм. — Сидовски надел очки и, с минуту поизучав какой-то документ, строгим голосом объявил: — Задержанный Перри Киндхарт. Прежде чем продолжать, мы должны огласить вам определенные права. Уверен, они вам известны.

Блеснув золотом в зубах, он продолжил уже более мягко:

— Вы имеете право хранить молчание…

— Не так быстро.

Сидовский остановился:

— Отказываешься от прав Миранды?^[35]

Киндхарт кивнул.

В допросной стояла прослушка, поэтому надо было, чтобы на записи прозвучал голос Киндхарта.

— Требуется устный ответ, Перри. Отказываешься?

— От своих прав я отказываюсь, потому что никак не был связан с этими детьми. Не знаю, что у вас там на меня якобы есть, но это все неправда.

— Так скажите нам правду, Перри, — произнесла Тарджен.

Дыхание Киндхарта участилось, и он затравленно посмотрел на них обоих.

— Франклин хотел, чтобы я присоединился к той их вечеринке. Мол, только мы втроем. Он, я и тот его новый кореш. Дескать, они думают устроить междусобойчик с одной малышкой, потешатся денек, а затем ее отпустят.

— Когда это было? — задала вопрос Тарджен.

— Примерно в то время, когда пропала та девчушка.

— Какое именно число? — спросил Сидовски.

— Да бог его ведает. Только мне кажется, речь шла как раз о той девчушке, Доннер.

— Почему?

— Франклин сказал, это будет малышка, которая не сможет ни на кого указать.

— И что же? — спросил Сидовски.

— Я никуда не пошел.

— Почему?

— Мне в тот день надо было отмечаться у инспектора по УДО.

— Какой конкретно день? — бдительно спросила Тарджен.

— День, когда пропала Танита Доннер. Вы же это сами можете установить, разве нет? А я из новостей узнал, когда именно она пропала. И как раз был у своего инспектора.

— Гладко, Перри, — ухмыльнулся Сидовски. — А ты не знавал такого парня, Тома Рида?

— Это кто?

— Ты ж только что сказал, что следил за новостями.

— А почему я должен его знать?

— А откуда нам знать, Перри, что вы не были замешаны? — настойчиво спросила Тарджен.

— Потому что это так. Франклин пришел ко мне в тот вечер и спросил, хочу ли я с ними на те их посиделки. Я ответил «нет». Мне тот его кореш не нравился. Мне от него было не по себе. Душегуб конкретный.

— А кореш тем вечером тоже к тебе приходил? — осведомился Сидовски.

— Нет.

— Так что же произошло? — допытывалась Тарджен.

— Я одолжил Франклину свою камеру; сглупил, конечно. Назавтра он ее ко мне закинул, вот и все. Это был последний раз, когда мы с ним пересекались. После новостей о девчушке и самоубийстве Франклина я свою камеру вытер дочиста.

— Где они девочку держали? — спросил Сидовски.

— Он сказал только, что в безопасном месте.

— Ну а тот таинственный человек с татуировками? — напомнила Тарджен.

— Я и встречался-то с ним всего раз, в книжном магазине, за месяц до того случая. Клянусь.

— Почему ты в прошлом же году не рассказал об этом полиции? — спросил Сидовски.

— При моих-то сроках? Меня страх взял. А еще я боялся, как бы тот дружок не заявился ко мне.

— Можешь нам еще что-нибудь рассказать об этом таинственном знакомце Франклина?

— Клянусь, рассказал вам все, что помню. Еще, что он вроде как сидел за мошенничество в Канаде, а Франклин разок назвал его Вердж.

Киндхарта они отпустили, установив за ним наблюдение, после чего связались с Королевской полицией и Исправительной службой Канады. Там сегодня был официальный праздник и выходной, а при наличии всего лишь имени в качестве идентификатора проверка и присылка факсов на возможных подозреваемых могла у канадцев занять несколько часов.

Этот перерыв Сидовски и использовал, чтобы повидаться со своим стариком.

На эту ниточку Сидовски смотрел с оптимизмом. Она действительно могла стать поворотным пунктом. Обычно к алиби в духе «это был не я, а неизвестно кто» Сидовски относился скептически, но тут речь действительно шла об участии незнакомца. На момент похищения Беккера Киндхарт находился в Модесто; это подтвердилось. К тому же он явно не подходил под описание подозреваемого. Никаких татуировок, даже близко.

Сидовски держал путь на север, мимо Шарп-парка, когда у него зазвонил сотовый.

Это что, пришли канадские факсы? Ничего себе оперативность.

— Сидовски.

Голос Тарджен, сухой от напряжения:

— Уолт, дела плохи. У нас еще одно похищение.

— Как, опять?!

— Пятилетняя девочка, «Золотые ворота». Похититель — мужчина в пикапе. Бородатый. Приметы схожи с делом Беккера.

— Еду.

Сидовски врубил мигалку и сирену.