Если ангелы падут - Рик Мофина

Желтая лента, прикрепленная к почтовому ящику, упруго подрагивала под океанским бризом, задувающим по покатым улочкам Верхнего Рынка, где в каркасном домике проживала Флоренс Шейфер.

Тарджен нажала кнопку звонка. Когда дверь наконец открылась, взгляду предстала очкастая пигалица на седьмом десятке.

— Флоренс Шейфер? — спросила Тарджен.

— Да, это я, — с чопорной сдержанностью кивнула та.

— Инспектор Линда Тарджен, — представилась Тарджен и кивнула на Сидовски: — А это инспектор Уолтер Сидовски, из полиции Сан-Франциско. Вы располагаете информацией по делу?

— Могу я взглянуть на ваше удостоверение? — деловито спросила Флоренс, взглядом подмечая машину без опознавательных знаков, припаркованную у обочины. Соседи в окнах не маячили, что весьма кстати.

Флоренс осмотрела предъявленные жетоны.

— Пожалуйста, входите.

Тарджен оглядела гостиную, подняв брови при виде обилия книг Флоренс. Все, так или иначе, о преступности. Сидовски подошел к Бастеру, который сейчас, воркуя у себя на жердочке, прихорашивал свое оливково-зеленое оперение.

— Какой симпатичный образец шотландской горбатой, — похвалил Сидовски, принимая от хозяйки чашку с чаем и пристраиваясь возле нее на диване. Флоренс присела на краешек, чтобы ноги доставали до пола.

— Вы разбираетесь в канарейках, инспектор?

— Я их даже развожу для конкурсов, в основном породу файф.

— Должно быть, расслабляющее хобби для человека вашей профессии.

— Вполне.

Тарджен села на ближний стул. В комнате пахло ароматным мылом, отчего ей вспомнилось о детских визитах к бабушке. Под всеми предметами лежали кружевные салфетки, даже под старинной Библией на журнальном столике. Чашку с чаем Тарджен поместила себе на колени.

— Извините, Флоренс. Мне любопытно. Откуда у вас так много книг о преступлениях? — спросила она.

— О, преступления — это мое хобби. — Флоренс заговорщицки улыбнулась Сидовски. — Инспектор, могу я еще раз взглянуть на ваш жетон?

Сидовски сделал ей это одолжение. Было очевидно, что Флоренс откровенно рада компании. Судя по виду, даже счастлива. Тарджен и Сидовски мимолетно переглянулись. Этой сумасбродной особе они дают еще пять минут.

Флоренс с молчаливым восхищением оглядывала щиток с городским гербом и девизом на испанском.

— «Oro en paz, fierro en guerra». «В мирное время — золото, на войне — железо», — произнесла она с придыханием. — Я знаю, это герб и девиз города. А вообще я бывший налоговый работник.

— Флоренс, — прервала ее мечтательную задумчивость Тарджен. — Вы звонили в отдел по расследованию убийств и сказали, что слышали что-то об убийце Таниты Мари Доннер. Это так?

— Да, так. — Она вернула Сидовски жетон. — Его признание.

— Вы хотите сказать, что у вас… есть свидетельства того признания? — произнес Сидовски.

— Именно.

— Интересно, какого рода? — Тарджен достала блокнот, но не раскрывала его.

— Только он ни в коем не должен знать, что разоблачение исходит от меня. Я боюсь.

— Не должен знать кто? — недоуменно уточнил Сидовски.

— Убийца.

— Это останется между нами, — пообещал он. — Так что у вас за свидетельство?

— Оно на пленке. Я его записала.

Сидовски с Тарджен ошарашенно переглянулись.

— То есть это аудиозапись? — Сидовски решил, что ослышался.

— Я вам его проиграю. Оно у меня здесь, наготове.

Флоренс вышла из комнаты за проигрывающим устройством.

— Уолт? — вышептала Тарджен.