Абсолютное доказательство - Питер Джеймс

Суббота, 18 марта

Росс и Имоджен сидели друг напротив друга в любимом вегетарианском ресторане «Терр-а-Терр». Дома в обед они обычно не пили, но сейчас Имоджен сказала, что не откажется от бокала вина. Росс не отказался тем более.

Кончилось тем, что заказали бутылку «Альбарино».

– За нас! – проговорил Росс, прерывая неловкое молчание, когда официант разлил вино по бокалам и отошел. Как-то странно было сидеть вот так в ресторане с Имоджен, словно с посторонней.

Жена подняла бокал.

– За нас! – ответила она похоронным тоном. Отпила и поморщилась. – Вкус как у минералки.

– Раньше тебе нравилось.

– Раньше… раньше, Росс, многое было по-другому.

– Послушай, я понимаю, у нас сейчас трудный период. На это есть серьезные причины. Что, если я скажу тебе, что Иисус Христос вновь явился на Земле и я знаю, где его найти? Что ты ответишь?

– Что пора применить к тебе Закон о недобровольной госпитализации.

– Нет, Имо, я серьезно! Понимаю, тебе сейчас очень тяжело. И, знаешь, мне вообще-то еще тяжелее. Но то, что я обнаружил… это не просто бомба. Это сенсация, которая взорвет мозг всему человечеству. Такого не было от начала времен! Все, о чем я прошу, – подожди еще немного, не дави на меня. Хорошо? Эта история сделает нас богачами. Мы не просто выплатим долги – мы станем по-настоящему богаты!

Имоджен покачала головой и отпила немного вина.

– Ну ладно. Тогда, может, расскажешь?

– Конечно! – Он поднял бокал, чокнулся с ней, а затем рассказал обо всем, что случилось с ним за последние два дня.

– Значит, завтра летишь в Лос-Анджелес?

– Да.

– И откуда начнешь поиски? Лос-Анджелес – огромный город, а у тебя нет ничего, кроме координат, указывающих на определенный район.

– У меня там есть знакомые. Один старый друг работает в «Лос-Анджелес таймс». И знакомый из лос-анджелесской полиции: он помогал мне пару лет назад, когда я готовил статью о психах, преследующих знаменитостей. С обоими я уже списался.

Она кивнула.

– И когда улетаешь?

– В полдень.

– А как же Монти?

– Монти придется все-таки отдать на передержку. Я нашел одно место, меня вполне устроило, недалеко отсюда.

– Значит, летишь в Лос-Анджелес на встречу с Иисусом Христом?

– Надеюсь, что так.

– А если его не будет дома?

Хантер улыбнулся.

– Не надо цинизма, Имоджен!

– Знаешь, Росс, тебе стоит наговорить свой монолог на диктофон, а потом самому себя послушать. Может, тогда ты поймешь, насколько смехотворно все это звучит.

– Послушай, но ведь и в первый раз Иисус умер на кресте, потому что почти никто ему не поверил. А те немногие, что, быть может, поверили, предпочли его убить. Ты же верующая, Имоджен. Ты должна во все это верить. Так в чем проблема?

– Проблема в том, Росс, что моя религия говорит четко и ясно: когда свершится Второе Пришествие, это будет очевидно для всех. Без тайн, которые надо раскрывать. Ни у кого не останется сомнений. А ты охотишься за призраком. Возможно, ты стал марионеткой в руках каких-то то ли сумасшедших, то ли мошенников. И если тебе удастся опубликовать свою «сенсацию», она сильно навредит христианству.

Росс поднял на Имоджен удрученный взгляд.

– Значит, ты меня не поддерживаешь… Мы ведь муж и жена! Мы должны всегда быть заодно. Как неразделимое целое. «Что Бог сочетал – человек да не разлучает».

Взгляд его на мгновение стал жестким, и Имоджен хватило совести покраснеть.

– Извини, – поспешно добавил Росс. – Я не хотел…

– Ворошить прошлое? Раздувать так и не истлевшие угли?

– Имо, это величайший материал в моей жизни!

– Росс, я больше не могу тебя поддерживать. И не хочу. Потому что погоня за сенсацией тебе важнее и нашего ребенка, и меня. Когда я тебя полюбила – думала: вот человек, для которого я всегда буду превыше всего остального. Но уже в первые годы нашего брака оказалось, что это не так. Главное для тебя – работа. Твои материалы. Твои сенсационные истории. Все остальное тебя просто не волнует…