Сестрица - Дженнифер Доннелли

– Что вы тут делаете в такой час? Куда направляетесь? – потребовал ответа командир, глядя на Гуго.

Но ему ответила Тави.

– Куда направляемся? А куда может направляться повозка с двумя гробами, если впереди кладбище? – заверещала она. – Тоже мне загадка, сержант!

– Я лейтенант. В такую рань никто не хоронит.

Тави только фыркнула в ответ:

– Кладбище не банк, по ночам открыто. А моему мужу, – тут она хлопнула Гуго по плечу, – с рассветом надо быть в поле. И зятю тоже, – добавила она, кивнув на Феликса. – Эта проклятая война забрала у нас с сестрой двух братьев. Вчера их трупы привезли домой. Один был женат. Моя золовка, – она показала на Эллу, – теперь вдова, с тремя ребятишками осталась.

Элла опустила голову, уткнулась носом в попону и всхлипнула.

– Некому о них позаботиться, кроме меня да моего мужа, – продолжала Тави. – Четыре лишних рта как-никак, а нам самим едва на жизнь хватает. Так что, лейтенант, дайте-ка нам проехать. А то мертвые тела на жаре быстро портятся.

– Королева пропала, – сказал лейтенант. – Великий герцог опасается, что ее могли похитить. Он отдал приказ останавливать всех подряд и обыскивать любые экипажи.

Тави коротко хмыкнула:

– Королева-то писаная красавица, лейтенант. Гляньте-ка, разве среди нас есть такая? Я, что ли, в своих обносках? Или моя сестра в этой рванине? А может, наша четырехглазая золовка?

Элла подняла голову. В очках Гуго она почти ничего не видела и потому сильно щурилась. Лейтенант скользнул по ней взглядом и отвернулся.

– Покажите лучше ваши ноги. Все знают, что второй пары таких изящных ножек, как у королевы, нет во всей Франции.

Одна за другой девушки предъявили лейтенанту свои ноги. У Изабель ноги были большими, башмаки – грязными. У Тави тоже. А у Эллы в старых, растоптанных ботинках Феликса, так и просто огромными.

– Ну, лейтенант, если вы закончили издеваться над несчастной семьей, у которой такое горе, то, может быть, дадите нам проехать? – сказала Тави.

Гуго уже приготовился щелкнуть поводьями, но лейтенант поднял руку.

«Теперь еще что?» – подумала Изабель с замиранием сердца.

– Вы везете королеву в одном из этих гробов, – сказал офицер и отрядил двоих людей к повозке – посмотреть. – Открывайте!

Изабель окаменела от ужаса и окинула взглядом своих спутников. Феликс сидел, втянув голову в плечи. У Гуго глаза стали как блюдца. Тави побледнела, но не сдавалась.

– Святотатство какое! – завопила она. – Стыда у вас нет!

Солдаты, получившие распоряжение открыть гробы, смущенно переглянулись.

– Открывайте, я вам приказываю! – рявкнул командир.

Солдаты соскочили с седел.

– Они уже несколько дней как умерли! – протестовала Тави. – По вашей милости последним нашим воспоминанием о родных будет жуткая вонь?

Жуткая вонь.

Услышав эти слова, Изабель ожила. Теперь она знала, что делать. Повернувшись назад, девушка притворилась, будто разглядывает солдат, а сама просунула руку в щель между сиденьем и задней стенкой повозки. Нащупала деревянный ящик. Осторожно просунула пальцы под крышку.

Один из солдат, справедливо полагая, что гробы окажутся заколоченными, ведь именно так их обычно везут на погост, вынул из ножен кинжал. Вставив клинок в щель, он надавил на рукоятку. Гвозди со скрипом полезли наружу. В ту же секунду Изабель подняла крышку ящика.

Наружу вырвался дух потной мертвой псины.