Таймер для обреченных - Михаил Нестеров

Директор сделал паузу и перевел дыхание.

— Нам остается ждать прояснения ситуации, которая поставила Кремль в неловкое положение, в самое ближайшее время. Чтобы избежать международного скандала, связанного с переговорным процессом, Москва, скорее всего, изберет неординарный ход. Для нее лучший вариант — это отказ лидеров «Хамаса» от переговоров в одностороннем порядке. Однако... Однако дело по большому счету имеет женское лицо. Речь идет о главе МИДа Израиля Голде Саар. Ее визит в Москву вслед за Машалем уже давно муссируется в прессе. На Западе Голду Саар называют «израильской железной леди», в Израиле — второй Голдой Меир. На вызывающее предложение российского дипломата она ответила достойно, чем сразила многих зарубежных политиков. Сама Голда Саар назвала это «рациональным демаршем», который вяжет российских политиков по рукам и ногам: они при всем желании не могут отказать Саар в рабочей поездке. Министерство наступило на собственную мину, обезвредить которую может только Голда Саар — если она развернет самолет на полпути и вернется в Израиль. С переговорным же процессом был связан эпизод с экс-премьером России Евгением Примаковым. В 1999 году он принял решение развернуть правительственный самолет над Атлантикой и вернуться в Москву, отменив свой визит в США. Причина «разворота» — принятие решения НАТО нанести по Югославии ракетно-бомбовый удар. Сейчас Москве стоит уповать на мудрость «железной Голды», что она развернет самолет над Черным морем, чем спасет дипломатический корпус России от очередного провала. Я хочу, чтобы мой акцент был выделен в тексте курсивом.

— Хорошо, господин директор.

— Пожалуй, на данный момент Израиль — самое заинтересованное лицо в грядущих переговорах России с «Хамасом», — продолжал генерал. — Даже на этом этапе Израиль может быть удовлетворен незавидным положением политического Олимпа России. Напомним, что, кроме России, встретиться с лидерами «Хамаса» изъявила лишь ЮАР. Именно из России Халед Машаль намерен совершить перелет в южную точку Африки. И этот «анатомический» контраст, судя по всему, сильно раздражает российских политиков.

Шимон Эйтан остановился напротив окна и заложил руки за спину.

— Поставьте точку, — сказал он, не оборачиваясь. — Отдайте документ на корректуру. Готовый материал разослать в атташаты Франции, США, Великобритании, России. 3 марта я хочу прочитать эту статью в «Либерасьон», «Вашингтон пост» и так далее. Разумеется, и в нашей прессе тоже.

— Я могу идти, господин генерал?

— Да.

Эйтан снял трубку телефона, не колеблясь, набрал код Туниса и номер гостиничных апартаментов Унгер.

— Мэлоди? Здравствуйте! Это директор. Я хочу попросить вас о трех вещах: не удивляйтесь, не бойтесь, не вешайте трубку. Вас использовали, но от дела не отстраняли. Вы находитесь под моей личной защитой. Я заинтересован в ваших контактах с агентами российской разведки — не прерывайте их ни при каких обстоятельствах. Я намерен прояснить ситуацию при личной встрече с вами. Завтра в семнадцать ноль-ноль в вашем номере. Вы же не думаете, что я приду к вам с пистолетом? Вот и отлично. Позаботьтесь о том, чтобы нашей беседе никто не помешал в течение часа. Вам я гарантирую неприкосновенность и возможность продолжить службу в моем аппарате. И еще одна просьба: не говорите о нашем разговоре вашей высокопоставленной знакомой. Боюсь, это усложнит дело, а ваша знакомая не сможет помочь. До встречи.

Через десять минут в кабинет Эйтана вошел подполковник Сейф. Его правая рука была забинтована, на щеке и шее — широкие пластыри.

— Как вы себя чувствуете, Натан?

— Гораздо хуже, чем в баре «Капуцин», — опередил шефа подполковник.

— Отлично! Это значит, что вы в ближайшее время в гостиницы ни ногой. Рад за вас.

«Придурок! — улыбнулся Сейф. Его губы разошлись еще шире: — Какой же ты придурок!»

— Вы давно не были на Украине, Натан?

— Я не был там шесть или семь лет назад, — несуразно, однако в тон генералу ответил он.

— Завтра отправляйтесь в Крым. В Евпатории встретитесь с человеком по имени Роман. Присмотритесь к нему. Возможно, в будущем вам понадобится исполнитель на Украине. На словах Роману передайте: услуги хозяина заведения «Хороший вкус» — это в Севастополе — нам больше не нужны. Этот Роман потребует от вас деньги, их вы возьмете у хозяина «Хорошего вкуса». Зовут его Яков.

— То есть?.. Яков заплатит за собственное устранение?

— Вроде того. Вот вам адреса этих людей в Севастополе и Евпатории.

В этой связи Эйтан припомнил детали вербовки старшего лейтенанта Парубного. Работа не ограничивалась одной кандидатурой, рассматривались и другие офицеры полка. Но Парубный был главной фигурой потому, что его подразделение осуществляло задачи по охране полка.

Выпроводив Натана Сейфа, генерал созвонился с Мармсталем, вышел в приемную и отдал распоряжение адъютанту:

— Машину к подъезду. В канцелярию премьера.