Таймер для обреченных - Михаил Нестеров

— А... — сразу же запнулся капитан, разобрав фразу. — Говорите по-русски?

— Да.

Дальше он продолжил в духе паршивого боевика.

— У вас должна была остановиться Мэлоди Унгер. Она назвала мне номер комнаты, но я позабыл.

— Да, конечно.

— Что — конечно?! — с новой силой занервничал Андрей. — Что я позабыл номер комнаты? — И только сейчас понял, что этот номерок — волшебный. Он не изменился. «Неужели повезло? Повезло?! Да ты совсем сбрендил!»

Он сбавил обороты:

— С кем я говорю?

— Управляющий Клод Эбсалом. Оставьте свой номер телефона, вам перезвонят. Не беспокойтесь, я передам сообщение Мэл.

«Мэл. Не Мэлоди или там госпожа Унгер. Ну точно, он в курсе. Шпионские игры».

Андрей продиктовал свой номер и прервал связь. Едва прикурив, он тотчас уставился на телефон в нетерпении. Вот сейчас позвонит Унгер, сию секунду.

Он выкурил одну сигарету, другую. Выпил пару стаканов вина. Пересчитал деньги. Прикинул, что за день до учений с ним снова встретится агент «Амана» и отдаст повторный приказ. Поймал себя на сумасшествии, напрочь забыв о старлее Парубном. Хотя и он тоже агент военной разведки. Андрей понял, что ему отрезали все пути к отступлению.

Он снова зацепился взглядом за телефон...

В лице Мэлоди он искал защиту, наверное, и потому, что больше защиты просить было не у кого. Странная, невероятная ситуация. Словно и не было этих пяти лет. Ему двадцать четыре, Мэл только что ушла, оставив на террасе аромат французских духов и пряность стодолларовых купюр. Он сбросил с себя тяжесть и был благодарен Мэл. Припомнил окончание вечернего разговора: «Не боишься, что я тебя придушу ночью?» — «Буду рада побывать в твоих объятиях». И ее ответ долго стоял в ушах Андрея. Он как-то по-хуторски рассудил: «Она не прочь приласкать меня». В ту ночь он не сомкнул глаз. Как последний идиот, он пару раз прошел мимо террасы, громко кашляя. Обозначал свое присутствие: «Здесь я, зови меня!»

Одна мысль, вторая, третья. Одно дурацкое видение, другое. Шиза: отец и Мэлоди сидят друг против друга. Старик предельно откровенен с будущей невесткой: «Вы хороший офицер, Мэлоди, но женщина вы глупая».

Андрей не сразу ответил на звонок. Смотрел на трубку, как на будильник, раздумывая, просыпаться или нет.

— Андрей? Это Мэл. Случилось что-то?

— А то ты не знаешь! — обрушился капитан. — Какого черта вы меня подставляете?! Слышишь?.. Алло?

— У тебя были гости?

Андрей взял себя в руки и возобновил разговор устало.

— Дело серьезное, Мэл. На двести пятьдесят «тонн», понимаешь?

— Кажется, да.

— Что мне делать?

— Дату назови.

— 3 марта.

— Посмотрю, что смогу сделать. Жди моего звонка.

— Слушай, я помощи жду.

— Нам обоим не помешает запасный путь. И это искренне.

— Стой, Мэл, не вешай трубку. Не знаю, поможет нам это или нет... В общем... — Он поковырял пальцем обои над кроватью. — Ну... в 2001 году я выполнял приказ...

До того как террасу пропитал аромат французских духов Мэлоди, в ней долго не мог выветриться запах дешевого одеколона человека лет сорока...

— Меня обещали грохнуть, если я не «подброшу мощности» на лайнер. Кто — не знаю.

Андрей не мог знать, что незнакомец прямиком отправится в офицерское общежитие и стукнет в комнату лейтенанта Тараса Лозовского...

— Причину тебе объяснили?

— Какая-то бодяга. Украина первая, кто в мирных условиях сбивает гражданский самолет. На этой основе определенная группа людей встает во главе вооруженных сил двух стран. Может, «наверху» это звучит в порядке вещей, а для меня это полная бредятина.

— Я поняла. Пока.

Андрей хотел верить Мэлоди. Вот уже во второй раз она снимала с него груз. Но как верить ей, капитану военной разведки Израиля, человеку, который его завербовал? Уже через несколько минут он увидит Парубного: «Все-таки дернулся, гад?» И — по морде!..

Бежать. Капитан беспомощно оглянулся. Брать деньги и бежать. Какой дурак станет его искать? Кто захочет засветиться в его поисках? К чему военной разведке лишние расходы? Мщение ради мщения? Это даже актом не назовешь, так, онанизм под одеялом.