Таймер для обреченных - Михаил Нестеров

Ответ начштаба заставил себя ждать. Прошло два с половиной часа, прежде чем Черненко пригласил к себе в кабинет Школьника.

— Виктор Николаевич, ты развел бурную деятельность, трахнул весь Израиль и нацеливаешься на Украину, — сразу же атаковал подчиненного трехзвездный адмирал. Он восседал за рабочим столом в сером костюме и желтой, как у речников, рубашке. Накануне он простыл, оттого часто, через слово, шмыгал носом. — Ты прямо как разделяющаяся головка «Сатаны»! Проходи, присаживайся, — предложил он, опершись о подлокотник кресла. — Ты какого ответа ждешь от меня? Полагаешь, я дам «добро» на якобы предотвращение диверсии украинскими ракетчиками? Ты сам-то читал отчет Абрамова? Там черным по белому написано: в трагедии 2001 года виновна украинская ПВО. Тебе дали задание, а точнее — поручение: снять с этого рода войск обвинение в трагедии. Уже не снимешь.

— Но могу предотвратить...

— Что ты можешь предотвратить?

— Потенциальную диверсию.

Начштаба рассмеялся:

— Ты как школьник!

— Ты докладывал министру?

— Чтобы он меня в жопу послал? Пусть потенциальными диверсиями занимаются аналитики. А у нас с тобой потенция давно не та. — Черненко звучно высморкался в платок. — Это израильская проблема.

— Израильская проблема?

Черненко прикурил, поиграл зажигалкой, подбросил ее — и не поймал. Полез под стол. Продолжил с покрасневшим лицом, но с прежним настроением.

— Ну да, израильская. Пускай сбивают кого хотят. Да и нашим дипломатам работы прибавится. Есть чем обвинить и поиграть на международном поле.

Школьник в упор посмотрел на адмирала. Ему откровенно не понравился развязный тон шефа. Зная его давно и будучи с ним в приятельских отношениях, флотский разведчик пришел к однозначному выводу: Черненко явно играл и скрывал за этим свою озабоченность.

— Ты в сговоре с МИДом, — утвердительно покивал Школьник.

— Прежде всего я в ладах со своей головой, — парировал начштаба. Качнув лысой головой, он приоткрыл карты. — Ты же знаешь, как это бывает. Либо звонят тебе по телефону и отдают устный приказ, либо инициативу проявляешь ты и напарываешься на распоряжения — часто завуалированные. Порой от людей, которые не работают в Минобороны, но лоббируют его интересы. Нередко тобой помыкают люди, имеющие непосредственное влияние на военное ведомство. Приказать могут многие, а ты один, и попробуй не выполни приказ.

— Да, я знаю, как это бывает.

— Вот видишь... В общем, так, Витя: заправляй свою сатанинскую головку обратно в штаны. Не заправишь — ответишь по всей строгости наших обходных законов, ясно?

— Выслушай меня до конца. Меня насторожило название операции — «Туризм-2». В нем наверняка кроется код. Чувствую подлянку.

— Милый мой, да ты шпионской литературы перечитал! — Старый морской волк рискнул слегка переиначить подводника Андрея Саксеева: — Где ты сейчас? На этот счет подробный выдаю отчет. Не завершив еще учения, ты, нос по ветру обратив, разведку начал в отношении своих служебных перспектив. Я кончил. Будь разумно лих. Красот любви и новых знаний вкушай сполна промеж своих ракетно-ядерных ристаний!.. И не ломай без нужды дров. До встреч. Пиши. И будь здоров!

— Кстати, насчет писем. Ты сам невнимательно читал доклад Абрамова. — Школьник взял со стола телеграмму и вслух воспроизвел один фрагмент: — "...возможно, «Аман» в октябре 2001 года провел секретную операцию с целью сбить российский лайнер. Мотивы — не ясны".

— Да, это интересный момент, — был вынужден согласиться Черненко. Он надолго задумался. — Хорошо, пусть твои парни заканчивают операцию. Но еще раз предупреди Абрамова: если он и его банда устроят переполох в «украинском квартале» или разборку в «маленькой Украине», с плеч покатится твоя голова.

— Выходит, медведь будет кланяться, а согнется моя спина?

— Точно! — обрадовался Черненко. — Это я и имел в виду.