Таймер для обреченных - Михаил Нестеров

Кок невооруженным глазом посчитал экипаж и разведчиков по головам.

— Пять олухов. Нехило они выполняют боевую задачу.

— Неплохо, — согласился командир. — Будем брать тепленькими.

Диверсанты подошли к танкистам, маскируясь за громадой «Абрамса». Несколько секунд выжидали, прислонившись к броне. Джеб показал два пальца и жестом руки отправил двух бойцов в обход танка спереди. Его тройка обходила машину сзади. Разобрав экипаж по одному человеку на каждого, бойцы рванули к ним.

Джеб взял на себя командира танка. Опрокинув его на спину, он приставил к его шее нож и чуть надавил.

— Тебя больше нет, — пояснил он.

Танкист был в корне не согласен с этим. Он задергался, пытаясь вырваться из мертвой хватки диверсанта. Его примеру последовали остальные члены экипажа. Каждому из них «перерезали горло», они тем не менее отчаянно сопротивлялись. Блинкову пришлось успокоить своего визави крепким ударом в висок.

Через минуту танкисты были крепко связаны. Подруги с интересом наблюдали и ждали развязки.

— Кок, выруби музыку. Ну что, — продолжил Блинков, когда на поляне воцарилась тишина, — как будем оформлять это безобразие, парни?

— Вы доигрались, суки! — выкрикнул, брызжа слюной, командир танка в звании лейтенанта.

— С каких таких дел? — вступил в разговор Кокарев, присаживаясь рядом на корточки. — Мы тут крадемся в тиши, с утра маковой росинки во рту не было, а вы с телками бухаете. Пиф-паф, братва!

Эти слова еще сильнее распалили украинца.

— А ну-ка развяжите нас! Я — лейтенант! Я вам приказываю!

— Сейчас ты не лейтенант, ты — «уе», — с легкой издевкой заметил Джеб. — Ты не командир танка, ты командир «Абрамса», сечешь разницу? Кок, Швед, заводите танк. Вытаскивайте нашу бээмпэшку и возвращайтесь назад.

Николай Кокарев и Костя Шведов с готовностью откликнулись на приказ Джеба. Швед нырнул в люк «Абрамса» и занял место командира. Николай вполз на кресло водителя-механика через люк в бронелисте. Кресло с мягкой обивкой, подголовником и поясничной опорой было расположено по оси танка. До этого Кок управлял «Абрамсом» на тренажере, а там не предусмотрены такие излишества. Николай впервые занял положение полулежа и уставился на свои приподнятые ноги. Он словно попал не в танк, а в кабинет гинеколога. Он запустил стартер, двигатель завелся. Танк отфыркался черным дымом и развернулся на месте. Костя оригинальным приемом избавился от женского пола на броне, разворачивая башню стволом вперед. Давя подлесок, «Абрамс» помчался к болоту.

Механик БМП уже приготовил тросы. Закрепив их на кронштейнах танка, он отдавал команды, красноречиво жестикулируя:

— Давай! Потихоньку! Внатяг!

Почти шестидесятитонный танк натянул застонавшие тросы, и «Брэдли», уступающий ему в весе ровно в три раза, гигантской черепахой начал выползать из болота. Едва он оказался на суше, механик удивленно вытаращил глаза: обе гусеницы были на месте.

Когда «Абрамс» остановился в центре поляны, плененный лейтенант внезапно успокоился. Джеб перерезал ремни на его руках и ногах. Николай налил полный стакан водки и поднес командиру танка:

— До дна! За ваш упокой и наше здравие! До дна, бля! — поторопил он его. — А там, как говорит наш босс, поглядим.

Условно ликвидированный и едва владеющий языком лейтенант взялся за рацию, как только российские диверсанты покинули поляну. Он выходил на связь с противодиверсионным подразделением. Его командир получил точные координаты российской группы, и вскоре машины с десантом окружили район и взяли диверсантов в кольцо.

— Вы получили наводку от мертвого танкиста! — не мог успокоиться попавший в плен Джеб.

— Ты еще скажи, что так нечестно, — отвечал лейтенант-спецназовец, ровесник Джеба.

— Экипаж танка был уничтожен моей группой. Ваши бойцы были пьяные в стельку.

— Они были трезвые и находились со мной.

— Когда?

— В то время, которое ты укажешь в отчете. Мой тебе совет, братишка: не пиши о БМП, которую ты утопил в болоте. Мои бойцы выскоблят ее и приведут в порядок. Сколько ты служишь? — спросил лейтенант.

Джеб ответил не сразу, словно незначительный срок унижал его достоинство.

— Шесть месяцев.

— Может, еще через полгода-год ты чему-нибудь научишься, а к концу службы станешь настоящим профессионалом. Но при одном условии: не доверяй никому, парень, даже мертвым. — Украинский офицер искренне улыбнулся русскому спецназовцу и дружески похлопал его по плечу.

* * *

Российско-украинские учения носили название «Фарватер мира — 2001». Они в основном проходили на морском десантном полигоне в районе горы Опук на Керченском полуострове и на базе оперативно-тактического тренажера «Диалома» российского Черноморского флота в районе Сак. Российский штаб планировал выполнить около ста боевых упражнений с участием боевых кораблей, морских пехотинцев с их высадкой на необорудованное побережье, авиационной ударной группировки, ракетно-артиллерийских подразделений.

В конце сентября 2001 года капитан Абрамов принимал участие в подготовке осеннего сбор-похода. А это всегда состязания флотских экипажей на приз главнокомандующего ВМФ. Абрамову достался другой «приз». Тогда никто не предполагал, что учения войск ПВО Украины обернутся кошмарной катастрофой...