Кровавый след - Деон Мейер

Все остальные пассажиры маршрутки, кроме них, были цветными. Они ехали по Фортреккер-стрит, Альберт-стрит, повернули на Стрэнд-стрит… Сначала их присутствие угнетало остальных. Попутчики то и дело с любопытством косились на них: у Миллы порвана блузка и исцарапаны руки, у Беккера кровь на плече… Наконец, один мужчина, по виду работяга, спросил:

— Что, братан, паршивые выдались выходные?

Лукас ухмыльнулся и кивнул, а Милла рассмеялась. Атмосфера разрядилась. Посыпались шутки, кто-то рассказал анекдот. Когда они вышли на станции, одна женщина серьезно сказала:

— Всего вам хорошего!

Они взяли такси и поехали на Ватерфронт. Успели перед самым закрытием магазинов. Купили только самое необходимое — небольшой рюкзачок для Миллы, рубашку и блузку, черные ветровки с капюшоном, туалетные принадлежности. Переоделись в общественном туалете, вышли по пешеходному переходу на Портсвуд-стрит и направились к отелю «Коммодор».

Раджкумар положил трубку и сказал Менц и Квинну:

— Он говорит, они временно приостановили регистрацию «Ллойда» из экономии, ждут, пока им доставят новые приборы СДИ. Так что через них мы корабль не найдем.

— А электронная идентификация?

— Он едет на работу, просит перезвонить через час.

— Что же делать?

— Придется поговорить с янки.

— Другого выхода нет?

— Нет.

В просторном номере отеля Беккер поставил сумки на пол, обвил Миллу руками и прижал к себе. Они долго стояли молча. Наконец, он сказал:

— Тебе нужно что-нибудь поесть.

Держа руки у нее на плечах, он заглянул ей в глаза, пытливо ища что-то в ее лице. Она погладила его по щеке и сказала:

— Ладно, я только приму ванну. Я не задержусь.

Он нехотя отпустил ее.

Потом заказал сэндвичи в номер.

— Янина, не может быть! — воскликнул изумленный и возмущенный Барзински.

— Давайте попробуем сохранять хладнокровие…

Барзински вскочил с места и ударил кулаком по столу. Лицо его медленно багровело.

— Я вас не понимаю, — заговорил он монотонно, сдерживаясь из последних сил. — О чем вы только думаете?! Вы впустую потратили два часа, у нас осталось меньше суток, а вы все еще играете в игры! Вы хоть понимаете, что поставлено на карту?

— Бруно, несмотря на то что вы причисляете нас к странам третьего мира, а всех нас считаете простачками, даже мужчин, не говоря уже о женщинах… мне кажется, я способна понять, что именно поставлено на карту.

— Неужели? А я уже начинаю думать, что ваша воинственность серьезно затрудняет способность хоть что-то понимать…

— Моя воинственность?! А может, это в вас говорит чувство превосходства?

— Хватит, — перебил ее Тау Масило. — Этого больше чем достаточно. — Он встал между ними. — А теперь сядьте оба!

Он быстро объяснил Милле, как стрелять из АК-47. Объяснил, что автомат очень простой, прочный, надежный, хотя и не слишком точный. Он показал, как вставлять магазин, как взводить курок, как снимать автомат с предохранителя. Объяснил, как настраивать автомат на автоматическую и полуавтоматическую стрельбу, показал, как держать автомат: чуть наклонившись вперед, а на спусковой крючок нажимать плавно, а не рывком.

Он заставлял ее повторять все снова и снова, до тех пор, пока не остался доволен.

Барзински успокоился первым. Глубоко вздохнул, медленно сел, хотя лицо у него еще было красным.

Менц осталась стоять.

— Янина, пожалуйста, сядьте, — попросил Масило.

— Я лучше схватываю, когда стою, — возразила она с плохо скрываемым сарказмом.

Масило, стиснув зубы, сам обратился к Барзински:

— Мы будем вам очень признательны, если вы передадите новую информацию и поможете нам разыскать корабль.

Барзински кивнул, потянулся к своему мобильнику.

— И потом, по-моему, пора раскрыть наши карты, — сказал Масило, не глядя на директора.

— Все как-то бессмысленно, — сказал Беккер. — Здесь слишком много народу.

В 21.38 они стояли перед отелем «Рэдиссон» и смотрели на ярко освещенную бухту Грейнджер-Бэй. Повсюду были люди: на балконах ресторанов, на пешеходных дорожках длинных, узких причалов, на палубах яхт, стоящих длинными рядами, выставивших высокий лес мачт.

— А это точно здесь? — спросила Милла.

Он снова посмотрел на свой мобильник.

— Если верить координатам GPS — да. Здесь. Определенно.

— Они будут здесь только в два. У нас еще четыре часа…

Беккер показал на группу людей на палубе яхты:

— В два часа ночи те гуляки еще не разойдутся… Надо было записать координаты.

— Что такое ЯКО? — вспомнила Милла. — Какой-нибудь морской термин?

Он покачал головой:

— Не знаю. Сейчас погуглю.

Она наблюдала, как он выходит в Интернет с мобильного телефона, набирает буквы в поисковой строке.

Первым выскочил сайт яхт-клуба «Океан». Беккер зашел туда. Сайт открылся. На переднем плане — море, порт, подъемные краны, на заднем плане жилые дома Си-Пойнта. Дисплей телефона был таким маленьким, что буквы оказались почти нечитаемыми.

— «Яхт-клуб Океан (ЯКО), — прочел он, — находится в бухте Грейнджер-Бэй, вблизи от набережной Виктории и Альфреда; единственный эллинг для маломерных судов в районе Кейптауна. Более четверти века клуб предоставляет яхтсменам разнообразные услуги». — Он посмотрел на фото, потом поднял голову, взглянул на море. — Вот бухта Грейнджер-Бэй… Он должен быть где-то здесь.

— Погоди, — сказала Милла и спустилась по ступенькам на деревянный настил. У яхты стояли двое мужчин с пивом в руках и переговаривались по-английски. — Вы не скажете, как найти яхт-клуб «Океан»?

— Вы все неправильно поняли, — сказал Бруно Барзински. — Они вовсе не охотятся на нашу футбольную сборную. Даты случайно совпали… Наша разведка выявила нечто совершенно другое.

— Что же?

Впервые Барзински пришел в замешательство.

— Извините, но я не уполномочен сообщать вам такие сведения.

Менц громко, презрительно хмыкнула.

— Значит, дополнительные меры безопасности на вторник можно отменять? — уточнил Масило. — Охранять вашу сборную уже не надо?

— Нет, ничего не отменяйте.

Масило изумленно покачал головой.

Менц нарушила молчание:

— Позвольте, я попробую все подытожить. Вы очень хотели побеседовать с нами, когда считали, что Осман у нас…