Кровавый след - Деон Мейер

Он ошибался.

Вернулась она лишь через десять минут, села, разгладила юбку на коленях и сказала:

— Инспектор, поймите меня правильно. Как глава отдела кадров я вступаю в действие, только когда кто-то из персонала должен получить дисциплинарное взыскание из-за ненадлежащего исполнения своих обязанностей. Руководство не обязано информировать меня о случаях, когда пропадают деньги, но подозреваемых нет. Поэтому мне пришлось вначале навести справки у нашего директора-распорядителя. И получить его разрешение поделиться этими фактами с вами. Сведения такого рода строго секретны.

Яуберт кивнул. Он понимал: если украденная сумма достаточно велика, в большинстве крупных компаний предпочитают решать дело за закрытыми дверями. И помалкивать о происшествии, боясь запятнать светлый образ компании.

— Наш директор-распорядитель уполномочил меня поделиться сведениями с вами. Но с одним условием. Если к преступлению причастен Дани Флинт, вы нам сразу же сообщите.

— Отлично. — Яуберт понимал: в переговорах надо уметь не только получать, но и отдавать.

— Итак, в прошлом году у нас неоднократно недосчитывались разных сумм. Самая крупная недостача составляла почти шестьдесят тысяч рандов. В одной из наших билетных касс, в июне. Мы узнали обо всем через сутки после кражи, нашли виновников, и дело было раскрыто в течение двух недель. Флинт не имел к той краже никакого отношения.

— Шестьдесят тысяч, — разочарованно протянул Яуберт.

— Инспектор, вы должны понять, у нас прекрасно развит контроль. Да, мы всего лишь автобусная компания, но мы внедрили самые современные технологии, особенно в том, что касается финансов. Баланс подводится ежедневно; даже самая маленькая недостача выявляется сразу.

Он по-прежнему никак не мог смириться с дурными вестями.

— Вы совершенно уверены, что других краж не было? Меня интересует сумма в размере четырехсот тысяч или больше…

— Даю вам слово, таких крупных краж у нас не было! — Бесси Хис страшно удивилась, но постаралась не показывать виду.

Яуберт вздохнул. Его версия пошла прахом!

— Четыреста тысяч? Дани Флинт украл четыреста тысяч?! — повторяла Бесси Хис. Судя по всему, Яуберт все же задел ее за живое.

«Хонду» он оставил на стоянке, но в кабинет подниматься не стал. Вышел через цокольный этаж, обошел здание кругом, очутился на Сент-Джордж-Молл, не спеша двинулся к собору. Он не замечал ни уличных торговцев, ни лотков, ни туристов, ни закусывающих и пьющих людей, сидящих за столиками ресторанов. Он не замечал потока стремящихся домой офисных служащих, не замечал, как все поспешно расступаются перед ним, — он брел против течения. Его волновал единственный вопрос: откуда взялись деньги? Статистика на его стороне. Согласно данным, белый мужчина в возрасте за тридцать, без криминального прошлого, имеющий постоянную работу, совершает преступления в основном на рабочем месте. Все, кто изучает криминалистику, еще на первом курсе затверживают формулу: предрасположенность плюс окружающая среда плюс текущие обстоятельства. Иными словами, для совершения преступления необходимы три фактора: внутренняя готовность подозреваемого совершить преступление, среда, влияющая на его воспитание, и возможность совершить преступление. Сейчас Яуберта больше всего волновало последнее. Возможность.

Склад характера Дани Флинта позволял предположить, что он в принципе способен совершить преступление. Он лишь ждал, когда подвернется удобный случай. А практика показывает, что удобный случай чаще всего подворачивается именно на работе. Дани проводил на работе почти все время. Там он применял свои знания, опыт, навыки. Он знал специальные программы, внедренные в компании, разбирался в системах сигнализации… Иными словами, он вполне мог заранее знать об удобном случае и смел надеяться, что выйдет сухим из воды.

Но заведующая отделом кадров уверяет, что четыреста тысяч рандов в компании не пропадало.

И он понятия не имел, где Дани Флинту мог подвернуться другой удобный случай.

На время Яуберт приказал себе забыть все, что ему известно. Он прошел мимо собора, зашагал по пешеходной дорожке в сторону парка Кампани-Гарденз. Надо вернуться к истокам и попробовать слепить новую версию. Четыреста тысяч — сумма немалая. Наличными. Да, вот ключевой фактор — наличные. Белые воротнички чаще подделывают чеки, мухлюют со счетами, платежными средствами, интернет-переводами. Но не с наличными.

Откуда можно взять четыреста тысяч? Ограбить банк. Или украсть деньги во время их перевозки. Ограбить казино, пункт выплаты пенсии. Остальное — мелочь. Даже грабители, которые нападают на магазины и рестораны, чаще всего довольствуются двадцатью-тридцатью тысячами — и то если повезет.

Но банки, инкассаторские машины не имели никакого отношения к Дани Флинту. В Южной Африке такими делами занимаются в основном представители организованной преступности, обитатели бедных городских окраин. При чем здесь автобусная компания?

Надо вспомнить, чем еще любил заниматься Флинт. Он ходил в тренажерный зал. Общался с друзьями. С соседями по кварталу. Может, соседи?.. Он слышал, что район Парклендс в последнее время облюбовали выходцы из Нигерии. Но большинство нигерийцев — добропорядочные граждане и работают легально.

Ничего нельзя исключать. Может быть, Дани Флинт разговорился с кем-нибудь в спортивном баре и собеседник решил взять его в долю?

Вряд ли. Что Флинт мог им предложить? Нигерийские мафиози торгуют наркотиками, подделывают кредитные карты и занимаются интернет-мошенничеством, рассылают так называемые «нигерийские письма». А учитывая возраст Флинта, круги, в которых он вращался, вряд ли он мог чем-нибудь быть им полезен.

Если только…

Надо будет спросить Таню, хотя он ни на что заранее не надеялся.