Точка обмана - Дэн Браун

— Я знаю, что это сообщил он сам, и не собираюсь оспариватьего слова. Просто я решила, что необходимо сказать тебе, потому что сама жесоветовала не доверять Марджори Тенч. После этого я говорила с людьми, неимеющими отношения к этой особе, и они уверены, что сенатор берет крупныевзятки. Вот и все.

— Кто эти репортеры? — Гэбриэл неожиданно рассердилась.

— Не хочу называть имен, но могу устроить тебе встречу. Этоумные люди. Они хорошо разбираются в делах финансирования избирательныхкампаний. — Иоланда замолчала, сомневаясь, стоит ли продолжать. — Ты знаешь,эти ребята говорят даже, что Секстон на мели, по сути, банкрот.

В тишине пустынного офиса Гэбриэл как будто услышала эхожестоких обвинений Марджори Тенч: «После смерти жены сенатор растратилзначительную часть ее состояния на глупые инвестиции, личный комфорт и напокупку победы в первичных выборах. Шесть месяцев назад ваш кандидат оказалсябанкротом...»

— Так вот, наши люди готовы встретиться с тобой и всеобсудить.

Гэбриэл подумала, что вовсе не уверена, хочет ли этого онасама.

— Я перезвоню тебе.

— Ты кажешься очень раздраженной и встревоженной.

— Не из-за тебя, извини. К тебе это совсем не относится.Спасибо за информацию.

Гэбриэл повесила трубку.

Личный телохранитель сенатора Секстона задремал, сидя на банкеткев коридоре жилого комплекса Уэстбрук. Неожиданно зазвонил сотовый. Охранниквздрогнул, протер глаза и вытащил телефон из кармана пиджака.

— Да?

— Оуэн, это Гэбриэл.

Охранник сразу узнал голос.

— Привет.

— Мне нужно поговорить с сенатором. Вы не постучите в дверь?Телефон почему-то все время занят.

— Но сейчас уже слишком поздно.

— Он не спит, я уверена. — Голос ассистентки звучалвзволнованно. — Дело очень срочное.

— Еще одно срочное дело?

— Продолжается то же самое. Помогите мне с ним связаться,Оуэн. Необходимо срочно кое о чем его спросить.

Охранник тяжело вздохнул и поднялся:

— Ну хорошо, хорошо, я постучу. — Он потянулся и направилсяк двери. — Но делаю это только потому, что босс остался доволен, что я впустилвас тогда, в первый раз.

Он поднял руку, собираясь постучать.

— Что вы сказали? — требовательно переспросила Гэбриэл.Кулак телохранителя повис в воздухе.

— Я сказал, что сенатор похвалил меня за то, что я васвпустил. Вы были правы. Действительно, проблем не возникло.

— Вы с сенатором говорили об этом?

Голос помощницы звучал удивленно.

— Да. А что?

— Да нет, ничего. Я просто не думала...

— Если честно, то получилось как-то странно. Сенаторупотребовалось несколько секунд, чтобы вспомнить о том, что вы приходили.Похоже, со своими гостями он немножко загрузился.

— А когда вы с ним разговаривали, Оуэн?

— Сразу после вашего ухода. А что случилось?

В трубке повисло молчание. Потом Гэбриэл произнеслаизменившимся голосом:

— Нет-нет. Ничего. Послушайте. Я вот подумала... Давайте лучшене будем сейчас беспокоить сенатора. Я еще попробую набрать его домашний номер.А уж если не получится, то снова вам позвоню, и тогда уже вы постучите.

— Как прикажете, мисс Эш.

— Спасибо, Оуэн. Извините за беспокойство.

— Без проблем.

Парень отключил телефон, шлепнулся обратно на банкетку имоментально уснул.

Гэбриэл несколько секунд стояла неподвижно, глядя в однуточку, и только потом повесила трубку. Оказывается, Секстон знает, что она былав его квартире. Но даже не упомянул об этом.

Все странности сегодняшнего вечера собрались в один узел.Девушка вспомнила звонок сенатора, когда она сидела у Иоланды, в зданиителекомпании Эй-би-си. Тогда ее поразило ничем не спровоцированное признание —рассказ о встрече с представителями частных фирм и о том, что они давали емунебольшие суммы денег. Искренность босса потрясла Гэбриэл и вернула доверие кнему. Даже пристыдила ее. Теперь же его признание выглядело куда менееблагородным.

«Небольшие деньги, — сказал тогда Секстон, — совершеннолегальные».

Внезапно ожили все смутные подозрения Гэбриэл по поводучестности и порядочности босса.

На улице сигналило такси.