Книга Израиля. Путевые заметки о стране святых, десантников и террористов - Евгений Сатановский

Нееврейские члены еврейских семей в Израиль прибывают с каждой алиёй. Поскольку, как еврея ортодоксальными правилами игры ни прессингуй, женится он в основном на тех, кого любит. И что особенно раздражает ксенофобную публику, за любимых же и выходит замуж. Или так уж сложилось, что будет ребёнок, и как порядочный человек… То есть это совсем не значит, что каждый еврей непременно порядочный человек. И процент счастливых браков в итоге примерно одинаков. Хоть при стопроцентном соблюдении галахических правил, хоть в смешанных семьях. Вероятность тут пятьдесят на пятьдесят. Или будешь счастлив, или нет. Что Б-г даст.

Даёт он, судя по многотысячелетней истории еврейского народа, евреям их брачных партнёров наобум. В качестве эксперимента. Всяких рас и национальностей. Цвета кожи и языковой принадлежности. Иначе евреи не представляли бы собой такой общепланетный Вавилон. Что в их собственном национальном государстве заметно куда лучше, чем во всех прочих странах. Причём всё это началось, что называется, не вчера. С древности началось. Как минимум с Руфи-моавитянки, праматери дома Давидова. А также мудрого, но катастрофически сексуально невоздержанного царя Соломона.

Так что либерализация общества и его, этого общества, бурный прогресс не сыграли никакой особой роли в стремлении еврея реализовать свой основной инстинкт – такой же, как у всех прочих людей на планете. А в рамках традиционного чадолюбия – и инстинкт создания домашнего гнезда. По результатам чего еврей женится. Или выходит замуж, если он – она. То есть женщина. Причём женится на ком попало. И выходит за кого придётся.

В эпохи, когда евреи не загнаны за очередной Можай, никого из них это особенно не волнует. Ну разве что позавидуют особенно счастливым. С возможными последствиями. Вот Урии-хеттянину, помнится, в своё время очень повезло с красавицей женой – и в связи с этим не повезло глобально. Хотя в истории он остался исключительно благодаря своему невезению. Но это во времена обычные, как у всех прочих народов. А их в еврейской истории было не так много.

В периоды, когда от национального еврейского государства оставались рожки да ножки, а самих евреев ласково принимает в свои объятия очередная диаспора, ситуация не так спокойна. Отношение отцов общины к межнациональным и межрелигиозным бракам меняется кардинально – и понять их можно. Одно дело ассимиляция в евреях. Тем более пока они сильны и многочисленны. Мало ли кто к сильному прислонится. «Как бы мне, рябине, к дубу перебраться», – мотив по-человечески понятный. Ничего такого особого в нём нет, и для улучшения генофонда это очень полезно.

Другое дело, когда желание очередной рябинки перебраться к своему личному, нежно ею любимому в качестве интимного друга дубу приводит к тому, что рябинкины родственники и единоверцы вырубают всю дубовую рощу. Напрочь. До последнего престарелого пня и малолетнего жёлудя. Что в еврейской истории было не исключением, а самым что ни на есть правилом.

Вот тут задумаешься, что важнее. Твоё, дуба, и прислонившейся к тебе рябины личное счастье – или физическое выживание всего коллектива. Откуда у евреев весь их набор брачных запретов, и предостережений, и романтических историй о несчастной любви, и бытовых анекдотов. А также немалое, кратно превышающее евреев по численности количество бастардов и потомков бастардов в окружающей среде. Среди которых много людей способных, талантливых и знаменитых.

Отметим, что автор, как человек консервативный, хотя и более или менее добродушный, говорит всё время об обычных семьях. Папа там, мама, дети. Бабушки, дедушки, внуки. И прочие дяди и тёти, племянники и племянницы, шурины и свояченицы. А также всякая другая родня классического образца. Ситуацию однополых пар он, искренне желая им всего хорошего в личной жизни, не рассматривает в принципе. Поскольку Элтона Джона с удовольствием слушает и Стивена Фрая смотрит и читает, но новации французского президента Франсуа Олланда и его соратников насчёт однополых браков полагает кретинизмом высочайшей пробы.

«Родитель номер один» и «родитель номер два» – это что-то с азимовского конвейера по сборке роботов. Не еврейское это дело. Люди так не размножаются. Хотя, впрочем, геи с лесбиянками как раз и не размножаются. Почкование пока что не тот метод. И усиками это получается хорошо только у клубники. Притом что помянутые однополые пары у евреев в принципе не редкость.

Оно так и на Западе, где эти пары вообще не редкость, и в Израиле, где население копирует западные ценности с избыточным усердием. Откуда гей-парады в Тель-Авиве и мордобой с харедим, которых в данном случае автор понимает как никто, при попытке провести гей-парад в Иерусалиме. Зачем – кто бы сказал? И почему эта реплика из времён римских сатурналий и восточных фаллических культов называется «парадом гордости»? Но это тема уже совсем для другой книги.