Книга Израиля. Путевые заметки о стране святых, десантников и террористов - Евгений Сатановский

В Америке президент – на самом деле президент. Символ и лидер нации. Хотя, конечно, есть Конгресс, и пресса, и Верховный суд. И в случае чего они его поправят. Моника Левински там или война в Ираке… Опять-таки в Штатах все прекрасно знают, что бывают президенты умные и глупые, сильные и слабые. Но шоу должно продолжаться, и оно продолжается – третий век идёт, между прочим.

Свои законы, свои ограничения, свои несообразности вроде системы выборщиков, но способностей к эволюции у этой системы не отнять. Католик не может стать президентом (и ведь не мог – антикатолические настроения в Америке доминировали на протяжении всей второй половины XIX века)? Так вот вам Кеннеди. Быстро убили, но ведь был избран! Негр никогда не станет президентом? А вот вам Обама, получайте удовольствие. Осталось избрать разве что женщину, еврея, гея, русского и китайца. Для полноты ассортимента и завершения торжества американской демократии.

В России президент – много больше, чем просто президент. На худой конец он царь. А по большому счёту – император. Самодержец Всероссийский. Отец нации. Надёжа и опора. И не «орёл наш дон Рэба», а, судя по Крыму, самый что ни на есть Верховный главнокомандующий. Демиург и распорядитель кредита доверия. Гарант Конституции и символ того, что она вообще есть. Нравится это, не нравится…

Ну, тут, понятно, много чего и помимо него понаверчено: Государственная дума там, Центризбирком, Совет Федерации, Верховный суд и прочие демократические инстанции. Кому б от той демократии был толк… Где-то на подтанцовке – пресса. Много более независимая, чем о ней думают, оттого что она как Украина: от неё ничего не зависит. Пиши и говори, сколько хочешь. Хоть весь упишись. Но толку – как было при СССР, так, в общем, и осталось. Даже меньше. Однако же бывает и много хуже в этом мире.

В Израиле президент – что-то вроде Британской королевы. Не Елизаветы и тем более не Виктории, а нынешней. Должность символичная, престижная. Заповедник для пожилых честолюбивых политиков или нечестолюбивых и позитивных «пятых колёс до возу» при сильном премьер-министре. Такой почётный Белый Кролик в Зазеркалье.

Кто из читателей не в курсе – это Льюис Кэрролл. «Алиса в Стране Чудес». Есть такая книга в мировой литературе. Написана, когда сегодняшнего Израиля не было и в помине. Но многое там как будто списано с него. По крайней мере похоже. Во всяком случае, королевская игра в гольф с фламинго и ежами – стопроцентно формирование израильской правительственной коалиции. Пока ты как следует прицелился, партнёр уже сбежал и роет что-то под кустом себе на ужин. Ну и ещё по мелочи. Но это о другом.

Специфика Израиля в том, что там каждый первый – потенциальный президент. И если б только у него было время – не отвлекали дети или внуки, не нужно было кормить семью или болеть за любимую футбольную команду, не очередная война или очередная склока с соседями, – он бы всем показал, как нужно управлять страной. Очень народ политизированный.

Вообще-то это издержки всеобщей грамотности, умноженные на долгое пребывание на планете и хорошую историческую память. Плюс темперамент. Минус понимание того, что человек на самом деле собой представляет. Не тот, который «звучит гордо» или «ищу человека». А именно данный конкретный персонаж, горячо обсуждающий и осуждающий, будучи полностью уверен, что он точно знает, «как надо».

На что это похоже? На сумасшедший дом это похоже. На цорес и гармидер. На пожар в одесском борделе во время наводнения – если б в Одессе бывали наводнения. На жизнь в Израиле это похоже, и ни на одну страну больше. По крайней мере нормальную страну. Чтоб они все, нормальные, были все здоровы. Жизнь эта напоминает итальянское кино эпохи неореализма, перемещённое из Северного Средиземноморья в Средиземноморье Восточное. Левант Левантом, а какая разница!

Ладно ещё, когда в стране первое лицо никакой не президент, а премьер-министр, хотя правительства меняются с такой же регулярностью, как времена года. Да и парламентские выборы проходят сплошь внеочередные. Ну никак не держатся в Израиле правительства. Летят досрочно. Одни сменяются другими, те третьими – и это уже правило, с которым страна смирилась и сжилась. Никто даже не понимает, что делать, когда выборы проходят в срок, так это непривычно. Как, впрочем, и в Италии. Темперамент один, что ли?

Но, в отличие от Италии и Франции, а также прочих стран Евросоюза, Израиль – страна воюющая. Причём, чем больше он от войн пытается уйти и их избежать, тем меньше ему это удаётся. Позволим себе предположить, учитывая, кто у него в соседях и что у самих этих соседей творится, что так оно и будет до скончания времён. А когда полстраны фронтовики, а все, кто не фронтовики, – их семьи и соседи, ты ими давай, покомандуй. Очень интересно на это посмотреть со стороны.

Как там назвал Израиль ядовитый и точный в определениях Эфраим Севела, после чего на него в этой стране обиделись? Страна вооружённых дантистов? Ну да. Такая хорошо вооружённая разговорчивая и экспрессивная страна. Полная пикейных жилетов, в свободное от болтовни, размахивания руками, беспорядочной личной жизни и поджаривания кебабов, аппетитно поедаемых под пиво с круглыми питами, салатом, жаренной во фритюре картошкой и хумусом, время выполняющих функции танкистов. Лётчиков. Десантников. Артиллеристов. А что им ещё делать? Или ты врага подстрелишь. Или он тебя. Места такие.

И вот ты в этой стране президент. А там, напомним, каждый президент. Поскольку это не Россия, не Франция и не США – Израиль. Что с этим делать? И вот тут начинается интересное. Каждый ищет своё. И обязательно находит. Причём не обязательно в виде хобби – выращивания цветов, аквариумных рыбок и кактусов. Но и в политике. На худой конец, в околополитической деятельности.

Активность израильтян в этих сферах сильно раздражает. Но завораживает. Драйв и кайф, с которыми граждане этой единственной в своём роде страны погружаются во все её проблемы, – бич политического истеблишмента, но именно эти граждане становятся спасением государства. В прямом смысле. Как во Вторую Ливанскую войну, в ходе которой выяснилось, что израильская служба тыла всё, что могла провалить, провалила, зато все, кто мог кому-то помочь, активно этим занимались.

Тащили к себе из зон обстрела в центр страны родственников и друзей. И незнакомых людей, с которыми только что познакомились в социальных сетях. Подвозили одиноким старикам воду и лекарства. Организовывали летучие команды мотоциклистов, которые в свободное от работы время заменяли собой ушедших на фронт почтальонов и курьеров. Причём всё это делалось абсолютно добровольно именно потому, что в стране каждый президент. То есть, говоря высокопарно, её население обладает высокоразвитым чувством гражданской ответственности.