Саломея. Танец для царя Ирода - Валерия Карих

Иродиада величественно сошла с повозки и, раскрыв зонт, остановилась, окруженная рабами, в ожидании Саломеи. Стражники спешились и, встав в отдалении от госпожи, заговорили между собой.

На Иродиаде был ярко-синий пеплум, перехваченный в талии широким поясом, расшитым золотыми нитями и вкрапленными в них драгоценными камнями. Густые черные волосы ниспадали на плечи пышными локонами. Вчера Ирод торжественно пообещал ей показать травлю животными. Диких зверей, содержащихся в Махэрузе, уже несколько дней держали голодными. С одобрения префекта Иудеи Понтия Пилата их готовили для казни шести предводителей восстания. Иродиада взглянула на возвышающуюся над ней крепость и победно усмехнулась. Сердце ее возбужденно забилось в предвкушении кровавого зрелища.

По каменным плитам загрохотали колеса. Из-за угла показалась украшенная цветами повозка. Она остановилась, и из нее вылезла Саломея. Рабыня собралась было сойти вслед за молодой госпожой, но, приоткрыв шторки и наткнувшись на грозный взгляд Иродиады, испуганно отпрянула, не смея больше показываться на глаза.

– Идем, мама, – сказала Саломея, подойдя к матери и поднимая на нее глаза. Она страшилась увидеть в них столь знакомые отчуждение и холодность, но не увидела. Мать кивнула, и они вошли внутрь. После приезда дочери Иродиада ни на мгновение не отпускала ее от себя. Она зорко следила за каждым ее шагом, как коршун, высматривающий добычу и готовый растерзать ее, как только представится случай. Саломея ни в чем не перечила матери. Больше всего девушке хотелось вернуть ее доброе расположение. Ради этого она была готова на все…

Вчера Саломея хотела отказаться от поездки на казнь. Но мать так злобно смотрела на нее и так громко кричала, что она была вынуждена подчиниться.

В сопровождении стражников и рабов, несущих над головами факелы, они направились по коридору. Иродиада не обращала никакого внимания на отчаянные громкие возгласы, раздающиеся вокруг. Саломея же в силу естественного любопытства, присущего юности, не могла удержаться и украдкой оглядывалась по сторонам. Она видела залитые слезами изможденные лица узников, их горящие надеждой глаза, слышала жалобные стоны и мольбы, чтобы процессия остановилась и выслушала просьбу о помощи. Сердце девушки сжималось от ужаса, она яростно кусала губы и торопливо шла, стремясь поскорее выбраться наружу.

Наконец они пересекли коридор и очутились на террасе, с которой открывался вид на амфитеатр. Им пришлось спуститься вниз, на арену и пройти через нее на другую сторону, где для них были приготовлены места. В центре арены стояли приговоренные к сегодняшней казни мятежники, среди них Тувия и Элеазар. Симона вместе с остальными мятежниками должны были казнить на следующий день. Юноши были избиты и едва держались на ногах. Зная, что впереди их ожидает жестокая смерть, они мужественно ободряли друг друга словами утешения. По щекам двух самых юных секариев текли слезы отчаяния. Все юноши были одеты в набедренные повязки и стеганые поножи. Никаких защитных доспехов, шлемов и мечей у них не было.

Как только они заметили Иродиаду, то сразу же принялись выкрикивать бранные слова и проклятия в ее адрес. Та намеренно прошла близко, надменная и высокомерная, даже не оглянувшись на них. К зелотам подбежали стражники и принялись избивать их. Услышав отчаянные, раздирающие душу крики, Иродиада обернулась и торжествующе усмехнулась. Саломея шла, кусая губы от стыда. Она вся дрожала и вздрагивала так, словно это ее били палкой.

Поднявшись, Иродиада и Саломея уселись на ложи, покрытые дорогими коврами, над которыми были натянуты плотные занавеси. Возле них сразу же встали две рабыни и принялись обмахивать их огромными страусиными опахалами. Еще одна рабыня налила в чаши питье и, поклонившись, почтительно поднесла. Возле ложа на столике в красивых вазах лежали фрукты и сладости, здесь же стояли цветы.

Прошло долгое время. Мать и дочь избегали разговоров, ограничиваясь короткими репликами. Наконец на противоположной стороне арены, откуда они пришли, появился Ирод в сопровождении немногочисленной свиты. Сзади рабы несли мечи и толстые копья, предназначенные для боя. Остановившись возле секариев, Ирод заговорил с ними. Разговор был коротким. Закончив, Ирод приказал рабам отдать копья приговоренным, а сам поднялся на трибуну и уселся рядом с женой. Лицо Ирода было задумчивым и мрачным. На Саломею он не смотрел. Воцарилось молчание.

Стражники стояли на арене, ожидая сигнала тетрарха.

– Римский префект дал согласие на казнь, – наконец выдавил из себя Ирод.

– Я знаю, – коротко ответила Иродиада.

Тетрарх не решался отдать приказ начинать. Он знал: все закончится быстро. Разозленный и голодный леопард молниеносно убьет свою жертву. Львы тоже голодны. «Но почему так тяжело голове и сердцу?» – тоскливо подумал Ирод и опустил голову. Тупая, ноющая боль вновь начала сжимать его голову, перед глазами все поплыло. Это были уже знакомые признаки начинающегося приступа. Ирод беспомощно посмотрел на жену. Та не замечала его состояния.

– Чего ты медлишь? Прикажи начинать! – возмущенно выкрикнула она. Глаза Иродиады загорелись как угли.

Ирод поморщился и вздохнул. Подумав еще, он нехотя поднял руку и медленно опустил. По его сигналу рабы сразу же открыли ворота загона.

Первым выбежал необычайно большой леопард. Он был голоден и сразу заметил стоящих на арене. Хищник припал на задние лапы и, напружинившись, стал приближаться к людям, которые, отойдя друг от друга, приняли боевую позу. Выбрав себе жертву, леопард стал ползком подбираться к ней. Все ближе и ближе… Оказавшись на расстоянии двух саженей, зверь приподнялся и начал огибать человека по кругу, изучая его.

Тувия смотрел в пустые янтарные глаза своей смерти. Так просто свою жизнь он ни за что не отдаст! Приготовив копье, юноша принялся синхронно двигаться вместе с леопардом. Он надеялся успеть нанести хищнику хотя бы один удар. В глубине души Тувия понимал, что обречен…

В этот момент рабы выпустили на арену трех львов. Их голодный рык потряс воздух. На воле лев обычно всегда убивает леопарда, поэтому леопард на арене инстинктивно повернул голову на раздавшееся рычание. Этого было достаточно. Тувия мгновенно выбросил свое копье вперед и пронзил леопарда в шею. Почувствовав укол, зверь присел. Угрожающее зарычав, он начал яростно мотать шеей, пытаясь освободиться от засевшего в шее железного шипа. Безуспешно! Тогда зверь присел на задние лапы и вместе с копьем кинулся на Тувию. Все продолжалось какие-то мгновения.

Хищник вонзил свои мощные и загнутые, как шипы, длинные когти в человеческую плоть. Юноша дико закричал. Он не хотел умирать! Но смерть была безжалостна… Леопард впился клыками в шею Тувии, а когтями в его грудь. Несчастный упал под тяжестью зверя. Уже умирая, человек и леопард продолжали бороться. Издав последний рык, леопард захрипел, повалился на бок и замолк. Огромные лапы зверя судорожно задергались. Какое-то время он агонизировал и затих… Все было кончено. Оба лежали на песке бездыханными: несчастный зелот с разодранной грудью и сломанной шеей и леопард с торчащим из шеи копьем. Вокруг растекалась огромная лужа крови.