Бриджит Джонс без ума от мальчишки - Хелен Филдинг

– А куда подевалась ваша Миранда? – нашлась я, втихомолку радуясь собственной находчивости.

– Миранда? – Его брови поползли вверх. – МИРАНДА? Бог с вами, Бриджит, ей всего двадцать два, и она – падчерица моего брата.

Я несколько раз моргнула, стараясь постичь смысл услышанного. Падчерица? Брата?..

– То есть вы хотите сказать, что встречаетесь с… со своей… приемной племянницей?

– Вовсе нет! Мы случайно столкнулись в магазине, где она покупала себе… туфли, что ли?.. И вообще, дорогая Бриджит, ваша ирония неуместна. В конце концов, это не я, а вы помолвлены с… с младенцем!

– Ничего подобного! – возмутилась я. – Я просто…

– Не отпирайтесь, я все видел! – Мистер Валлакер весело рассмеялся.

– Вы не так поняли.

– В таком случае перестаньте спорить и рассказывайте!

И я рассказала ему все о Рокстере и о наших отношениях. То есть не все, конечно, – самые интимные подробности мне хватило ума опустить.

– И сколько ему лет… только точно?

– Двадцать девять. То есть теперь уже тридцать.

– Ну, в таком случае… – Мистер Валлакер улыбнулся, и в уголках его глаз появились легкие морщинки. – В таком случае он, конечно, уже взрослый.

– А вы, значит, все это время были один?

– Ну, нельзя сказать, чтобы я вел полностью монашескую жизнь, но… – Он в задумчивости раскручивал виски в своем бокале.

О боже, какие же у него красивые глаза! Потрясающие!

– Видите ли, Бриджит… – Мистер Валлакер доверительно наклонился ко мне. – Как-то не хочется встречаться с кем попало, когда лю…

– Мистер Валлакер?! – Анжелика Сан-Суси несколько секунд смотрела на нас, открыв от изумления рот, потом смешалась, пробормотала: – О, простите… – И исчезла, а я продолжала во все глаза смотреть на мистера Валлакера, не в силах поверить тому, что́ он только что сказал – собирался сказать.

– Пожалуй, хватит с нас школьных мамочек, – проговорил он. – Если я отвезу вас домой, вы опять будете танцевать под «Королеву соблазнения»?

Словно в тумане, я пробиралась за ним сквозь толпу родителей к выходу. Со всех сторон на нас сыпались комплименты: «Восхитительно! Замечательно! Прекрасный концерт!» У самых дверей мы снова столкнулись с Валерией.

– Приятного вечера вам обоим, – сказала она и улыбнулась.

На улице все еще шел снег, но было совсем не холодно. Я с наслаждением вдохнула свежий ночной воздух и еще раз посмотрела на мистера Валлакера. Он был таким высоким, спортивным, мужественным: волевой подбородок упирается в шарф, в расстегнутом воротничке рубашки виднеется кусочек волосатой груди…

– Ах ты, черт! – внезапно спохватилась я. – Фагот! – И я сделала движение обратно к двери, но мистер Валлакер снова остановил меня, мягким движением опустив руку мне на плечо.

– Я схожу.

Я ждала, с трудом переводя дух. Снежинки падали мне на щеки и казались почти горячими. Наконец он вернулся. В одной руке у него был фагот Билли, в другой – пакет с сосисками.

– Вот ваши сосиски, – сказал мистер Валлакер, протягивая мне пакет.

– Ах да… Сосиски… Добрый король Венцеслав… – невнятно пробормотала я.

Мы стояли очень близко.

– Смотрите, – сказал мистер Валлакер, показывая куда-то наверх. – Омела!

– Скорее всего, это просто вяз без листьев, – поспешно проговорила я, не поднимая головы. – Он просто похож на омелу из-за налипшего снега, и…

– Бриджит… – Он протянул руку и нежно коснулся кончиками пальцев моего подбородка. Его голубые глаза – ласковые, дразнящие, голодные – смотрели прямо на меня. – У нас не урок биологии… – Он наклонился и поцеловал меня в губы, сначала легко, потом со все возрастающей настойчивостью. – … пока, – закончил он.

О господи! Он был таким властным, таким сильным! Настоящий МУЖЧИНА! Мы поцеловались еще раз, поцеловались основательно, как следует, и мне снова стало казаться, будто во мне все переворачивается, трепещет от возбуждения и восторга, словно я мчусь по шоссе на очень мощной и быстрой машине, а на ногах у меня – туфли на высоких каблуках, вот только никакого страха я не испытывала, потому что знала, что руль держат другие, сильные и надежные руки.

– М-мистер Валлакер!.. – не сдержала я возгласа.

– Прошу прощения, кажется, я зацепил вас фаготом, – пробормотал он в ответ.

Переглянувшись, мы договорились отвезти фагот от греха подальше к нему на квартиру – большую, просторную квартиру в доме неподалеку от центральной улицы. В ней были старинные деревянные полы, и настоящий камин с меховым ковриком, и свечи, и в воздухе витал дразнящий запах еды. На кухне хлопотала миниатюрная улыбчивая филиппинка, которую звали Мартой.

– Большое спасибо, Марта, – сказал ей мистер Валлакер. – Все просто замечательно. А теперь вы можете идти.

– О-о, мистер Валлакер торопится… – Марта снова улыбнулась. – Все, уже иду. Считайте, меня уже нет. Кстати, как прошел концерт?

– Замечательно! – сказала я.

– Да, замечательно, – подтвердил мистер Валлакер, мягко, но настойчиво подталкивая Марту к двери и целуя в макушку на прощание. – Медная группа немного запаздывала, но в целом получилось неплохо.

– Вы берегите мистера Валлакера, – сказала Марта, прежде чем исчезнуть за дверью. – Он очень хороший. Самый лучший.

– Я знаю, – кивнула я.

Когда дверь за нею закрылась, мы на несколько секунд замерли в растерянности, словно дети, попавшие в магазин сладостей. Наконец он сказал:

– Ваша куртка… Во что она превратилась. Именно поэтому я…

И он начал медленно расстегивать мою залитую шоколадом и вином куртку. Я даже подумала, что, быть может, для него это вполне привычная операция и именно поэтому Марта так быстро свалила, но тут мистер Валлакер сказал:

– Отчасти именно поэтому я… – Он привлек меня к себе, а его рука скользнула мне за спину, нащупывая молнию. – …Именно поэтому я… я…

Я почувствовала, как мои глаза наполняются слезами, и на мгновение мне показалось, что его глаза тоже как-то подозрительно блеснули, но мистер Валлакер уже взял себя в руки. Прижимая мою голову к своему плечу, он сказал:

– Ты больше не будешь плакать. Я осушу твои слезы… поцелуями… после того как я с тобой закончу.

И он снова занялся моей молнией, которая легко разошлась сверху донизу. Платье упало к моим ногам, и я осталась в туфлях и – счастливого Рождества, Талита! – черной шелковой комбинации от «Ла Перла».

Когда мы оба разделись, я невольно ахнула. В общем-то, я давно подозревала, что мистер Валлакер, которого я чуть не каждый день встречала на школьном крыльце, красив не только лицом, но и телом, однако подобного, почти античного совершенства я не ожидала.