Создавая будущее: Оккупации, вторжения, имперское мышление и стабильность - Ноам Хомский

21 января 2010 г. войдет в историю как «черный день» американской демократии. В этот день Верховный суд США постановил, что правительство не может запретить корпорациям финансировать политические партии для участия в выборах.

Это решение значительно повлияет на государственную политику – как на внутреннюю, так и на международную. Оно означает дальнейшее поглощение американской политической системы бизнесом и крупными корпорациями.

По мнению New York Times, это постановление «ударило в сердце демократии, позволив корпорациям использовать свои огромные финансовые ресурсы, чтобы манипулировать выборами, запугивать и подкупать избранных должностных лиц».

Мнения судей разделились (пятеро голосов против четырех), четверо судей были убежденными консерваторами, к ним присоединился судья Энтони М. Кеннеди. Председатель Верховного суда Джон Робертс ловко манипулировал процессом, «протаскивая» решение, которое сводит на нет все принятые ранее прецедентные судебные постановления, ограничивающие возможности корпораций в финансировании выборных компаний федерального уровня.

Теперь большой бизнес имеет возможность просто «покупать» выборы напрямую, минуя более сложные обходные пути. Хорошо известно, что деньги корпораций, иногда облеченные в «нефинансовые формы», способны прямо влиять на исход выборов, а следовательно, управлять политикой. Суд своим решением просто передал еще больше власти небольшой части населения, которая играет доминирующую роль в экономике.

Инвестиционная теория политики, разработанная политическим экономистом Томасом Фергюсоном, позволяет весьма точно предсказывать вектор государственной политики в долгосрочной перспективе. Теория рассматривает выборы как процедуру, в рамках которой частные корпорации объединяют свои инвестиции, чтобы контролировать государство.

Решение от 21 января только расширяет арсенал оружия, с помощью которого подрывается демократия. Основания для его принятия на первый взгляд весьма рациональные. Судья Джон Пол Стивенс признал, что «мы уже давно установили, что права корпораций защищены Первой поправкой» – конституционной гарантией свободы слова, которая также включает в себя поддержку политических кандидатов.

В начале XX в. правоведы придерживались решения, принятого судом в 1886 г., о том, что корпорация – это «коллективное юридическое лицо», а значит, имеет те же права, что и физические лица – отдельные граждане.

Этот подход был воспринят многими как нападки на классический либерализм и резко осужден исчезающим племенем консерваторов. Кристофер Тидеманн описал это решение как «угрозу свободе личности и стабильности американских штатов».

Мортон Хорвиц в своих исследованиях пишет, что понятие «корпоративной личности» появилось одновременно с переходом власти в компаниях от акционеров к управляющим. В результате родилась концепция «совет директоров – это и есть компания». В последующие годы права корпораций были значительно расширены по сравнению с правами отдельной личности, в частности путем заключения «соглашений о свободной торговле». Эти соглашения предусматривают, например, что, если General Motors строит завод в Мексике, он может требовать к себе такого же отношения, как и мексиканский бизнес («национальный режим благоприятствования»). Однако это требование не могут предъявить американским властям отдельные мексиканцы, которые были бы очень рады «национальному режиму благоприятствования» в Нью-Йорке или хотя бы минимальному соблюдению в отношении них прав человека.

Сто лет назад Вудро Вильсон описывал Америку как страну, в которой «сравнительно небольшая группа людей», корпоративных менеджеров, «обладает властью и контролем над богатством и экономикой страны, оспаривая власть правительства».

В действительности эти «небольшие группы» уже стали хозяевами правительства. Верховный суд развязал им руки окончательно и полностью.

Решение от 21 января было принято через три дня после очередной победы в борьбе за богатство и власть: кандидат от Республиканской партии Скотт Браун победил на выборах, чтобы сменить покойного сенатора Эдварда Кеннеди, «либерального льва» из штата Массачусетс. Выборы Брауна были изображены как «крестовый поход» против либеральной элиты, которая управляет государством.

Данные голосования дают несколько иную картину. Браун был избран благодаря высокой явке в богатых пригородах и низкой – в небогатых городских районах. «55 % избирателей-республиканцев заявили, что очень интересовались избирательной кампанией, – сообщил по результатам опроса Wall St. Journal/NBC, – по сравнению с 38 % демократов, проявивших интерес к выборам».

Таким образом, результаты выборов действительно были крестовым походом против политики президента Обамы: он делает недостаточно, чтобы еще больше обогатить богатых, и совсем мало, чтобы склонить на свою сторону бедных и уязвимых.

Народный гнев вполне понятен, учитывая, что банки процветают благодаря государственной поддержке, в то время как безработица выросла до 10 %.

В сфере производства каждый шестой американец остался без работы – это уровень Великой депрессии. С ростом монетизации экономики и краха товарного производства перспективы снижения безработицы тают день ото дня.