Апокалипсис on line - Михаил Соловьев

Однако времени не оставалось. Я это понял, когда «заговорил» «Малыш». «Юрий Леонидович здесь», — сообщил он.

В это время я отрабатывал практику сканирования близлежащих помещений, останавливая время нажатием на болевую точку за ухом.

Первый день осознанного изучения проходил плодотворно, и успехи оказались неплохими.

В «разогнанном» состоянии четко определялось количество и расположение противника в окружающих помещениях. Более глубокое сканирование выявляло только наличие или отсутствие людей.

Оказалось, «Малыш» уловил частоты радиостанций зашитых в наши телефоны. Судя по полученным данным все аппараты, находились сейчас в одном месте.

Обозначать это могло только одно — карантин. Всех вновь прибывших лишили средств связи, а самих сейчас обследуют, как до них Ольгу и Рубана.

На чем прокололся Саня, прояснил накануне Андрей. Оказалось, он всего лишь не прошел элементарных тестов на полиграфе.

«Ну, вот, — грустно улыбнулся я, — А Ольга прошла».

Ничего криминального, со слов Андрея, в ситуации не было, но аналитики обнаружили у Рубана какие-то тайные думы и решили пока держать его в изоляции.

С Ольгой эскулап общался слишком уж по-товарищески. Я бы даже сказал, заискивающе.

Когда мы остались одни, я ее разговорил, и у них с Андреем оказалась договоренность о формировании для меня реальной угрозы.

— Справилась? — ехидно шепнул я ей, — Ну что же, долг платежом красен. Я теперь опасный. Готовься…

— Ничего, — ответила мне она без тени страха, — Я тоже пуганная. Не получится заделать тебя в лоб, исполню еще как-нибудь. У меня арсенал неплохой.

Однако агрессии в мою сторону «внутри» нее не оказалось, хотя кое-что интересное мелькнуло: Я Ольге нравился. Она сама боялась себе признаться, что ее ко мне тянет, но подсознательно улавливала каждую смену моего настроения и даже ожидала знаков внимания.

Желая проверить правильность полученных данных, я одарил ее несколькими комплиментами и с удовольствием поймал проявившийся образ.

Оля мысленно урчала будто кошка, которую погладили, и желала продолжения, однако рисковать потерей боевого состояния теперь не хотел я. Внешних же проявлений нежности я не заметил, разве что взгляд потеплел.

— Послушай, а как ты прошла полиграф? — удивился я.

— Ну, как прошла? — ответила она, — Прошла, да не совсем. У меня тоже кое-что нашли, но я пообещала сотрудничать и постараться тебя «включить».

— Главное мне ничего не сказала, — закапризничал я.

— Но ведь получилось же!

«Итак, Юрий Леонидович со всей командой здесь, — рассуждал я, — „Малыш“ насчитал пять телефонов. Шеф, Карина, Сергей и Профессор. Кто же пятый? — спрашивал я себя, — И как надолго карантин»?

«Малыш» копался в неопознанном телефоне. Встроенная в Новосибирске функция радиоконтакта неплохо заменила заглушенную сеть.

Никаких фотографий там не оказалось, так что пятый участник кампании по-прежнему оставался фигурой икс.

О прибытии шефа поинтересовался у Андрея в обед. Он, честно глядя мне в глаза, ответил, что команда явится не раньше, чем через неделю, и сообщил — завтра мы будем снова экспериментировать.

«Врешь, гаденыш, — улыбался ему я, стараясь не сорваться, — Хватану тебя сейчас за глотку и капут тебе, куренок…»

Ничего не подозревающий Андрей доедал второе и радовался результатам.

— У вас в крови огромное количество новых оттенков. Мы предполагаем появление дополнительных возможностей, — рассказывал он, — Новенького ничего нет?

— Что увидели, то и есть, — разгадал его мыслеобразы я, — Могу менять вес тела, могу перемещаться под немыслимыми углами, ну и, конечно, мощь как у стальной машины.

— Интересно, — бормотал эскулап над тарелкой, — Очень интересно…

— Сыворотка получилась? — поинтересовался я.

— Сыворотка? — переспросил собеседник и неожиданно появилась картинка парня, сидящего на потолке, и двух охранников, расстреливавших его из автоматов, — Почти. Слишком много агрессии. — Что, манекены бунтуют? — вспомнился термин Андрея.

— Манекены? — удивленный глянул он на меня, — Ах да, манекены. Они, к сожалению не добровольцы, а их агрессия выглядит именно так.

— Ну, так привлеките желающих.

— Скоро будут, — ответил эскулап, и неожиданно я уловил: сейчас прозвучал наш общий приговор.