Апокалипсис on line - Михаил Соловьев

Специалист «Мамы-сети» прибыл в гостиницу ночью. Сначала заблажили телефоны, а потом в дверь кто-то поскребся.

Саня уже читал сообщение и открывал дверь, а я внутренне сжался… В моем воображении человек, способный обезвредить заминированный портфель, должен был появиться как минимум в камуфляже и берцах… Но на поверку это оказался сухощавый мужчина средних лет, сильно напоминающий доцента, если бы не его цепкий колючий взгляд и хищные движения.

Он наклонился к уху Рубана и что-то зашептал. Хотел задать вопрос, но вспомнил указание «мамы» не разговаривать. Саня, не обращая на меня внимания, бережно передал мужчине злополучный портфель и лежащий на нем футляр с телефоном.

«Доцент» принял груз, шепнул что-то ему на ухо и исчез за дверями. Рубан критически оглядел мою фигуру «притаившуюся» в постели, запрыгнул в штаны и ткнул пальцем в сторону балкона.

Выбираться на холод не хотелось, однако в обленившемся бизнесмене средних лет уже проснулась бойцовская жилка и, зевнув, я потащился следом…

— Короче, — начал Саня, — Бабки в кейсе наши. Посыльный предупредил ещё раз — до особого распоряжения телефонами пользоваться в обычном режиме. Груз из портфеля он доставит сам, а это, — Рубан ткнул пальцем в сторону кейса, который расположился на стуле, — наши с тобой командировочные…

— Пересчитаем? — потер руки я.

— Наверное, не стоит, — задумался Саня, — Он сказал, что там около полумиллиона баксов…

Я молчал.

— Вот теперь думай, — продолжал партнер, — Что же нам предстоит?

— А чего ждём? — спросил я напоследок.

— Инструкции…

Помолчали. Аршан спал. На улице стояло не большее пяти градусов мороза, и была мертвая тишина…

— Ладно, пошли, — обреченно проговорил Рубан, — Будем надеяться, скоро всё прояснится.

«Серьезное что-то затевается, — никак не мог успокоиться я, — Сумма-то немаленькая…»

Мне неожиданно вспомнились истории «Малыша» про обеспечение адептов деньгами в случае необходимости.

«Деньги нам вручили внаглую, — рассуждал я, сложив противную холлофайберовскую подушку пополам и делая ее повыше, — Мы же ничего не просили. — Ночь молчала, — Жалко ты не можешь говорить», — произнес я условную фразу и накрыл аппарат ладонью.

Телефон под рукой завибрировал. Длинно протяжно и… грустно.

— Ззззззззз, — не останавливался зуммер на полированной поверхности прикроватной тумбочки, — Зззззззз…

Я побарабанил пальцами по таблоиду и он, усмирившись, затих…

«Если завтра не будет отмашек от „Мамы“, пойду на экскурсию в горы, — решил я, — Поищу укромное местечко для беседы…»

Завтрак изысками не изобиловал, и объедаться не хотелось. Рубан такому аскетизму удивился, равно, как и желанию гулять по горам.

Объясняться не стал, и Саня радостно заявил, что останется в гостинице охранять кейс. Добыча перемещалась теперь только с нами, упакованная в «дежурную» сумку.

Дорога в горы оказалась пологой, и до первого водопада я дошел по натоптанной тропе. Антеннки на экране почти исчезли. Их оставалось три, потом две, одна… Я прибросил, что за ближайшей скалой их уже не будет. Так и вышло.

По экранчику «Малыша» сразу побежал убористый текст…

Из первых сообщений стало ясно: в «поле» (так он обозначил информационное пространство) существует альтернативная сеть, активно конкурирующая с нашей. В борьбу втянуто огромное количество адептов — от рядовых людей до высокопоставленных.

Оказалось, что после выполнения задания мы с Рубаном, теперь вольные многофункционалы. Помимо прочего «Мать» возлагала особые надежды на мое присутствие в завершающей фазе операции и получении контроля над альтернативной сетью. Как и раньше, звучали дифирамбы о необыкновенной удачливости и возможностях.

Не скажу, что было неприятно — мир стал радужней. Прочие рассуждения отходили на задний план, уступая место эйфории, а «Малыш» все «говорил и говорил»… Он сообщил мне о Рубане, его «предательстве» и нынешнем «присмотре» за многй. Докладывал эмоционально, «парень» явно развивался.

Стал рассказывать ему про «вражеский» футляр, но оказалось, партнер снова «ушел» на поиски. Пока ждал и рассматривал окружающие красоты, в голове появилась идея совместного путешествия внутри сети. Додумать не успел — вернулся «Малыш». Информация оказалась разноречивой. В сети он наткнулся на «темные пятна». При соприкосновении с ними появлялось повышенное внимание и попытки сканирования. Еще «Малышу» показалось, что наш «плацдарм» уменьшился. Эпицентр активности находился сейчас на территории Новосибирска, и «поле» движется в нашу сторону.

«Война, — оценил я обстановку, — Идет война за территории информационного пространства и возможность контроля. Стороны две: наша мать и неизвестность в Западной Сибири. Мы — передний край…»

Вставали на свои места закачанные карты и «командировочные».

Про футляр «Малыш» информации не добыл, и я решил открывать его в незамерзающем ручье, который булькал и пузырился в прибрежной наледи. Соображения были простыми: ещё ни один прибор не смог противостоять уничтожающему действию влаги. Для последнего вопля — связи нет, а времени на активацию чего-то другого — не будет.

«Малыш» на мои соображения ответил холодно: — «Решай сам». Взял футляр и опустил его в ледяной ручей. Лицо на всякий случай спрятал за торчащим шарфиком. Стряхнул на голову капюшон и надавил кнопку. Руки коченели.

Пузырьки воздуха выскочили на поверхность и понеслись в бурном течении. Аппарат скользнул рыбкой в замерзшую ладонь, и перед тем как вода замкнула его внутренности, мне послышалась фраза: «Зачем?»