Апокалипсис on line - Михаил Соловьев

Оживился мужчина, когда на одной из станций к нам в вагон подсела группа военных. Я сразу проснулся и заметил, как соглядатай напрягся. Военные устроились за его спиной. Они о чем-то немного погалдели, а потом и их успокоило мерное движение скоростного поезда. Теперь, как и прочие пассажиры, они стали его частью, напоминая рыбешек в чреве акулы.

Аналогия развеселила. Поезд действительно напоминал хищное животное, а мы были его кормом.

На одной крупной станции в вагоне неожиданно появились полицейские со спаниелями. Я проснулся от шума и осторожно глянул на «провожатого», но того на месте не оказалось. На столике одиноко лежала красненькая закрывалка для глаз с резиновой петелькой.

Осмотр багажного шкафа вызвал у собак целую бурю эмоций. Два лохматых кокера просто сошли с ума, рыча в открывшуюся дверцу.

Я похолодел. «Малыш» умудрился просканировать в моем чемодане какое-то количество взрывчатки. Скорее всего, именно ее и учуяли кокеры. Бежать поздно. Все чемоданы имели наклейки, соответствуя местам в билетах.

Началась поочередная выгрузка багажа. Насколько я помнил, чемодан находился в самом низу, так как садились мы в поезд первыми. «Что же делать? — стукнулся в голове вопрос, — Срываться? Куда? И что это за станция? А если сейчас встать и уйти в туалет? А что потом?»

Из отделения уже доставали четвертый чемодан, на который собаки не обратили ни малейшего внимания.

«Сдаваться нельзя», — яростно обдумывал ситуацию я, и ощупал приютившийся на боку пистолет. Потрогал рукоятку и сразу успокоился. Решил, — «Жду, и будь что будет…»

Неожиданно собаки завыли. Отреагировали они на выуженную из недр шкафа спортивную сумку сине-зеленого цвета. Прямо около багажного отделения один из полицейских открыл на ней замок и стал выкладывать на пол вещи. Кокеры лаяли, не переставая и загавкали с удвоенной силой, когда на свет появилась коробочка, напоминающая бритвенные принадлежности. Служитель закона вынул из нее несколько пакетиков белого цвета. Беседа стала оживленной. Проводница взяла в руки бирку, снятую с ручек сумки сверила что-то в листке с иероглифами и показала полицейскому в глубину вагона.

Тот достал из кобуры пистолет, снял с предохранителя и, опустив стволом вниз, подошел к креслу моего соглядатая. На его удивленные вопросы проводница еще раз посмотрела в листок. Появился какой-то важный железнодорожник, видимо начальник поезда. Было похоже, что он объясняет ситуацию полицейским, мол, времени на поиск пропавшего пассажира уже нет и пора отправляться.

Закончилась история тем, что собак увели на перрон, а к нам уселись несколько человек в штатском. Двое из них расположились в купе по соседству, а двое ушли по вагонам. Нескольких напуганных пассажиров стюардессы куда-то перевели. Мы снова погрузились в мягкую тишину.

Спать после заварухи не хотелось. Даже парочка в штатском уже клевала носом, а я все еще бурлил и заново переживал пролетевшую мимо проблему.

Получалось, что мне повезло. Наверняка, запах от наркотиков перебил все остальные, и кокеры просто не учуяли взрывчатку. Обозначать это могло либо чертовское везение, либо задуманную часть операции. Скорее всего, провожатый уложил «заряженную» сумку поверх багажа и, дождавшись станции, на которой появились проверяющие с собаками, предоставил мне выпутываться в случае чего самому.

Прибросил, как действовал бы полицейский в случае обнаружения кокером моего груза. Открыв чемодан, он вызвал бы взрыв и, скорее всего, нам бы всем был капут. Красиво и бесполезно… Больше до самого Гонконга ничего не произошло, и мы неслись с бешеной скоростью вместе с цифрами табло.

Рассвело. Оказалось, скорость визуально не так уж и ощутима. Пассажиры просыпались, зевали, а я находился в своем привычном сонном мороке, изредка открывая глаза и осматриваясь. «Провожатый» так и не появился. Двое наблюдателей в штатском спали, а двое переговаривались вполголоса. Обстановка была умиротворенная.

Подали завтрак. Все напоминало самолет. Единственное отличие состояло в креслах повернутых лицом друг к другу, широком общем столе и видами за окном.

Еда тоже напомнила родной аэрофлот: горячее в лотках из пищевого алюминия и расфасованные соль с перцем в хрустящих пакетиках.

Дежурно-сонные улыбки от проводников-стюардесс. «Малыш» молчал еще час, а потом сообщил: «Тебя встречает Коля. Он получил сообщение от пассажира».

— ?? — скрипнул я.

«Который сошел, — ответил аппарат, — Он отправил смс. Опять ничего не понял».

— Это подтверждение, — шепнул я в никуда, — Условная фраза.

«Как мы с тобой?»

Ответил, шаркнув пальцем по корпусу «Да».

Колька не изменился. Такой же стремительный и шумный, он ворвался в вагон на станции Ло-Ву. По сути дела эта станция являлась пропускным пунктом и по вагонам пошли пограничники с проверкой.

Появления старого товарища здесь я никак не ожидал.

— Быстро, быстро, — грохотал он, — Где у тебя багаж?

Уловив беспокойство, проснулся окончательно. — В шкафу, — выскочил из кресла я и дернул рукоятку багажного отделения.

Сзади раздался недоуменный голос проводницы. Колька что-то басовито отвечал.

Чемодан оказался жутко неудобным, и я его еле пошевелил. Неожиданно меня настойчиво потеснили плечом, и два коренастых китайца вытянули опасный чемодан наружу.

Колька, поймав мой взгляд лишь, утвердительно прикрыл глаза, не переставая общаться с девушкой. В ход видимо шли комплименты, поскольку его собеседница уже откровенно смеялась. Увидев, что ноша покинула насиженное местечко и исчезла в сутолоке на перроне, он заговорил:

— Теперь бери по-быстрому свое шматье и ходу…

Подхватил чемодан и вывалился на перрон. Колька шел следом широко вышагивая.

— Давай за мной, — произнес он напряженным голосом и чуть поддав темпа обогнал, — Не останавливайся, времени у нас мало. Ксиву готовь.

— Паспорт?

— Да нет! — рассердился он, — То, что тебе в Пекине дали вместе с волыной. Где она?

— На мне.

— Правильно. И аккуратней, здесь везде метало-детекторы натыканы и скрытый просмотр.

Во время беседы мы шагали по перрону. Колькино беспокойство передалось и мне.

— Тогда, может, оружие сбросить?

— Не стоит, — ответил Колька, не оборачиваясь, — Проскочим сто процентов, ты только рожу радостную делай, а то идешь как на эшафот.

— Понял, — заулыбался я встречным полицейским.

— Давай сюда, — неожиданно проговорил напарник и повернул к небольшой дверце с красными надписями. Из кармана он достал пластиковый ключ, напоминающий гостиничный, и вставил в гнездо. Следом выудил из чехла телефон, какой-то проводок и присоединил его к торчащей карточке.

— Ну, давай родной, — зашептал он и добавил что-то по-китайски.