Люди как боги - Сергей Снегов

Приготовления к штурму были закончены вечером.

По древнему воинскому обычаю битва началась на рассвете.

Первыми выступили головоглазы. Могучая колонна почти в две сотни неторопливо передвигающихся крепостей взметнула над собой красноватые огни перископов и выглядела очень внушительно. А два орудия Осимы были похожи на исполинских змей, прокладывающих ей дорогу. Над колонной реяли невидимки, я слышал по дешифратору команды Гига, но отряда его мы, естественно, не видели.

– Импозантно! – пробормотал Ромеро. Он любовался в бинокль наступающими головоглазами.

Осима дал залп, как только приблизился на дистанцию прямого попадания. Из орудий вырвались две огненные реки. Беснующееся пламя обрушилось на купола.

Начало было хорошее, но, к сожалению, все хорошее ограничилось началом. Множество пылающих смерчей закружились там, где наступал центральный отряд. С невольным уважением я наблюдал, как отважно действуют внешне неповоротливые головоглазы. К нам донеслось тяжелое содрогание наносимых ими ударов. Вскоре не оставалось ни одного несорванного факела, а несколько беспорядочно мечущихся смерчей были буквально разорваны. Ни Осимы, ни Орлана даже не коснулись летящие хлопья пламени, так хорошо защитили своих командиров головоглазы.

– Буря полей! – доложил Андре. – И гравитация, и электромагнетизм, и корпускулы. Готовится что-то сногсшибательно новое.

Новым было то, что повторилось усиленное старое. Орудия Осимы разразились вторым залпом, и поле битвы охватила вторая волна огня. Уже не разрозненные смерчи бесновались над продвигающимся отрядом – все превратилось в бушующий костер, и в его бешеной пляске пропали и головоглазы, и Осима со своими орудиями, и невидимые воины Гига.

Две-три минуты, подавленный, я ожидал полного уничтожения отряда. Но пламя опять стало спадать, вбиваемое в металл, и мы увидели яростно и методично сражающихся головоглазов. Теперь они быстро вертелись, выбрасывая гравитационные импульсы.

Короткое время я не терял надежды, что им и на этот раз удастся подавить контратаку пламенем. Но в битву вмешалась предсказанная Андре новая сила. Несколько головоглазов перевернулись, стройная колонна, словно стягиваемая цепью, постепенно сбивалась в небоеспособную кучу. На высоте, непроизвольно или сознательно, раскрылись два невидимки и рухнули вниз, за ними покатились еще три обнаруживших себя солдата.

Картина победоносной битвы внезапно превратилась в картину разгрома.

– Осима и Орлан требуют помощи! – крикнул Андре. – У Осимы больше не заряжаются орудия, у Орлана слабеют гравитаторы!

Я приказал выступать крылатым отрядам и человеческой пехоте.

Теперь, когда всем известно, как печально закончился наш первый штурм Станции, могу искренне признаться, что не видел зрелища красочнее и грознее, чем атака крылатых. Дело заранее было обречено, а я и в момент разгрома не сомневался, что мы побеждаем, – так стремительна была эта несущаяся воздушная масса.

Первыми слева вырвались ангелы с разрядниками и гранатами в боевых сумках. Их мгновенно охватило пламя, но холодное – иной природы, чем невидимок и головоглазов, – ослепляющее, а не сжигающее. Мы тогда понятия не имели, что для любого отряда зажигается свой огонь, и меня охватил ужас, когда я увидел, что каждый ангел несется в факеле, как в ореоле.

Ангелы летели в четком строю, шумно и стройно, тысячеголосый трубный вопль опережал их – они казались армией демонов, несущихся среди пожара. И все они с такой энергией рассекали воздух крыльями, что подняли уже не бурю силовых полей, а воздушную бурю.

Громовой голос Труба отчетливо выделялся среди грохота и гама, клекота и свиста. Труб первый бросил гранату и взметнул разрядник, его движение повторил весь воздушный отряд. К общему шуму добавился треск молний, сотнями разрезающих воздух, вонзающихся в металл планеты и в золотое небо.

Армада ангелов летела прямо на Станцию, вся в молниях, как в перьях. Если эта атака с разрядниками оказалась в конечном итоге неэффективной, то, во всяком случае, она была эффектной. А затем в район боя вынеслась крылатая конница Камагина и Лусин во главе драконов.

Он далеко обогнал остальных ящеров и так остервенело врубился на своем Громовержце в гущу мечущихся по полю огней, что странные боевые факелы отшатнулись от него, как живые. С короны Громовержца били молнии – многопламенные, неотразимо испепеляющие, и при каждом выстреле у Громовержца вырывался крик, резкий, торжествующий. Это было странное сражение – битва молний против факелов. И побеждали молнии: там, куда устремлялся Громовержец, быстро гасли бушующие огни.

Вопль и клекот ангелов, дикий свист драконов, торжествующий визг Громовержца, свирепое ржание пегасов и боевые крики людей быстро преобразили молчаливое однообразие боя, закипевшего на подступах к Станции.

А когда подоспела пехота Петри и блистающие шпаги лазеров вплелись в метание факелов и молний, заколебавшиеся было головоглазы двинулись дальше. И хоть их гравитаторы нуждались в подзарядке, импульсы, выбрасываемые перископами, были еще мощнее, чем прежде, – так воодушевила головоглазов поддержка.

– Наша берет! – сказал я Ромеро. – Наконец-то наша берет!

– Эли! Эли! – закричал Андре. – Эли, посмотри, что делается!

То, что произошло, было более чем неожиданно.

Ни при каких раскладах нам и в голову не приходил такой оборот событий – это был немыслимый вариант, нечто из бреда!

Со стороны Станции неслись три крылатых отряда – ангелы, предводительствуемые Трубом, пегасы, которых возглавлял Камагин на белом коне, и крылатые ящеры с далеко обогнавшим их Громовержцем. А на шее второго Громовержца восседал второй Лусин.

И эти новые отряды тоже охватывало багровое холодное пламя, из них также рвались оранжевые молнии разрядов. Громовержец ощетинивался такими же молниями, Лусин и Камагин вонзали в противников те же лазерные острия, а впереди них несся такой же тысячеголосый вопль, свист и клекот.

Нас охватило оцепенение.

– Фантомы! – крикнул Андре. – Эли, надо предупредить наших, что выпущена банда фантомов!

К чести Осимы, Орлана и особенно Гига, они и без объяснения быстро разобрались, что за армия вступила в бой. Лусин, Камагин и Труб поначалу сгоряча перепутали своих с чужими, но повторные вызовы Андре и сумятица, которая возникла на поле, отрезвили их.

Осиме удалось сделать и третий залп. Огненные потоки обрушились на фантомов. Наши невидимки схватились с вражескими привидениями. Я по-прежнему не видел воинов Гига, но по тому, как взвивались призрачные крылатые кони, как в страхе увертывались искусственные ангелы и падали с предсмертным криком невзаправдашние люди, мог представить себе, что реально происходило в воздухе.

Какое-то время я еще надеялся, что не все потеряно.

– Пора кончать избиение наших, адмирал! – сурово сказал Ромеро.

Как раз в это время два Громовержца, настоящий и искусственный, страшно столкнулись телами, испепеляя один другого – багровая сеть молний оплела их головы. Один из драконов падал – издалека я не мог разобрать, Лусин сейчас погибает или псевдо-Лусин.