Королева в изгнании - Синда Уильямс Чайма

– Мне показалось, я видела тебя в начале осеннего семестра. Ты ехал верхом мимо конюшен.

– Да, это был я, – признался Алистер. – Я тоже тогда подумал, что увидел тебя, Ребекка. – Юноша снова прищурился. – Твоя прическа изменилась, – произнес он, дотрагиваясь до своих волос.

Раиса подошла к полке и сняла с нее первую попавшуюся книгу.

– Я даже подумать не могла, что ты чародей, – сказала она, листая страницы – что-то про овес и ячмень.

– Да, я тоже! Так я им недавно и стал!

– Но заклинателями рождаются, – удивилась принцесса. – Никогда не слышала о том, чтобы кто-то стал чародеем. – Она вернула книгу на полку.

Кандальник лишь пожал плечами.

– Ага. Странненько. Может, присядешь? – указал юноша на единственный в комнате стул. – Хочешь чаю? Поможет согреться.

«Гостеприимный хозяин. Наверное, долго ему пришлось работать над своими манерами».

– От чая бы не отказалась, – ответила Раиса. – Как ты здесь оказался? – не удержалась она от вопроса.

Щеки Алистера порозовели.

– Приехал учиться. Я же уже говорил, – слегка защищаясь, пробормотал он.

– Ты можешь себе это позволить? – выпалила принцесса, но тут же пожалела, поскольку это прозвучало довольно высокомерно и бестактно.

Кандальник несколько мгновений на нее смотрел, словно раздумывал, как бы ответить.

– Я продал свои браслеты. За приличную цену, – продемонстрировал он пустые запястья.

Серебряные украшения исчезли, но кожа, которую они покрывали, все еще была нежной и незагорелой.

Раиса была удивлена. Браслеты были отличительным внешним признаком Кандальника, и, казалось, он ими сильно дорожил.

«Видно, в нем проснулась неуемная жажда знаний», – подумала она.

Тем временем гостеприимный хозяин покопался в коробке, стоящей в углу комнаты, достал кружку, насыпал в нее ложкой заварку, нагрел руками кувшин с водой и, заварив чай, протянул его Раисе.

– Я вижу, ты уже освоил немало заклинаний, – сказал она, потягивая горячий напиток из смеси горных трав. Принцесса внезапно ощутила непреодолимую тоску по дому. – Я впечатлена. Ты, должно быть, быстро учишься.

Кандальник не придал комплименту большого значения.

– Сказать по правде, нелегко мне это дается… Но именно за этим я сюда и приехал. И у меня есть… наставник. Он мне сильно помогает. – Кандальник резко умолк и нервно облизнул губы.

Раиса почувствовала, что надо что-то сказать, чтобы юноша и дальше продолжал рассказывать о себе.

– Слушай, Кандальник, мне стало интересно…

– Здесь меня знают под другим именем, – перебил юноша. – С тех пор, как… Ну ты знаешь… Кандальника больше нет. Меня зовут Хансон Алистер. Или просто Хан.

На Раису нахлынули воспоминания…

Она в кабинете служителя Джемсона. Кандальник Алистер держит принцессу за талию, прижимая к ее шее нож. Она чувствует спиной, как колотится его сердце.

Служитель Джемсон выкрикивает:

– Хансон! Ты же не такой – ты лучше! Отпусти девушку!

«Джемсон верил в Хансона Алистера. И, видимо, не зря».

Она подняла голову и наткнулась на выжидательный взгляд Кандальника, вернее, Хана. Пока принцесса вспоминала и размышляла, вопрос успел вылететь из ее головы.

«Наверное, он думает, что я – жуткий тугодум».

– А… А вам выдают амулеты или вы привозите свои?

– Привозим свои. Перед поездкой я купил подержанный у торговца, – немедленно ответил он, будто не раз уже произносил эту фразу. Талисман юноша больше не показывал.

Кое-что о магических изделиях Раиса узнала от отца. Принцессу завораживало, как обычное соединение металла и камня могло создавать настоящее волшебство. Многие талисманы были восхитительными произведениями искусства.

– Можно я еще раз на него взгляну? – попросила она.

– Раз ты так хочешь… – Казалось, Хан и впрямь не горел желанием показывать принцессе амулет, только не мог придумать причину для отказа.

Юноша запустил руку за ворот, выудил амулет и протянул его Раисе. Украшение переливалось зелеными и оранжевыми бликами, словно опал в лучах солнца.

Разинувшая пасть змея с рубиновыми глазами извивалась кольцами на золотом ложе. Изделие было настолько искусно выполненным и детальным, что Раиса разглядела на клыках капельки яда.

– Ух ты!

Принцесса неосознанно потянулась к амулету, но Хан его спешно отдернул.

– Его лучше не трогать, – сказал он, прикрывая талисман ладонью.

– Почему? Хочешь сказать, змея меня?..

Алистер покачал головой.

– У этой змеи скверный характер. Она уже подпалила несколько слишком проворных пальчиков.

Раиса продолжала глядеть на магическое изделие. Было в нем что-то очень знакомое.

– Мне кажется, я его раньше видела. Это же копия древнего амулета? Что существовал до Раскола?

Хан кивнул.

– Ну… мне так сказали.

Юноша спрятал змею под рубашку и, в попытке сменить тему, спросил:

– Ну а ты-то что здесь делаешь? Если ваше лордство позволит поинтересоваться, конечно.

Сейчас он больше походил на прежнего Кандальника.

Раиса чихнула и утерла нос. Пыль начинала подбираться к ней.

– То же, что и ты. Учусь. Во Вьене.

– Во Вьене? – Хан окинул принцессу скептическим и немного насмешливым взглядом, который напомнил ей о том самом нагловатом мальчишке, которого она когда-то встретила в храме Южного моста. – Ты что, собралась заделаться «синим мундиром»? Или горной воительницей? Кем?

– Ну… не совсем так. – Раиса отчаянно пыталась вспомнить, что наговорила Хану в прошлый раз. Ей действительно следовало лучше запоминать свою ложь. – Во Вьен мне предложил отправиться хозяин.

Лицо юноши напряглось, а глаза сузились до крохотных щелочек.

– В смысле, лорд Байяр?

Раиса чуть не поперхнулась чаем.

– Что?!

– Зачем Байярам отправлять гувернантку во Вьен? Я еще могу понять – в храмовую школу…

Девушка совсем растерялась, но через мгновение вспомнила: той ночью на Тряпичном рынке она сказала Кандальнику, что работает на Байяров. «Откуда только у этого Алистера такая замечательная память?!»

Принцесса глянула на Хана. Его губы были плотно сжаты, а рука тянулась к ножу на поясе. «Видимо, привычка», – успокоила себя она.

– Ты по-прежнему работаешь на Байяров, Ребекка? – мягким и ровным голосом осведомился юноша, однако что-то в его тоне заставило Раису содрогнуться.