Королева в изгнании - Синда Уильямс Чайма

– Раньше, чем я воссяду на трон, сражения не закончатся. Если лорды хотят мира – пускай присягнут мне на верность. – Монтень замолчал и устремил на капитана ледяной взгляд. – А ты тоже раздумываешь, не переметнуться ли на сторону Джеоффа, верно?

– Никак нет, ваше величество, – отрезал Карн. – Вы знаете, я предан вам. К тому же после случая у Сверкающей крепости принц ни за что не принял бы меня в ряды своей армии. – Лицо капитана исказилось. – Мой приказ разгромить город и убить всех жителей чересчур задел его чувства. Джеофф слишком принципиален.

«Карн уже пытался примкнуть к старшему из Монтеней, – понял Хан. – И получил отказ».

Жерар долго глядел на Хана и Танцующего с Огнем, а затем покачал головой.

– Нет. Достаточно того, что я не могу положиться на собственных лордов. Не собираюсь сражаться, имея за спиной колдунов.

– Но, ваше величество, что же мне делать с этими двумя?

– Убей их, – бросил Монтень, разворачиваясь к двери.

– Вы умертвите нас, так и не узнав, на что мы способны? – воскликнул Хан на общем языке. – Не желаете ли насладиться небывалым зрелищем? Отдайте амулеты, и мы покажем вам такое колдовство, которого вы точно никогда не видывали!

Жерар застыл в дверном проеме и оглянулся на Алистера. Лицо арденского принца было непроницаемым и твердым как скала.

– Не сомневаюсь, – бросил он и вышел.

Капитан Карн долго глядел на закрывшуюся дверь, затем выругался и бросил в стену магические оковы.

Хану почти стало жаль солдата. Он так старался выиграть для принца войну, а тот даже не оценил его стараний!

Однако чародей недолго сочувствовал капитану. Сперва Карн испепелил взглядом узников, словно во всем были виноваты именно они, а затем пересек комнату и схватил седельную сумку.

Военный встал на колени перед юношами, вынул из сумки три кожаных свертка и развернул их, открыв взглядам все три амулета: изумрудную змею, фигурку танцующего в языках пламени парня и подаренный Еленой медальон с изображением Одинокого Охотника.

Талисман Короля Демонов вспыхнул и отбросил на лицо Карна жутковатые зеленоватые отсветы, как будто знал, что находился в чужих руках.

Капитан извлек из ножен кинжал, наклонился к Танцующему с Огнем и приставил острие к шее юноши.

– Значит, так, безбожные колдуны, – порычал Карн. – Сейчас вы снимете чары с этих штуковин и расскажете мне, как ими пользоваться.

– Ты не сможешь этого сделать. – Горец старался отклониться как можно дальше, чтобы ослабить давление лезвия на шею. – Тебе нужны мы. Живые.

– Серьезно? – Капитан надавил на кинжал сильнее, и по шее Танцующего с Огнем потекла капелька крови. – Ты действительно так считаешь?

– Зачем нам что-то тебе рассказывать? – прозвучал голос Хана. – Ты же все равно нас убьешь.

– Ага, – ответил Карн. – Ты прав. Но убить можно по-разному. Быстро или медленно. Гуманно или с пытками. Быть может, я позволю тебе полюбоваться, как разрезаю на кусочки дикаря. Ну а после настанет твой черед.

От волнения грязно-карие глаза Карна засверкали. Молодому капитану не терпелось приступить к выполнению приказа. Замутненный пестрянкой мозг Хана судорожно пытался найти выход. Юноша не смог бы снять с амулета чары, даже если бы захотел.

Звать на помощь было бесполезно. Бывший главарь банды старательно прислушивался с тех самых пор, как проснулся, но ничего, кроме пения цикад и шелеста листвы, так и не услышал.

Жерар Монтень и Карн хотели сохранить эту магическую авантюру в секрете – потому-то и притащили Хана и Танцующего с Огнем к черту на кулички.

– Так и быть, – вздохнул Алистер. – Я расколдую талисман. Но тебе придется развязать мне руки. – Когда Карн нахмурился, юноша добавил: – Кстати, сам амулет мне тоже нужен. Я должен держать его в руках. Снять чары может только тот, кто их наложил.

Капитан долго вглядывался в глаза Хана, но затем все же неохотно кивнул.

– Звучит убедительно. Но попробуй только выкинуть какой-нибудь фокус, и твой приятель тотчас умрет.

«Хороша угроза! – развеселился Хан. – Ты все равно нас убьешь. Для Танцующего с Огнем быстрая смерть была бы счастьем! Не знаю, правда, согласился бы он с этим или нет».

Карн повалил Алистера на пол животом вниз и освободил его руки. Ноги юноши остались связанными.

Хан согнул пальцы и ощутил покалывание от прилива крови. От боли он тяжело задышал. Перевернувшись на спину, юноша сел и вытянул руки вперед, дабы восстановить кровообращение. Перед совершением задуманного стоило размяться. Карн осторожно, двумя пальцами взялся за край одного из кожаных лоскутов и передвинул его поближе к освобожденному пленнику, а затем схватил Танцующего с Огнем за волосы и приставил лезвие к горлу горца.

Хан ухватился за амулет обеими руками. Вместе с хлынувшей силой истаявшая боль сменилась жарким гневом. Юным чародеем завладело одно-единственное желание – уничтожить вора и похитителя. Алистера больше не заботил кинжал, приставленный к глотке Танцующего с Огнем. Сердце бешено колотилось, а губы шевелились сами собой, выговаривая заклинание.

Дверь неожиданно распахнулась. Хан развернулся и вытянул ладонь в сторону незваного гостя, который оказался Жераром Монтенем. Глаза арденского принца были выпучены, а губы в свете фонаря казались багровыми. Его подталкивала вперед Кэт Тайберн. Горло ее пленника было перекрыто удавкой, а в ребра упиралось острие ножа.