Королева в изгнании - Синда Уильямс Чайма

– Почему же тогда ты решил рассказать обо всем мне? После того как королевы тысячу лет прожили в неведении?

– Как ты сама сказала, времена меняются… Мы оба нарушаем правила. Но в основном все из-за того, что ты чертовски настойчива. Я надеялся, если буду избегать тебя, ты переключишься на кого-то другого.

– Я со всем этим не согласна! – заявила Раиса. – Выход обязательно должен быть. В любом случае тебе нельзя жениться на той, кого ты не любишь! Это я тебе лично запрещаю!

– Но мне придется жениться, ваше высочество. Как и вам выйти замуж.

«Ясно. Чтобы славная династия Бирнов продолжила существование», – подумала Раиса.

– А как дела у Лидии? Она же замужем.

– У Лидии до сих пор нет детей. Некому будет сменить меня, когда…

У Раисы перехватило дыхание от снизошедшего озарения. Принцесса развернулась и взглянула на Амона.

– Это все твой отец! Он нарочно это придумал, чтобы мы не были вместе. Эдон Бирн знал, что мы поедем в Оденский брод, и понимал, насколько сильным будет искушение.

Амон не сказал этого вслух, но в его глазах застыло согласие.

– Даже если это так, отец пошел на риск, чтобы защитить династию. Он предан Серым Волкам больше, чем собственной семье. Больше, чем чему-либо.

– Ненавижу твоего отца! – прорычала Раиса сквозь стиснутые зубы. – Я никогда! Никогда-никогда и ни за что не прощу его! Он не имел права принимать за нас такие решения!

Несколько минут они с Амоном сидели и, насупившись, буравили взглядами пол.

– А знаешь что? – вдруг сказала Раиса. – Давай попробуем поцеловаться? Просто чтобы проверить, что произойдет.

– Мне и без того нелегко, – покачал головой капрал. – Знаешь, чего мне все это стоило? Я ведь не каменный.

– Всего одна попытка. Пожалуйста, Амон. Я не собираюсь отказываться от тебя без боя. Вдруг то, что происходило в прошлые разы, было всего-навсего совпадением? А может, причина твоего болезненного состояния заключалась совершенно в другом. Вполне вероятно, так ты отреагировал на приближение Слота.

Амон вздохнул и после долгой паузы кивнул.

– Ты права. Никогда не узнаешь, пока не попробуешь. Может, что-нибудь и изменилось.

Раиса посмотрела на юношу. В его глазах читалась смесь настороженности и надежды. Принцесса протянула руку, нежно прикоснулась к успевшей покрыться легкой щетиной щеке капрала и почувствовала, как он тяжело сглотнул.

Она подалась к Амону и поцеловала – сначала нежно, затем напористее. Другой рукой Раиса обвила шею капрала, прижимаясь к нему всем телом. Она обхватила пальцами коротко стриженный затылок юноши, а затем провела по спине, ощущая перекатывающиеся под кожей мышцы. Притянув его к себе, Раиса кожей ощущала его учащенное сердцебиение.

Амон тоже обвил принцессу руками, обнимая с отчаянием и страстью.

Вдруг капрала затрясло. По его телу пробежала мощная волна дрожи, а следом еще одна. Он резко отстранился и согнулся пополам, обхватывая живот, а затем рухнул на пол. Там капрал и застыл, корчась и тяжело дыша.

– Что с тобой? – спросила Раиса, хоть и знала ответ.

– Кровь демона! – прошептал Амон.

Он прикрыл горло ладонями, словно оборонялся от невидимых врагов.

– Амон!

Раиса опустилась на колени рядом с юношей и потрогала его лоб. Он был липким и прохладным от пота.

– Не надо! – простонал капрал, мотая головой из стороны в сторону в попытках увернуться от руки принцессы. – Извини. Не трогай меня… Пожалуйста…

Раиса отдернула руку, а Амон согнулся пополам и застонал:

– Милая Ханалея! Прости меня!

От мук лицо капрала исказилось, а в уголках глаз выступили слезы. Приступы конвульсий накатывали, словно волны на берег.

– Прости, – шептал Амон. – Прости меня…

Раиса вскочила и, схватив подушку со своей кровати, подложила ее за спину несчастного, чтобы он не расшиб голову о кирпичный камин. Когда капрал задрожал, принцесса укрыла его своим плащом.

Постепенно приступ ослаб. Тело Амона обмякло, веки опустились, и юноша погрузился в сон.

Раиса подкинула в камин полено и уселась спиной к огню. Она сидела рядом с другом детства и наблюдала за его беспокойным сном. Помимо боли где-то в груди, принцесса ощущала онемение и озноб. Из ее глаз наконец-то перестали катиться слезы.

Этой ночью наследная принцесса Раиса так и не сумела уснуть и встретила новый рассвет, чувствуя себя опустошенной и лишенной мечты.