Дозоры. От Ночного до Шестого - Владимир Васильев

Ведьмы ели. Наверное, это у них было нервное. Я-то предполагал, что после моего исчезновения с Тигром они примутся обсуждать ситуацию или разойдутся по номерам. Но нет – они решили покушать.

Со столов исчезла закуска и разнокалиберная выпивка, зато появилось горячее во всех видах – жареные поросята, седло барашка, ростбиф; птица – от перепелок до глухарей и индеек; рыба – от порционных форелей до огромных, нарезанных на ломти осетров. Из алкоголя теперь осталось только вино, но в каких-то немыслимых количествах и ассортименте. Молоденькие ведьмочки, выполнявшие роль официанток, таскали блюда с устрицами и розовыми креветками, которых поедали сырыми.

– Это я удачно зашла, – негромко сказала Арина.

Мы вернулись в то же самое место, откуда ушли, – сразу за главным столом. Надя сидела на прежнем месте и о чем-то дружески разговаривала с соседками-ведьмами.

– Прошу, – негромко сказал я Арине. – Мне кажется, тебя тут заждались.

Арина фыркнула и подошла к столу. Протянула руку над плечом Эрнесты и взяла с ее тарелки перепелку.

В зале наступила тишина. Челюсти, азартно перемалывающие пищу, замерли, взгляды остановились на вернувшейся из небытия Прабабушке. Только Надя радостно смотрела на меня. Я выдавил улыбку.

– Специй много, – сказала Арина в наступившей тишине. Перепелку она глодала как волк – целиком, с хрустом перемалывая кости. – Зажрались вы тут, сестры.

– Арина! – Эрнеста вскочила и обняла ведьму.

– И тебе привет, старая вредина, – добродушно ответила Арина. – Что, как прижало – вспомнили меня?

– Ну, ты же знаешь, милая, у нас нет процедуры отстранения от власти Прабабушек, которые пропали без вести… или дезертировали… – промурлыкала Эрнеста.

– Тебе бы туда дезертировать, где я сидела, – ответила Арина с иронией. – Что, не признал Росток иной хозяйки?

Она протянула руку – и горшок с деревянным фаллосом пополз к ней по столу. Арина легонько хлопнула ладонью по Ростку – и сухое дерево будто взорвалось, выбросило вверх зеленые побеги, превратилось в зеленый куст, мгновенно покрывшийся белыми цветами. Арина выждала несколько мгновений – цветы осыпали лепестки, сжались в завязь, и куст покрылся плодами. Странными плодами, похожими на крошечные белые яблочки.

Арина небрежно сорвала одно, бросила в рот, прожевала.

Эрнеста склонила голову и присела в глубоком старомодном реверансе. Загремели стулья – ведьмы вставали и склонялись перед Ариной, кто в книксене, а кто и опускался на колени.

– Полно, полно… – махнула рукой Арина. – Я вернулась, сестры. Не надо оваций.

– Она забавная, – негромко сказал за моей спиной Тигр. – Хорошо, что я ее не убил.

– И нам повезло, что мы тебя не убили, – согласился я.

Тигр улыбнулся. Потом наклонил голову, вслушиваясь во что-то. Нахмурился.

– Папа! – воскликнула Надя. Вскочила, прижалась ко мне.

Арина отерла руки о бедра. Спросила:

– Эрнеста, вы обеспечили безопасность Конклава?

– Арина! – возмущенно воскликнула ведьма.

– Тише, тише, я тебя не виню… – ответила Арина.

Одно из окон, выходящее на склон горы, покрытый светящимися ниточками лыжных трасс и ползающими по склонам ратраками, внезапно задребезжало. Сидящие рядом ведьмы повскакивали, отступая. Стекло, намертво зажатое в рамах, то прогибалось внутрь, то выпучивалось наружу, будто полиэтиленовая пленка.

– Вам надо уходить, – сказал Тигр. – Антон, ты слышишь меня?

Стекло прощально дзинькнуло и разлетелось кинжальными осколками. Часть из них повисла в воздухе, часть была отражена назад, часть просто испарилась на лету – вряд ли хоть одна из пришедших на Конклав ведьм не была увешана защитными амулетами.

В разбитое окно пахнуло холодом. А потом снизу, одним легким прыжком, в ресторан ворвался Двуединый. Перемахнув подоконник, мягко приземлился на полу и замер. За недолгие прошедшие часы он изменился, причем принципиально. Я понял, что имела в виду Арина, спрашивая «они вместе?».

Бывший Светлый маг Денис и бывший Темный маг Алексей слились воедино. Одежды на них больше не было. Голые тела срослись боками, будто у сиамских близнецов, тазы и плечи вывернулись набок, шеи вытянулись – теперь это было искореженное четвероногое и четверорукое существо. Две ноги остались по бокам, две ноги оказались в центре (и похоже, что они начинали срастаться вместе), гениталии почти бесследно втянулись, по две пары рук торчали с боков, две склоненные к центру головы прижались друг к другу. Безумный гибрид, достойный безумного доктора Моро. Человек-паук, только не обаятельный борец со злом из американских комиксов, а омерзительный монстр.

– Обаяшка, – негромко сказала Надя.

– Уважаемый, это закрытое мероприятие! – громко сказала Арина. – Покиньте помещение!

Двуединый рассмеялся – на два голоса. Раскинул руки, будто собираясь обнять весь зал.

– Я оценил! – сказала голова Алексея.

– Это мило! – продолжила голова Дениса.

– Задержите его, – сказала Арина Эрнесте, разворачиваясь и беря за руки меня и Надю.

И то, что, находясь среди двух сотен самых сильных ведьм мира, в защищенном заклятиями и оберегами месте их сбора, Арина даже не подумала сказать «убейте его», было очень показательно.

Мы бросились бежать – к дальним дверям, ведущим в служебную часть ресторана, оставляя между собой и Двуединым толпу напуганных и разъяренных ведьм. И надо отдать им должное – как бы они ни были напуганы, но приказ Прабабушки выполняли. Я обернулся уже у самых дверей, пропуская вперед Надю и Арину, – и увидел настоящее сражение.

Пол ресторана трещал и разлетался паркетинами, из него вырывались колючие гибкие лозы и оплетали Двуединого – чтобы тут же рассыпаться в прах или сгореть в пепел. Стулья и столы начинали шевелиться и, словно в детском мультике, шагать в сторону паукообразного монстра. На моих глазах разбежавшийся (у него даже гнулись ножки!) стол ударил Двуединого углом в живот – и тут же разлетелся в щепу. Столовые приборы слетелись друг к другу, сцепились – и встали, образовав скелетообразную двухметровую фигуру с пальцами-ножами и пастью, составленной из щипцов для омаров. Этот металлический монстр дрался с Двуединым дольше всего – полосуя его ножами и пытаясь впиться в тело, пока не был расплавлен.

Двуединый вообще не мудрствовал в выборе заклинаний. Огонь и лед, жар и холод. Лишь несколько раз он действовал чистой Силой – отбрасывая в стороны ведьм и отражая магические удары.