Дозоры. От Ночного до Шестого - Владимир Васильев

– Адрес Инквизиции! – воскликнул я, прозревая.

– Вот теперь ты прав. Ты бы сумел отправить письмо в Инквизицию?

Я молчал. Я был поставлен на подобающее место. И ведь Гесер в лоб мне сказал про письмо в Инквизицию!

– В нашем Дозоре их почтовый адрес знаю только я. В Дневном Дозоре, полагаю, только Завулон. Что из этого получается, Городецкий?

– Письмо отправили вы. Или Завулон.

Гесер только фыркнул.

– А Инквизиция сильно напряглась? – спросил я.

– Напряглась – не то слово. Сама по себе попытка торговли инициациями их не волнует. Обычное дело Дозоров – выявить нарушителя, наказать, закрыть канал утечки. Тем более что и мы, и Темные одинаково возмущены произошедшим… Но письмо в Инквизицию – вопрос особый. Их же немного, сам понимаешь. Если какая-то сторона нарушает Договор, Инквизиция встает на другую сторону, тем и удерживая равновесие. Это всех нас… дисциплинирует. Но, допустим, в недрах одного из Дозоров зреет план по достижению окончательной победы. Группа боевых магов, объединившись, способна в одну ночь перебить всех Инквизиторов – в том случае, конечно, если они все про Инквизицию знают. Кто в ней служит, где живет, где хранят документы…

– Письмо пришло в их главный офис? – уточнил я.

– Да. И судя по тому, что через шесть часов офис был пуст, а в здании случился пожар, – именно там Инквизиция хранила все свои архивы. Этого даже я не знал точно. В общем, отправив письмо Инквизиции, человек… или Иной… бросил им в лицо перчатку. Теперь Инквизиция будет за ним гоняться. Официальная версия – из-за нарушения секретности и попытки инициации человека. На самом деле – в страхе за собственную шкуру.

– Никогда не думал, что им свойственно бояться за себя, – сказал я.

Гесер кивнул:

– Еще как свойственно, Антон. Вот тебе информация к размышлению… почему в Инквизиции не бывает предателей? К ним приходят и Темные, и Светлые. Проходят свое обучение. А потом – Темные жестоко карают Темных, Светлые – Светлых, стоит им лишь нарушить Договор.

– Особый склад характера, – предположил я. – Таких Иных отбирают.

– И никогда не ошибаются? – скептически спросил Гесер. – Не бывает такого. Но в истории нет ни одного случая нарушения Договора Инквизитором…

– Видимо, слишком хорошо понимают итог нарушения Договора. Один Инквизитор, в Праге, сказал: «Нас держит ужас».

Гесер поморщился:

– Витезслав… любит он красивости… Ладно, этим голову не забивай. Ситуация проста – существует Иной, либо нарушающий Договор, либо издевающийся над Дозорами и Инквизицией. Инквизиция поведет свое расследование, Темные – свое. От нас тоже требуется сотрудник.

– Можно спросить? Почему именно я?

Гесер развел руками:

– Ряд причин. Первое – скорее всего в ходе расследования придется столкнуться с вампирами. А ты у нас специалист по низшим Темным.

Нет, вроде он не смеялся…

– Второе, – продолжал Гесер, на немецкий манер отгибая загнутые в кулак пальцы. – От Инквизиции официальными дознавателями назначены твои знакомые. Витезслав и Эдгар.

– Эдгар в Москве? – удивился я. Нельзя сказать, что Темный маг, перешедший три года назад в Инквизицию, был мне симпатичен. Но… но можно сказать, что он не был неприятен.

– В Москве. Четыре месяца назад закончил курс обучения и прилетел к нам. Поскольку по работе тебе придется контактировать с Инквизиторами, всякий личный контакт полезен.

– Контакт с ними был не слишком-то приятным, – напомнил я.

– А я тебе что, тайский массаж в рабочее время обещаю? – сварливо спросил Гесер. – Третья причина, почему я хотел бы направить на это задание именно тебя… – Он замолчал.

Я ждал.

– Расследование от Темных тоже ведет твой старый знакомый.

Имени Гесер мог уже и не называть. Но он продолжил:

– Константин. Молодой вампир… твой бывший сосед. Помнится, у вас были хорошие отношения.

– Да, конечно, – с горечью сказал я. – Пока он был ребенком, пил только свиную кровь и мечтал избавиться от «проклятия»… Пока не понял, что его приятель, Светлый маг, таких, как он, сжигает дотла.

– Это жизнь, – констатировал Гесер.

– Он ведь уже пил человеческую кровь, – сказал я. – Наверняка! Раз выслужился в Дневном Дозоре.

– Он стал Высшим вампиром, – произнес Гесер. – Самый молодой Высший вампир в Европе. Если переводить на наши мерки, то это…

– Второй-третий уровень Силы, – прошептал я. – Пять-шесть загубленных жизней.

Костя, Костя… Я тогда был молодой и неопытный Светлый маг. Никак не мог завести друзей в Дозоре, а со старыми знакомыми отношения стремительно рвались… не могут дружить Иные и люди… И вдруг оказалось, что мои соседи по подъезду – Темные Иные. Семья вампиров. Мама и папа вампиры, да и ребеночка инициировали. Правда, ничего дурного. Никаких ночных охот, никаких требований лицензий, законопослушно пили свиную и донорскую кровь. И меня, дурака, это расслабило. Я с ними подружился. Даже заходил к ним. Даже звал в гости! Они ели пищу, которую я готовил, и нахваливали… а я, дурак, не понимал, что человеческая еда для них безвкусна, что их терзает древний, вечный голод. Маленький вампиреныш даже решил, что станет биологом и откроет, как вылечиться от вампиризма…

Потом я впервые убил вампира.

Потом Костя пошел в Дневной Дозор. Не знаю, окончил ли он свой биофак, но от детских иллюзий точно избавился…

И стал получать лицензии на убийство. За три года подняться до уровня Высшего вампира? Это ему должны были помочь. Использовать все возможности Дневного Дозора, чтобы хороший парень Костя раз за разом получал право вонзить клыки в человеческую шею…

И я даже догадываюсь, кто ему помог.

– Как ты думаешь, Антон, – сказал Гесер, – кого в данной ситуации стоит назначить дознавателем с нашей стороны?

Я вынул из кармана телефон и набрал номер Светланы.