Такое запутанное дело. Когда конец близок - Фрэнсис Дункан

– Элейн? – Экономка нахмурилась, потом медленно покачала головой. – Нет, я никогда не слышала, чтобы он произносил это имя.

– Весь год он довольно часто встречался с ней. По меньшей мере раз в неделю, а чаще дважды.

В глазах экономки мелькнуло понимание:

– А-а, вот как ее звали!

– Вы хотите сказать, он никогда не говорил вам?

– Нет. Я знала, что происходит. Понимала: доктор встречается с женщиной, это было очевидно. Выходя из дома, он собирался тщательнее, чем обычно. Но не называл ее имени.

– Она никогда не появлялась в вашем доме?

– С этой женщиной дело было нечисто. Потому-то она и не приходила сюда. Я с самого начала подозревала, что здесь что-то кроется, и однажды доктор выдал себя. Вернувшись домой как-то вечером, он завел серьезный разговор – порой подобное случалось, доктор знал, что мне можно довериться. Ну, я и сказала, что думаю обо всех его делишках. Спросила, почему он не женится, и тогда он ответил, что его дама замужем.

– Значит, замужем? – Бойс ущипнул себя за подбородок. – Так вот откуда вся эта таинственность. Естественно, ему приходилось заботиться о том, чтобы избежать сплетен. Для врача это намного важнее, чем для остальных.

– Он понимал, что делает, – мстительно ответила миссис Колвер. – Доктор всегда брал машину, они тайно где-то встречались, а затем уезжали из Бриджтона.

– Это довольно рискованно. Поблизости всегда может оказаться кто-либо из знакомых и заметить вас, а вы этого даже не узнаете.

– Доктор принадлежал к той породе людей, которым нравится рисковать. Если он чего-то хотел, то непременно добивался своего, какую бы цену ни пришлось заплатить.

Экономка замолчала и закусила губу, словно сказала больше, чем собиралась. Бойс пожал плечами:

– Порой дело того стоит, иногда нет. Как правило, в подобных случаях мы и появляемся. На этом все, миссис Колвер. Жаль, что вы ничего больше не можете нам сообщить об этой загадочной неуловимой даме по имени Элейн, но я признателен вам за помощь. Пожалуй, у нас появились кое-какие догадки, на что уходила часть пятидесяти фунтов каждый месяц. Не знаю, какие у вас теперь планы, – добавил старший инспектор. – Насколько я понимаю, вы хотели бы задержаться здесь по меньшей мере на день, пока не уладите дела.

А потом…

– Все произошло так неожиданно, – произнесла экономка. – У меня не было времени подумать, как теперь быть. Конечно, я не останусь тут надолго. Вероятно, дом теперь продадут.

– Это зависит от воли покойного, если он оставил завещание. – Бойс бросил вопросительный взгляд на сержанта. – Что скажете, Уитем? Есть сведения о его поверенных?

– Да, сэр. У меня есть адрес и номер телефона. Вообще-то они сегодня звонили. Наверное, прочитали новости в газетах. Один из местных полицейских еще дежурит в приемной, хотя сейчас вроде бы все тихо. Вы видели его, когда пришли. У него полный список.

– Мы свяжемся с адвокатами завтра – в любом случае они уже разошлись по домам, вдобавок вряд сегодня объявятся встревоженные родственники, чтобы узнать, не перепало ли им что-нибудь по завещанию. Наш человек пробудет возле дома всю ночь, миссис Колвер, – повернувшись к экономке, прибавил Бойс. – Нет, мы ничего не опасаемся, но в нынешних обстоятельствах вам будет приятно сознавать, что вы не одна в доме.

– Не беспокойтесь обо мне, – с едва заметной горечью промолвила она. – Я привыкла сама о себе заботиться. Вдовы быстро привыкают обходиться своими силами.

Когда она удалилась к себе, старший инспектор обратился к Мордекаю Тремейну:

– Что вы о ней скажете?

– У нее хорошая речь, Джонатан. Похоже, она знавала лучшие дни. Это ее ожесточило.

– Я тоже так думаю. И Хардин ей нравился меньше, чем она хочет показать.

Из кабинета Бойс перешел в приемную, где по-прежнему у телефона сидел детектив местной полиции на случай, если будут еще звонки. Старший инспектор быстро просмотрел список. Звонили в основном из различных медицинских и политических организаций, в которых состоял Хардин. Дежурный записывал время каждого звонка. Бойс взглянул на часы:

– Вижу, за последние полтора часа никто не звонил. Можете закругляться. Со всем остальным экономка справится сама. В любом случае время, когда мы могли напасть на что-либо важное, прошло. Убийство Хардина уже получило огласку.

Он собирался вложить список в блокнот, когда заметил одну необычную запись. Звонок поступил из телефонной будки, дежурный записал время, но не указал имени звонившего.

– А это что такое? Разве вы не смогли выяснить, кто звонил? – Бойс ткнул пальцем в запись и показал ее детективу.

– Она не пожелала назвать свое имя, сэр.

– Так это была женщина?

– Голос женский. Начала расспрашивать, что случилось с доктором, а когда я попытался выяснить, кто она такая, – не ответила, только назвалась знакомой доктора Хардина.

– Что вы можете сказать о ее голосе?

– Не берусь утверждать точно, сэр, вы ведь знаете, как трудно судить о человеке по телефонному разговору, – медленно произнес полицейский. – Но я бы сказал – она молодая. И образованная, судя по речи.

Бойс вопросительно поднял брови, и дежурный объяснил:

– Местный акцент довольно резкий, сэр. Думаю, вы это уже заметили. Она говорила без акцента. Хотя была сильно взволнована, я бы даже сказал, испугана. Я попробовал затянуть разговор, пока мы не отследим звонок, но женщина оказалась сообразительной и повесила трубку. Я записал адрес телефонной будки, откуда она звонила, и одна из наших патрульных машин немедленно выехала на место, но к тому времени женщина уже исчезла. Мне очень жаль, сэр.

– Вы сделали все возможное. Вашей вины здесь нет. Угол Принс-авеню и Кинли-Гарденс. Это далеко отсюда?

– Около мили, сэр. Это в Друидли, но ближе к центру.

Тремейн, внимательно слушавший их, тронул Бойса за плечо:

– В котором часу она звонила?

– Утром. Вероятно, вскоре после нашего ухода. Около половины одиннадцатого. Вы думаете о том же, о чем и я?

– Элейн?

– Таинственная дама, – усмехнулся Бойс. – Возможно.

Они вернулись в кабинет Хардина и примерно двадцать минут сидели в своих креслах – Тремейн с синей тетрадью в руках, а Бойс с пачкой банковских счетов, – когда раздался телефонный звонок. Почти сразу Уитем просунул голову в дверь и сообщил:

– Вам звонят, сэр.

Бойс вышел. Тремейн услышал его голос, приглушенный перегородкой. Старший инспектор обращался к собеседнику на другом конце провода. Разговор занял несколько минут, и когда Бойс наконец вернулся, то был взволнован, словно получил важное известие.

– Звонил Паркин, – объявил он. – Его люди проверили Мастерса. Он действительно явился домой не раньше одиннадцати – патрульный констебль случайно заметил, как он подъезжает к воротам, сидя за рулем своей машины, – но остальная часть истории не подтвердилась. Мастерс не был прошлой ночью и близко к «Клубу бизнесменов».