Такое запутанное дело. Когда конец близок - Фрэнсис Дункан

– Этого никто не знает, – сухо заметил главный констебль. – Похоже, нам предстоит малоприятная работа – копаться в грязном белье. Политические скандалы местечкового масштаба – дело скверное. Даже крупный город вроде нашего в сущности большая деревня. Вы и опомниться не успеете, как перейдете на личности, а взбаламученная грязь не осядет еще долгие годы.

– Думаю, вы немного сгущаете краски, сэр, – возразил Бойс. – Разумеется, если мы придем к выводу, что Мастерс тот, кто нам нужен, придется подумать, как представить убедительный мотив. Но пока на его виновность ничто не указывает, если не считать их с Хардином ссоры. А если Мастерс вне подозрений, то нам незачем будет копать дальше.

Главный констебль кивнул:

– Конечно, я не буду циклиться на нем, может он невиновен. Хотя Мастерс бывает крайне неприятным. А что вы о нем скажете?

– Я склонен согласиться с вами, сэр. Но с одной оговоркой. Мастерс может позволять себе грубые выходки, если считает, будто это сойдет ему с рук. Но сегодня утром мне показалось, что он не слишком-то уверен в себе. Как бы он ни хорохорился, похоже, Мастерс не чувствует себя хозяином в собственном доме.

На лицо сэра Роберта Деннелла набежала тень.

– Мы не должны ставить ему это в вину. Множество мужчин в одной лодке с ним, хотя не у всех хватает честности признать это. Часто самоувереннее всех держатся те, кому нечем похвастать.

В голосе главного констебля прозвучала нотка горечи, и Тремейн окинул его задумчивым взглядом. Но сэр Роберт не потрудился объяснить, что хотел сказать. Он просмотрел свои заметки в блокноте, лежавшем перед ним на столе, и заговорил прежним властным, требовательным тоном, каким открыл совещание:

– Итак, хотя у вас и наметились одна-две ниточки, вы пока не пришли ни к чему определенному. Дело вовсе не кажется простым, иначе я бы не обратился в Скотленд-Ярд, и едва ли можно было ожидать, что на данной стадии вы бы добились конкретных результатов.

Он поднял голову, и твердый взгляд его голубых глаз, глаз человека, привыкшего к тому, что все его приказы беспрекословно выполняются, остановился на Джонатане Бойсе.

– Вам будет оказана любая помощь, какая потребуется, старший инспектор. А я хочу, чтобы мне подробно докладывали о ходе расследования и немедленно сообщали о каждом предпринятом шаге, о каждом результате. Немедленно, – с легким нажимом повторил главный констебль.

– Хорошо вас понимаю, сэр, – отозвался Бойс.

Сэр Роберт мрачно усмехнулся:

– Не знаю, так ли уж хорошо. Люди не любят нераскрытых убийств, а у нас их уже два за последние восемь месяцев. Немного неловко, когда мне, начальнику полиции, приходится отказываться от приглашений на обед, чтобы не попасть в затруднительное положение, если почтенные горожане начнут задавать неудобные вопросы. Вы можете связываться со мной в любое время. Со всеми просьбами обращайтесь к Паркину, он проследит, чтобы вам незамедлительно оказали содействие. Я хочу, чтобы это дело было раскрыто как можно скорее.

– Я сделаю все, что в моих силах, сэр, – тихо ответил Бойс. – Вы создали мне все необходимые условия. След преступника еще не остыл. Я не подведу вас.

Главный констебль задержал взгляд на лице Бойса, потом опустил голову. Раздался тихий звук, похожий на слабый вздох.

– Надеюсь, так и будет. – Он протянул руку к пухлой стопке документов и подтолкнул ее по столу к Бойсу. – Как я понял, вы хотели получить данные материалы. Здесь вы найдете все по делу Мартона и владельца ломбарда Уоллинза. Все, что мы сумели собрать. Откровенно говоря, я думаю, это пустая затея, поскольку мои люди поработали на совесть, но если вы считаете, что сможете обнаружить что-нибудь новое, – дерзайте.

Послышался короткий нервный кашель. Паркин произнес:

– У меня не было возможности проверить, сэр, чтобы окончательно убедиться, но, по-моему, имя доктора Хардина мелькнуло в материалах дела об убийстве Мартона.

– Черт возьми! – Главный констебль устремил строгий взгляд на подчиненного. – Я такого не помню.

– Незначительное упоминание, сэр, – объяснил Паркин. – Я все думал об этом, с тех пор как мистер Тремейн сегодня утром подал мне эту мысль. Тот человек, Мартон, вроде бы говорил в Мореходной миссии, будто собирается зайти к доктору Хардину. К нему обращались и другие моряки из Миссии в разное время – похоже, он помогал им с работой.

– Разве Хардина не допрашивали по данному делу?

– Допрашивали, сэр, но он сказал, что ничего не знает о Мартоне, тот у него не появлялся. Мы не нашли никакой связи между погибшим моряком и доктором. Эта ниточка никуда нас не привела. Хардин пользовался хорошей репутацией, у нас не было причин подозревать, будто он что-либо скрывает, поэтому мы оставили его в покое.

– Непохоже, что это стоит внимания. – Главный констебль отодвинул стул и поднялся. – У меня сегодня заседание комитета, мне пора идти. Можете остаться в моем кабинете, если хотите. Сомневаюсь, что я вернусь раньше половины шестого.

– Очень любезно с вашей стороны, сэр, – отозвался Бойс. – Я с радостью воспользуюсь возможностью просмотреть эти материалы и во всем разобраться. Мой сержант еще в доме, я присоединюсь к нему позднее. Если будут какие-то новости, я вам сообщу.

Главный констебль кивнул и вышел из комнаты. Бойс с Тремейном и Паркином остались сидеть за столом.

– И снова Мастерс, – заключил Тремейн. – Похоже, тут ни у кого нет сомнений, что за всем стоит он.

Он посмотрел на Паркина, но тот промолчал.

– Вы говорите о сложностях, какие возникают при попытке найти мотив? – пробурчал Бойс. – Сэр Роберт убежден, что наша главная задача – повесить убийство на Мастерса. Однако, возможно, он просто не хочет получить уже третье нераскрытое убийство и торопится поскорее распутать дело.

Бойс потянулся за папками на столе и бегло просмотрел их.

– Ну вот, Мордекай. Берите первым дело Мартона, ведь это вроде бы ваш любимчик. Я возьму себе владельца ломбарда. Не стану притворяться, будто вижу здесь луч света, но ведь Хардин зачем-то хранил у себя те вырезки.

Какое-то время они молчали: изучали скопившиеся отчеты, показания и фотографии. Наконец Бойс отложил последний листок и с хмурым видом откинулся на спинку стула.

Без сомнения, местная полиция провела тщательную работу, однако в обоих случаях следствие зашло в тупик. Подобные дела – сущий кошмар для детектива. Бойс уныло взглянул на Тремейна:

– Хорошего мало.

– С другой стороны, Джонатан, – заметил тот, – вызов всегда подстегивает. В конце концов, когда убийца кто-то из преступного мира, или когда круг подозреваемых предельно узок и ограничивается лишь близкими жертвы, расследование превращается в рутину. Все, что от вас требуется, – внимательно просмотреть записи о способе совершения убийства, найти известных преступников с похожим почерком, а затем разобраться с алиби. И если тот, за кем вы охотитесь, не из криминальных кругов, но один из родственников или знакомых жертвы, вычислить убийцу, как правило, не составляет труда. Главная задача здесь – собрать доказательства. В подобных случаях основная работа ложится на плечи экспертов лаборатории, где исследуются улики. Детектив превращается в мальчика на побегушках, который собирает грязь под ногтями, пыль или необычные волокна с одежды.