Записки «черного полковника» - Сергей Трахимёнок

— Я был прав? — спросил Корбалевич, когда Михно на следующий день зашел к нему в кабинет. — У нас ничего нет?

— У нас есть все, а если вы позволите мне еще забежать к смежникам, которые работают с милицией, возможно, еще что-нибудь прибавится.

— Давай, — согласился Корбалевич.

Михно смотался к смежникам и явился на доклад к начальнику отдела.

— Итак, — сказал он, — ответить на вопрос, почему Каморкана избрала такую форму своего представительства, я не могу. Но зато могу совершенно точно сказать, что представительство существует уже девять месяцев. Недавно к полутора десяткам сотрудников добавились еще двое.

— Их установочные данные? — сказал Корбалевич.

Михно назвал, и Корбалевич удовлетворенно отметил, что один из них звался Эрдемиром.

— Есть ли среди сотрудников те, — спросил Корбалевич, — кто использует статус сотрудника представительства, как прикрытие?

Он задал этот вопрос скорее автоматически. Потому что должен был задать такой вопрос. Хотя и понимал, что у сотрудника не было времени, чтобы собрать сведения о поведении тех, кто использовал должность дипломатического сотрудника как прикрытие другой деятельности, разведывательной.

Но Михно, сделав паузу, продолжил:

— Признаков не так много, но я бы выдел двух последних в качестве возможных сотрудников вновь создаваемой резидентуры. Они более самостоятельны, чуть дистанцируются от других, более активны в недипломатических мероприятиях и, наоборот, весьма неохотно участвуют в мероприятиях дипломатических. Активно изучают город.

— Логично, — заметил Корбалевич. — А что говорят наши смежники?

— Смежники говорят, что каморканцы идут тем же путем, что и их коллеги из других представительств и посольств.

— То есть кроме изучения города они занимаются созданием условий для конспиративной работы?

— Да, в частности, они подыскивают конспиративные квартиры.

— Это общие наблюдения или данные смежников?

— У смежников есть свои люди в криминальной среде. Наши рыночные азербайджанцы живут некоей колонией. Все разводки у них в случае конфликтов осуществляет авторитет, я не знаю его настоящего имени, потому что на рынках его зовут Ахмет. Именно к нему обращаются за помощью как к единоверцу представители резидентур мусульманских государств. Он поручает своим людям помочь братьям, и те помогают.

— И чем подбор конспиративных квартир сотрудниками этих резидентур отличается от немусульманских стран?

— Ничем. Поскольку требования к конспиративным квартирам вытекают из возможностей технического съема информации в них. Следовательно, сразу отметаются первый и последний этажи. Отвергаются боковые и торцевые квартиры. Приветствуются подъезды с двумя выходами. Могу сказать, сколько платят хозяевам.

— Не надо.

— А далее все как у всех, хотя, собственно, иначе и быть не может. В квартире всегда находятся сотрудники или сотрудник из числа охраны представительства. За пять минут до прихода сотрудника резидентуры охранники покидают квартиру. Обратный вариант — в зависимости от обстановки. Но разведчик всегда дожидается охрану квартиры.

— Кто из двух указанных сотрудников руководитель звена?

— Сейчас мне трудно сказать точно, но если такая задача будет поставлена, я в течение недели вычислю резака[26].

— Считай, что такая задача тебе поставлена.

После ухода Михно Корбалевич пригласил к себе Гольцева. Тот пришел с подготовленным для Москвы запросом.