Эффект чужого лица - Наталья Солнцева

Соня непрерывно плакала, ее отпаивали каплями, вызывали даже врача. Митя на три дня закрыл «Буфет». Работать там было некому: тетя Нюся и та слегла с давлением. Виданное ли дело, чтобы прямо в клубе убили девушку, Марину Капранову, которая никому не причинила никакого вреда, слова кривого не сказала. Так гардеробщица и заявила приехавшим вчера вечером в «Вертикаль» оперативникам.

– Ну, не совсем в клубе… – поправил ее Митя.

– Буквально на пороге черного хода! – стояла на своем пожилая дама. – Это я, старая перечница, виновата! Я ее на улицу-то вызвала! Велела к черному ходу идти… Господи, спаси и помилуй! Грешная моя душа…

Сыщик из убойного отдела налил ей воды в граненый стакан. Тетя Нюся не могла удержать стакан в руках – они дрожали.

– Да вы успокойтесь, успокойтесь. Никто вас не обвиняет. Скажите, кто вам звонил? Вы узнали голос?

– Нет… нет, сынок… ты уж прости меня, бестолковую…

– Голос был мужской или женский?

– Не буду врать… не знаю… Хриплый и будто издалека доносился…

– Глухой номер, – зло отрезал второй оперативник, помоложе. – Номер-то мы пробьем… но звонили, похоже, из автомата. Там же, во дворе.

– Я подумала, это кавалер ейный, Маринкин… – всхлипывала гардеробщица. – Так и передала: иди, мол, к черному ходу, ждет он тебя… Выходит, на верную смерть послала!

Она залилась слезами.

– А почему преступник позвонил именно вам? Почему не самой Капрановой?

– Начальство наше запрещает девчонкам пользоваться мобилками за работой. И правильно. Вы же их знаете, молодежь-то! Начнут болтать без умолку, про все на свете позабудут. Какое уж тут обслуживание? А наш клуб печется о своих посетителях.

– Значит, убийца был осведомлен о здешних порядках?

– Это ни для кого не секрет. Бывало, надо отойти по срочному делу, и нипочем не дозвонишься ни до Сони, ни до Маринки! Приходится просить кого-нибудь, чтобы позвали. Мне ведь гардероб покидать нельзя. Не дай бог, одежду чью-то украдут… потом не расплатишься. У меня пенсия мизерная…

– Но в тот раз вы дозвонились.

– Дозвонилась, будь оно неладно! – тетя Нюся покаянным жестом прижала руки к груди. – Девчонки иногда брали трубку – украдкой, чтобы Митя не заметил. Нарушали приказ. Небось, и вы не всегда начальство слушаетесь…

Она высморкалась в большой носовой платок и добавила:

– Жалела я Маринку. Видела: сохнет девка, сама не своя ходит. Наверняка, влюбилась. А тут ее на свидание кто-то вызывает! Дай, думаю, позвоню, а вдруг это ее судьба? Ответит – хорошо; не ответит – попрошу ребят, чтобы позвали. Я обычно так всегда делала…

– Судьба, – вздохнул оперативник.

– За что ж он ее? Вот зверюга! Чистый душегуб!

– Кому вы давали номер своего сотового?

– Да он на доске объявлений написан, рядом с Митиным – для удобства наших гостей. Вдруг кто-нибудь забудет перчатки, шарф, зонтик или еще какие вещи. Народ-то нынче рассеянный. А я в клубе с раннего утра и допоздна, до последнего человека. Когда все разойдутся, я убираюсь, полы мою… Городской-то телефон у Мити в кабинете заперт, а мой всегда при мне…

От того, что она причастна к гибели Марины, гардеробщица страшно разволновалась. Лицо ее распухло от слез, она держалась за сердце и дышала, как паровоз.

По всему выходило, что не позвони она на мобильный девушки, та осталась бы жива. По крайней мере, на некоторое время.

Все это представлялось Мите страшным сном или каким-то ужасным реалити-шоу, где людей жестоко разыгрывают, и вся страна с болезненным любопытством наблюдает за их реакцией. Но мертвое тело Марины, над котором склонился судмедэксперт, выглядело очень натурально. Истерика Сони тоже… И сердечный приступ, который в конце концов свалил тетю Нюсю… Врачу пришлось срочно делать ей укол.

По обрывкам фраз криминалистов, по их взглядам и вопросам, Митя сделал вывод, что убийца оказался достаточно ловок. Возле черного хода его никто не заметил, потому что публика пользовалась парадным. Через парадное выходили подымить курильщики, подышать свежим воздухом те, которые слегка перебрали спиртного, и просто романтические парочки – любители полюбоваться зимним небом, вечерними огнями. В то же время у черного хода было натоптано: именно этим путем входили и выходили сотрудники клуба; сюда на задний двор выносили мусор; через эту дверь разгружали ящики с посудой, бутылками и продуктами… В общем, следов хоть отбавляй.