Песочный человек - Ларс Кеплер

Утром все еще было темно, как ночью. В женском отделении тюрьмы Крунуберг горели все лампы.

Сага сделала два шага вперед и остановилась, когда ей велели остановиться. Она хотела замкнуться в себе, сделать себя непроницаемой для окружающего мира и ни на кого не смотрела.

Что-то потрескивало в батарее.

Натан Поллок положил пакет с вещами Саги на стойку, получил квитанцию и ушел.

Отныне Саге придется справляться самой со всем, что бы с ней ни случилось.

Автоматическая дверь долго жужжала, а потом внезапно замолкла.

Никто не смотрел на Сагу, но она заметила, что тюремные служащие посерьезнели, поняв, что она – преступник самого высокого уровня опасности, какой только существует.

Пока за ней не придет автобус, ее следует держать в строгой изоляции.

Сага стояла неподвижно, не отрывая глаз от желтого линолеума и не отвечая на вопросы.

Перед тем как проводить ее по коридору в кабинет, где проводился личный обыск, ее осмотрели.

Две атлетически сложенные женщины обсуждали новый телесериал, вводя Сагу в дверь без окошка. Помещение, где обыскивали вновь прибывших, походило на комнату для медосмотра, с узкой койкой, затянутой хрустящей бумагой, и запертым шкафом у стены.

– Раздевайся догола, – равнодушно сказала одна из женщин, натягивая латексные перчатки.

Сага сделала, как велели, побросав свои вещи в кучу на полу, и встала голая под холодным дневным светом, свесив руки вдоль тела.

Светлое тело было по-девичьи хрупким, совершенным и мускулистым.

Тюремная служащая в перчатках замолчала на середине фразы, уставившись на Сагу.

– Ладно, – вздохнула одна из тюремщиц, помолчав. – Приступим.

Они осторожно посветили фонариком Саге в рот, ноздри и уши. Каждую мелочь отметили в протоколе, после чего попросили лечь на койку.

– Ложись на бок, и колено, которое будет сверху, подтяни как можно выше, – сказала женщина в перчатках.

Сага не торопясь послушалась. Женщина встала у нее за спиной, между стеной и койкой. Сага почувствовала, как покрывается гусиной кожей.

Сага отвернулась, и сухая бумага, которой была покрыта койка, зашуршала у нее под щекой. Сага крепко зажмурилась, когда из флакона выдавилась смазка.

– Сейчас будет немножко холодно, – предупредила женщина, засовывая два пальца как можно глубже Саге во влагалище.

Было небольно, но очень противно. Сага старалась дышать медленно, но не удержалась и вздохнула, когда женщина надавила пальцем в прямой кишке.