Песочный человек - Ларс Кеплер

С низкого неба медленно падал снег.

Разговоры в кабинете смолкли, когда директор отставил пустой стакан, промокнул рот и объявил заседание открытым.

– Хорошо, что все смогли прийти, – начал он. – Час назад я разговаривал с чиновником из Государственного управления пенитенциарно-исправительных учреждений.

Улеглись последние шепотки, и в кабинете воцарилась тишина.

– В Управлении решили, что специальное отделение нашей больницы должно принять, с коротким интервалом, двух новых пациентов, – продолжил директор. – Мы ведь избаловались, у нас тут всего один… немолодой и спокойный.

– Потому что он выжидает, – серьезно сказал Брулин.

– Я созвал совещание, чтобы выслушать ваше мнение о том, что это может значить для безопасности и общего наздора, – продолжил директор, не обращая внимания на замечание Брулина.

– Что за пациенты? – спросил Андерс.

– Оба, естественно, крайне опасны. Один сидел в закрытом корпусе в Сетере, второй – в судебно-психиатрическом отделении Карсуддена после…

– Мы не справимся, – перебил Брулин.

– Наше отделение рассчитано на трех пациентов, – терпеливо напомнил директор. – Настали новые времена, надо экономить деньги, мы не можем…

– Да, но Вальтер… – Брулин замолчал.

– Что вы хотели сказать?

– Мы не сможем содержать больше одного пациента, – сказал Брулин.

– Но принять их – наша прямая обязанность.

– Найдите отговорку.

Директор устало рассмеялся и покачал головой:

– Вы всегда видели в нем чудовище…

– Я не боюсь чудовищ, – перебил Брулин. – Но я знаю достаточно, чтобы бояться Юрека Вальтера.

Директор с улыбкой посмотрел на главного врача, потом что-то прошептал секретарше.

– Я здесь новичок, – произнес Андерс. – Разве из-за Вальтера когда-нибудь возникали проблемы?

– Из-за него пропала Сусанна Йельм, – ответил Брулин.

В кабинете стало тихо. Врач из общей психиатрии нервно снял очки и тут же снова надел.

– Я слышал, она в отпуске… думал – работает над научным проектом, – тихо сказал Андерс.

– Мы называем это отпуском, – пояснил Брулин.

– Я бы хотел знать, что случилось. – Андерс почувствовал, как внутри у него поднимается глухая тревога.

– Сусанна тайком пронесла письмо от Вальтера, но передумала. – Брулин уставился в стол. – Позвонила мне и все рассказала. Она была, не знаю, как сказать… плакала не переставая, клялась, что сожгла это письмо… Думаю, она и правда это сделала – она была очень напугана и твердила, что никогда больше не войдет к Вальтеру.

– Она взяла отпуск, – заметил директор, пошелестев бумагами.

Кое-кто улыбнулся, остальные сидели с озадаченным видом. Начальник службы безопасности спроецировал план отделения на белый экран.

– С точки зрения безопасности у нас нет проблем с тем, чтобы принять еще нескольких пациентов, – сдержанно сказал он. – Но в первое время нам придется быть постоянно готовыми к сигналу тревоги.

– Юрек Вальтер не должен видеть других людей, – настаивал Брулин.

– Но теперь ему это предстоит… Вам придется просто решить это технически. – Директор посмотрел на собравшихся.

– Так нельзя… Занесите в протокол: я отказываюсь нести ответственность за специальное отделение, пусть оно просто перейдет в ведение общей психиатрии или выделится в самостоятельное…

– Вы преувеличиваете.

– Именно этого Вальтер ждал тринадцать лет. – Голос у Брулина срывался от волнения.

Он встал и, ничего больше не говоря, вышел из кабинета. Тени снежинок медленно скользили вниз по стене с белой маркерной доской.

– Я уверен, что смогу контролировать трех пациентов независимо от их диагноза, – медленно проговорил Андерс и откинулся на спинку стула.

Собравшиеся удивленно посмотрели на него. Директор положил ручку и приветливо улыбнулся.

– Не вижу, в чем проблема, – пояснил Андерс, кивая на дверь, за которой скрылся Брулин.

– Продолжайте, – кивнул директор.

– Решение вопроса – медикаментозное лечение, – сказал Андерс.

– Но пациентов ведь нельзя усыпить, – рассмеялся Хоффман.

– При необходимости – более чем можно, – ответил Андерс с беззаботной улыбкой. – В больнице Святого Сигфрида… мы были настолько загружены, что у нас просто не было времени на инциденты.

Он заметил внимательный взгляд директора, беззаботно вскинул брови, хлопнул в ладоши и легко сказал:

– Мы знаем, что тяжелые лекарства… вероятно, некомфортны для пациента, но если бы я отвечал за безопасность в этом отделении, я бы не стал рисковать.