Женщина с большой буквы Ж - Эльвира Барякина

[22 августа 2006 г.]

Я ждала, что Зэк позвонит мне. Но вместо него позвонил Пол.

– Ты в Париже? Что делаешь?

Я горестно вздохнула:

– Возлагаю цветы на могилы великих. Мне грустно, а когда мне грустно, я начинаю разговаривать с мертвыми.

– Главное, чтобы они с тобой не разговаривали. А может быть, лучше не по кладбищам, а по бабам пойдем? В «Мулен Руж»?

– А ты где?

– Я тут.

Сердце мое вздрогнуло.

– Ну давай в «Мулен Руж»…

Положив трубку, я набрала Барбару:

– Если Зэк спросит про меня, скажи, что я в Париже, и не одна.

– Уже?! – ахнула Барбара. – А с кем?

– О других чудесах великомученницы Мардж будет объявлено дополнительно.

Голыми титьками меня не удивишь – я уже бывала и в Лас-Вегасе, и в общественной бане города Юрьевца. А вот на Пола представление произвело неизгладимое впечатление. Он так искренне аплодировал, что опрокинул на меня бокал с красненьким.

Я сделала вид, что пятно мне идет, но все равно какая-то дамочка спросила:

– Вы что, вино пили?

– Нет. Мясо ели!

Мне хотелось убить Пола.

Представление закончилось глубокой ночью, к стоянке такси выстроилась очередь.

Пол достал карту города и заявил, что мы легко дойдем пешком. В нем бурлил адреналин, и ему хотелось приключений.

Заблудились мы довольно быстро. А в довесок обнаружилось, что я натерла жуткие мозоли.

Попробовала идти босиком, но так было холодно. Пол отдал мне ботинки, но тогда стало холодно ему. В конечном счете я забрала его носки и в таком виде гордо шла по Парижу.

Как ни странно, полиция не обратила внимания на женщину в мужских носках и в вечернем платье с красным пятном на животе. Но потом мы встретили парней в колготках в сеточку, и я поняла, что Париж уже ничем не проймешь. Обрядись я хоть монголо-татарином, приехавшим за данью, на меня все равно никто не посмотрит. Столица моды – ничего не поделаешь.

…Я затащила Пола к себе в номер, но он догадливости не проявил и полночи обсуждал со мной прелести шансонеток.

С досады я вытащила из чемодана бутылку вина.

– Будем пить, пока друг другу не понравимся.

Этого мы достигли довольно быстро, но потом он захотел спать.

Полночи я строила кровожадные планы: как разведусь с Зэком, да как настучу, что у меня под боком незаконный иммигрант живет! Тут-то его, тепленького, и повяжут! В 24 часа выпихнут из страны: пусть в Новой Зеландии клоуном работает.

А Пол – тоже мне артист. У него тут любимая женщина сидит, а ему хоть бы что!

Заснуть я не смогла и пошла проверять имейлы. От Зэка ничего не было.

Я набрала Барбару.

– Звонил?

– Нет. Но зато я его по телевизору видела. У него интервью брали.

Живет где-то без меня. И все у него хорошо, у засранца. Я оглянулась на Пола.

Он спал, натянув на плечо мой халат. Ситуация была яснее ясного. Женщина, которая не умеет готовить, вынуждена питаться полуфабрикатами еды. Женщина, которая не умеет быть любимой, вынуждена довольствоваться полуфабрикатами мужиков.