Мобильник - Стивен Кинг

Далеко за вышкой находилось белое здание с красной отделкойдлиной в добрый десяток амбаров. Стены его обложили соломой. В этот слойдешевой изоляции на расстоянии десяти — двенадцати футов друг от друга воткнулидревки американских флагов, которые полоскались на вечернем ветру. Стены такжеукрашали матерчатые гирлянды патриотической расцветки и ярко-синяя надпись:

ЭКСПО СЕВЕРНЫХ ОКРУГОВ

КАШВАКАМАК-ХОАЛ

Но все это не привлекло их внимания. Парашютную вышку иКашвакамак-Холл разделяла поляна площадью в несколько акров. Клай догадался,что именно там собиралась огромная толпа, чтобы посмотреть конкурсы домашнихживотных, демонстрацию мощи тракторов, вечерние концерты и, разумеется,фейерверки в дни открытия и закрытия ЭКСПО. По периметру поляны высилисьосветительные мачты и столбы с установленными на них динамиками. Теперь же этуширокую и заросшую травой поляну запрудили мобилоиды. Они стояли плечом к плечу,бедром к бедру, повернувшись лицами к арке, чтобы наблюдать прибытие маленькогожелтого автобуса.

Если у Клая еще и оставалась надежда увидеть Джонни (илиШарон), то в этот самый момент она испарилась как дым. Поначалу он решил, чтона поляне, под осветительными мачтами собралось порядка пяти тысяч мобилоидов.Потом увидел, что они заняли и примыкающие к главной выставочной площадкеавтомобильные стоянки, и пересмотрел свои расчеты в сторону увеличения. Восемь.Как минимум восемь тысяч.

Порватый оставался на сиденье, которое обычно занималкакой-нибудь ученик третьего класса начальной школы Ньюфилда, и улыбался Клаю,демонстрируя свои зубы над оторванной с одного края нижней губой. «Тебе этонравится?» — вроде бы спрашивала эта улыбка-ухмылка, и опять Клаю пришлосьнапомнить себе, что в такой ухмылке можно прочитать все что угодно.

— Так кто сегодня выступает? Винс Джилл? Или вам удалосьсорвать банк и заполучить Алана Джексона[143]? — Том старался пошутить, и Клаймог бы ему поаплодировать, да только в голосе Тома явственно слышался страх.

Порватый все смотрел на Клая, и у него на лбу появиласьмаленькая вертикальная складка, словно что-то ставило его в тупик.

Клай медленно ехал по центральной аллее, к парашютной вышкеи собравшейся за ней молчащей толпе. Здесь тоже хватало покойников, онинапомнили Клаю дохлых мух, которых иной раз находишь на подоконнике послевнезапного резкого похолодания. Он сосредоточился на том, чтобы расслабитьруки. Не хотел, чтоб Порватый видел, как белеют костяшки сжимающих рульпальцев.

И старайся ехать не спеша. Спокойно и не спеша. Он толькосмотрит на тебя. Что же касается мобильников, то о чем еще все думают послепервого октября?

Порватый поднял руку и нацелил на Клая искривившийся палец.

— Нет-тел, тебе, — произнес Клай чужим голосом. — Insanus.

— Да, нет-тел мне, они — нет-тел, мы здесь явно не у дел, —ответил Клай. — Но ты нас пристроишь, так?

Порватый улыбнулся, словно говоря, что да, так… новертикальная складка оставалась на месте. Что-то по-прежнему ставило его втупик. Может, какие-то мысли в голове Клая Ридделла.

Клай посмотрел в зеркало заднего вида, когда ониприближались к концу центральной аллеи.

— Том, ты спрашивал меня, что такое «Северный край».

— Извини, Клай, мой интерес, похоже, иссяк, — ответил Том. —Может, потому, что не ожидал увидеть столько встречающих.

— Но это действительно любопытно, — возбужденно воскликнулКлай.

— И что же это такое? — спросил Джордан. Господи, благословиДжордана. Его любопытство могло умереть только вместе с ним.

— ЭКСПО северных округов не пользовалось особойпопулярностью в двадцатом веке, — объяснил Клай. — Обычная заштатнаясельскохозяйственная ярмарка, где продавались изделия народных промыслов,продукты, домашний скот и птица. Все это выставлялось в Кашвакамак-Холле… гдеони, судя по всему, и собираются оставить нас на ночь.

Он посмотрел на Порватого, но тот не собирался что-либо подтверждатьили отрицать. Порватый только лыбился. Маленькая вертикальная складка исчезла сего лба.

— Клай, посмотри. — Дениз изо всех сил пыталась изгнатьдрожь из голоса.

Он повернулся к ветровому стеклу и тут же нажал на педальтормоза. Пожилая женщина с гноящимися порезами на обеих ногах, покачиваясь,вышла из толпы. Обогнула парашютную вышку, несколько раз споткнулась остроительные конструкции «Дома ужасов», которые приготовили, но не установилина место (помешал Импульс), потом неловко побежала к автобусу. Добежав,забарабанила по ветровому стеклу грязными, скрюченными артритом руками. И налице женщины Клай увидел не пустоту, которую ассоциировал с мобилоидами, а полнейшуюдезориентацию. И с таким выражением лица он уже сталкивался. «Кто ты? —спрашивала его фея Темная. Фея Темная, которая не получила полного Импульса. —Кто я?»

Девять мобилоидов аккуратным квадратом двинулись следом запожилой женщиной, чье безумное лицо отделяли от лица Клая какие-то пять футов.Ее губы шевелились, и он услышал четыре слова, которые одновременно достиглиего ушей и разума: Возьми меня с собой.

Едва ли вы захотите поехать, куда едем мы, подумал Клай.

А потом мобилоиды схватили ее и потащили обратно к толпе наполяне. Она пыталась вырваться, но они были неумолимы. Клай поймал ее взгляд иподумал, что это глаза женщины, которая могла считаться счастливицей, если быпопала в чистилище. Но, похоже, это был ад.

Вновь Порватый вытянул руку, ладонью вверх, указательнымпальцем вперед: «Поехали».

Пожилая женщина оставила на ветровом стекле отпечаток руки,призрачный, но все-таки заметный. Клай смотрел сквозь него, нажимая на педальгаза.