Мобильник - Стивен Кинг

С Томом все было проще. Ему ужасно не хотелось бросать Рафана произвол судьбы.

— Оставь дверь приоткрытой, — сказала Алиса, новая, болеесильная Алиса, решительности у которой, похоже, прибавлялось с каждой минутой.— С ним все будет в порядке, Том. Еды ему хватит. Пройдет еще много времени,прежде чем коты начнут голодать или мобилопсихи перейдут на кошатину.

— Он одичает. — Том сидел на диване в гостиной, выгляделстильным и несчастным в дождевике с поясом и трилби[67]. Рафер лежал у него наколенях, мурлыкал и определенно скучал.

— Да, это точно, — кивнул Клай. — Но ты подумай о домашнихсобаках, маленьких и огромных. Эти-то просто обречены на смерть.

— Он так давно жил у меня. Я взял его еще котенком. — Онпосмотрел па Клая, и тот увидел, что Том на грани слез. — Опять же, он приносилмне удачу. Я считал его своим талисманом. Он спас мне жизнь, помните.

— Теперь мы — твой талисман, — указал Клай. Ему не хотелосьподчеркивать, что и он однажды спас Тому жизнь, но ведь так оно и было. —Правда, Алиса?

— Да, — согласилась она. Том нашел для нее пончо, на спиневисел рюкзак, пусть пока в нем лежали только батарейки для фонариков и… Клай вэтом не сомневался, крошечная кроссовка, от одного вида которой по коже бежалимурашки, раз уж она не болталась на запястье Алисы. В рюкзаке Клая тоже былилишь батарейки да лампа Коулмана.

Ничего больше, по предложению Алисы, они брать не стали. Онасказала, что нет смысла тащить на себе вещи, которые можно найти по пути. — Мы— три мушкетера, Том… один за всех и все за одного. А теперь пойдем в дом кНик… как его там… бису и посмотрим, не удастся ли раздобыть мушкеты.

— Никерсону. — Том продолжал гладить кота.

Ей хватило ума (и, возможно, сострадания), чтобы не сказатьчто-то вроде «Как ни назови», но Клай чувствовал, что терпение у нее на исходе,поэтому взял инициативу на себя:

— Том, пора идти.

— Да, пожалуй. — Он уже собрался посадить кота на диван,потом поднял, поцеловал между ушей. Раф отреагировал, лишь чуть сузив глаза.Том опустил его на диван и встал.

— Двойная порция на кухне у плиты, малыш. Плюс большая мискамолока, вместе со сливками. Дверь черного хода открыта. Постарайся не забыть,где твой дом, и, возможно… эй, возможно, мы с тобой еще увидимся.

Кот спрыгнул на пол и, подняв хвост трубой, направился изкомнаты в кухню. В полном соответствии с репутацией кошек, даже не оглянулся.

Портфель Клая, со сгибом в обе стороны от дыры, пробитойразделочным ножом, стоял у стены гостиной. Клай глянул на него и устоял переджеланием прикоснуться. Подумал о персонажах в портфеле, с которыми он жил такдолго и в маленькой студии, и на более широких (ему хотелось на это надеяться)просторах своего воображения: колдуне Флэке, Сонной Джин, Попрыгунчике ДжекеФлэше, Порченой Салли и, конечно же, самом Рее Деймоне — Темном скитальце.Двумя днями раньше он предполагал, что они, возможно, станут звездами. Теперьот этих надежд осталась лишь пробившая их дыра, а компанию им мог составитьтолько кот Тома Маккорта.

Он подумал о Сонной Джин, покидающей город на «РоббиРобокруизере» со словами: «П-п-пока, м-мальчики! Б-быть м-может, я е-ещев-вернусь эт-тим п-путем!»

— Пока, мальчики, — громко попрощался он, немного смущаясь,но не так, чтобы очень. В конце концов наступил конец света. Слова прощаниязначили немного, но и обойтись без них он не мог… Как могла бы сказать СоннаяДжин: «В-все л-лучше, ч-чем т-ткнуть в г-глаз к-кочергой».

Клай последовал за Алисой и Томом на крыльцо, под мягкийшепот осеннего дождя.