Дикая история дикого барина - Джон Шемякин
Книгу Дикая история дикого барина - Джон Шемякин читаем онлайн бесплатно и без регистрации! Читать онлайн вы можете не только на компьютере, но и на андроид (Android), iPhone и iPad. Наслаждайтесь!
230 0 18:22, 20-05-2019
ЧИТАТЬ КНИГУ ОФЛАЙН в приложении android
Книга Дикая история дикого барина - Джон Шемякин читать онлайн бесплатно без регистрации
А народ кричит! Он не безмолвствует отречённо в предчувствии скорой погибели. Он орёт! Он хочет в ад! Кипящие котлы, в которые падают люди, народ уже видел. Он и сейчас их видит. В одном из них лежит насмерть обваренный помазанник Божий. Новый царь, спасенный чародейством, стоит рядом и явно радуется, трепещет в предвкушении, уже колдовски оборотясь в фальшивого красавца. И народ кричит, заходясь от кошмарной радости, колотясь в диком, обморочном хоре:
И тут Иван с Царь-девицей, не похоронив прежнего государя, не отдав чести чужой и страшной смерти, спешат скорее-скорее воцариться!
Это завсегда так. Народ должен быть пьян в такие минуты.
Площадь, котлы, страшная свадьба, венчание над трупом, ход вокруг «налоя», ревущий народ, огонь, дым, скорый ад, дикий хоровод с горбатым Коньком-зачинщиком.
Быть моей внучкой и жутко, и очень полезно. Объяснял несовершеннолетней Елизавете Генриховне внутреннюю драматургию сказки, разложил всю подоплёку. Внучка всё равно растёт как трава придорожная, пусть хоть дедушку свово умненького послушает.
Я, как всегда в минуты душевного смятения, перечитываю «Морские рассказы» Станюковича.
Они для меня всегда были позитивны. А тут задумался я: ведь все эти станюковичские возвышенные молодые морские офицеры превратились к Русско-японской войне в разных адмиралов.
И стало мне от того немного горько.
Чтобы понимать сущность диаспоры, достаточно знать, что реальные де Тревиль, Дезэссар, Атос и Арамис были близкими родственниками. Как земляки, они приняли в роту мушкетёров и земляка д’Артаньяна. Потому как рота мушкетёров короля состояла из уроженцев Гаскони и Беарна.
А вот рота охраны кардинала состояла из уроженцев промозглой суровой Бретани. Это примерно как если бы уроженцы Архангельска и краснодарские повстречались в Москве на рынке угнанных тачек. Махачкала против Челябинска.
А если знать, что «немецкие» гатчинские войска императора Павла были на девяносто процентов украинцами, то взаимоотношения гатчинцев и, например, преображенцев играют новыми красками и переливами.
Я вообще считаю, что псевдоисторические феерии на русском материале надо снимать через объектив соперничества гвардейских полков. Семёновцы против измайловцев. Измайловцы в основном были тамбовские. Для Питера это было актуально совсем недавно.
Нет героев в русских псевдоисторических фильмах. Гардемарины уже не веселят как прежде. А нынешние творцы снимают сразу про императриц. А тут не разгуляешься особо.
Что меня поражает в Антоне Павловиче Чехове?
Человек, создавший российскую городскую провинцию как культурную среду мирового значения, жил в настоящей провинции только до девятнадцати лет.
Жизнь его в Ялте – тоже не провинциальное сидение, царская резиденция в двух шагах, например. Работу после университета в Подмосковье провинциальной жизнью не назовёшь, конечно.
Человек, вложивший в марево русской пригородной, безо́бразной, неспешно текучей жизни каркас, описавший чаи, сады, сонную оторопь, ватные матрасы, душные кусты, пыль, хоры кузнечиков и гарнизонных офицеров, скуку, скуку, бу-бу-бу-бу-бу-бу, носился по жизни стремительно. От Казани до Сахалина, Цейлон, Гонконг, Сингапур, Европа.
Можно ли, читая рассказы Антона Павловича, представить, что автор был на Цейлоне? Я не был – для меня далеко и скучно, а он был. И не было ему далеко и уж тем более скучно на этом самом Цейлоне, вспоминал, что называется, с огромным удовольствием.
И это тоже поражает в нём. У тебя неизлечимая болезнь, ты превращаешься из изумительного здоровяка с румянцем и необузданными потребностями в свою тень, в портрет на школьной стене – трагедия, кровь из горла, кашель, лёгкие разъедает каждый день, каждую секунду. Я бы уже от этого ощущения собственного повседневного разрушения загнулся, просто от представления своего распада. А Антон Павлович – нет, даже не помышлял загибаться. Жил точно, без истерик. Имение купил, школу построил. Расчётливо получая огромные по русским меркам гонорары, пошёл во время эпидемии холеры работать санитарным врачом. Вошёл в список из трёх тысяч самых богатых людей сто с лишним миллионной империи. Всегда был изящно одет, трезв, суров к русскому быту, в долг давать не любил, в Монте-Карло в казино играл, но аккуратно, сухо, постоянно оставался в выигрыше, который всегда называл небольшим.
«Зачем вы купили имение, Антон Павлович?» – «Не надо же будет думать ни о квартирной плате, ни о дровах!..»
Абсолютно британский, абсолютно нерусский ответ.
Я помню из Киплинга совершенно удивительное стихотворение про романтику.
Его знает каждый. В этом стихотворении выступают по очереди попсовые романтические герои и жалуются на то, что романтика умерла.
Ну, «а романтика меж тем водила поезд девять-семь».
Я с ума схожу от этого. Чад, стравленный отработанный пар, кирпичные пакгаузы, скучные перегоны Ливерпуль – Стэтхэм, жар котлов, правь, Британия… Холмс, наконец, с его бесчисленными телеграммами (мне это особо по нраву – телеграмма Уотсону «Захватите револьвер» в пять кварталов расстояния, чем не СМС?).
Романтика для меня – это не паруса над лазурью, а кожаные переплёты купеческих пассе де вариант.
И Киплинг с его громоздкой имперскостью – это не мерная поступь стрелковых линий, а сапёрная муторная шагня, степ бай степ, дружок, степ бай степ.
Секрет успеха любого поэта – это умение при чтении своих стихов убедительно выдавать их за стихи своих больных, главным образом, парализованных друзей. Тогда стихи будут нравиться жалостливой части публики и вызывать научный интерес у части, занимающейся естествоиспытанием природы. Да и вообще любой будет заинтригован творчеством человека, в которого ударила молния.
Ничто так не примиряет с графоманией, как физическая немощь создателя. Желательно, чтобы заикание, слепота, огнёвая потрясуха и тик были следствием героического прошлого литератора. Туда же и служба в Красной армии, туда же и изнасилование в пионерском лагере.
Прочитали книгу? Предлагаем вам поделится своим впечатлением! Ваш отзыв будет полезен читателям, которые еще только собираются познакомиться с произведением.
Уважаемые читатели, слушатели и просто посетители нашей библиотеки! Просим Вас придерживаться определенных правил при комментировании литературных произведений.
Просьба отказаться от дискриминационных высказываний. Мы защищаем право наших читателей свободно выражать свою точку зрения. Вместе с тем мы не терпим агрессии. На сайте запрещено оставлять комментарий, который содержит унизительные высказывания или призывы к насилию по отношению к отдельным лицам или группам людей на основании их расы, этнического происхождения, вероисповедания, недееспособности, пола, возраста, статуса ветерана, касты или сексуальной ориентации. Просьба отказаться от оскорблений, угроз и запугиваний. Просьба отказаться от нецензурной лексики. Просьба вести себя максимально корректно как по отношению к авторам, так и по отношению к другим читателям и их комментариям.
Надеемся на Ваше понимание и благоразумие. С уважением, администратор сайта
Оставить комментарий
Mkot1312 июль 21:17
