Книга Израиля. Путевые заметки о стране святых, десантников и террористов - Евгений Сатановский

Что будет с внуками и правнуками, кто из них выучит китайский и японский, кто будет говорить по-португальски – когда и если кого-то занесёт в Бразилию, – кто знает? И если кто-то из читателей предполагает, что всё вышеописанное – часть тонко продуманной стратегии, так чёрта с два. Национальная стезя такая. Плыть, выгребая. Не спать под стрелой. Учиться не бояться трудностей. Учиться рисковать. Глядишь – шажок, другой, что и получится.

На русском, который, что ни говори, пока в семье остался базовым, всё это называется «шило в ж-пе». Не очень вежливо, но верно. Поскольку мир большой и круглый. Устроен он по-разному. Бывает то забавен, то печален. То страшен, то смешон. Но жить-то надо. Пока живёшь, надежда есть. Причём она всегда и на это, и на то, и ещё на что-нибудь третье.

И хотя хочется увидеть как оно, в этом мире, но одновременно хочется и домашнего уюта. Единство противоположностей. Которое хорошо известно лётчикам, геологам и морякам. Привет Валерию Сюткину и его песне про девушек и «простых романтиков». А также Александру Городницкому, который ко всем трём категориям имеет самое прямое отношение. Как, впрочем, и к Израилю.

Еврейская жизнь очень часто – сплошная экспедиция. Даже когда страна была закрыта. Отец и дед автора её изъездили вдоль и поперёк. Один строил порты – на Балтике и Белом море, на море Чёрном и на Дальнем Востоке. И средмашевские объекты – в Сибири и на Урале. Другой металлургические заводы – от Украины до Дальнего Востока.

Дед за границей был. Правда, в войну. Германия, Польша… Где моря, там и был. Отец, который со своей непрерывной разливкой стали теоретически мог поездить от Алжира и Катара до Японии и Великобритании, там ни разу не был. Хотя в войну провёл пару лет в Узбекистане и часто потом возвращался в Среднюю Азию. Судьбы человеческие…

Эвакуация, война, командировки на объекты… Автору досталось езды не меньше, но по другим поводам. Стран объездилось после развала Союза тридцать с лишним. Куда-то приходилось попадать на день-два или на неделю. Куда-то по нескольку десятков раз, как в Израиль и Америку. Что любопытно, русских везде было море. Народ поехал озираться, загорать и плавать. А также прикупать недвижимость, учить детей в приличных школах и университетах и стариков селить на тёплом юге – ближе к морю.

Скорей всего, поехали они такой толпой из-за ощущения загнанности в глухой угол, которое внутренне чувствовала вся огромная страна, когда в ней ещё были выездные визы. И профсоюзная путёвка в Прагу или Будапешт воспринималась как большое жизненное достижение. То есть средний житель СССР, когда «железный занавес» рухнул, превратился в среднестатистического еврея. Из среднего класса. Поскольку стремление к мотанию по планете – черта чисто еврейская. Было бы куда вернуться.

Мораль: русский (любой национальности) в экстренной ситуации ведёт себя точно так же, как еврей в обычной жизни. То есть обычная еврейская жизнь – это либо пребывание в экстренной ситуации, либо ожидание экстренной ситуации, либо выход из экстренной… ну, далее понятно. Что, кстати, наиболее ярко демонстрируют как раз израильтяне. С их вечными послеармейскими путешествиями в дикие, но интересные места.

И не бегут ведь уже никуда. Поскольку эмиграция из Израиля – йерида – куда меньше, чем о ней говорят и пишут. В том числе в Израиле. О чём автору на научной конференции в Москве авторитетно засвидетельствовал профессор Зеэв Ханин. Который на помянутый момент был главным учёным министерства абсорбции (есть в Израиле такая должность) и нужной информацией владел.

Министерству этому положено по сути его работы отслеживать всё, что творится как с алиёй и, соответственно, абсорбцией: кто и откуда едет в еврейское государство и как он там обустраивается, – так и с йеридой. То есть кто, по какой причине и куда из Израиля отъехал на постоянное жительство или надолго. Чем он дышит. И какие есть опции, что он в страну вернётся. Всё это тоже их.

Так вот, выяснилось, что похороны Израиля, неоднократно проводившиеся «друзьями» евреев и еврейского государства на том основании, что из него все уезжают и вот-вот все и уедут, так что некому будет выключить в аэропорту свет, отменились. Поскольку из той же Швейцарии на постоянное место жительства, оказывается, уезжает за границу больше народу в процентном отношении к численности населения, чем из Израиля. На что ни окружающий мир, ни сама Швейцария внимания не обращают.

Приезжают в неё меньше, чем в Израиль. В том числе потому, что гражданство своё Швейцария, в отличие от Израиля, приезжим не даёт – попробуй получи. Однако это не есть повод утверждать, что все швейцарцы вот-вот свою историческую родину покинут. Так что бюрократические крики по поводу того, что «гипс снимают, клиент уезжает», которые в Израиле регулярны, как восход солнца, в том числе в отношении русских олим, имеют мало отношения к той жизни, которая на самом деле в этой стране идёт.

Понятно, что по миру можно насчитать полтора-два миллиона экс-израильтян. Однако это-то как раз нормально: в Ливане населения вообще в разы меньше, чем живёт ливанцев за границей. И что с того? Израильтяне сохраняют привязанность к родной стране, живя в Америке, Австралии или Европе. Их дети приезжают служить в армии. Учат иврит. Ездят проведать израильских родственников и друзей. Обычное явление. Что называется, круговорот евреев в природе.

Свидетельствует оно попросту о том, что мир стал более открытым и свободным. Не только террористам по нему перемещаться. Израильтянин в Голливуде или в «Сибнефти», на Уолл-стрит или в Силиконовой долине – явление стандартное. Как, впрочем, и в Германии, Корее, Нигерии или Сингапуре. Огромный мир – огромный рынок. Рынок труда. Инвестиционных возможностей. Технологий. Образования.

Поскольку все, кто построил себя в Израиле, имеют конкурентные преимущества перед теми, кто не видел, не испытал и не умеет того, что видели, испытали и умеют они, постольку они этими преимуществами и пользуются. Бешеный темп и специфические условия жизни на грани мира и войны. Служба в армии и самостоятельность детей и подростков. Сочетание житейской практичности и отсутствия иллюзий, характерных для Запада… Всё это даёт израильтянам хорошую фору.

А так – ну есть несколько сотен тысяч израильтян в Европе. Как минимум столько же в Америке. Пара сотен тысяч в бывшем СССР. Преимущественно в крупных городах, которые нуждаются в высококвалифицированных экспатах. По нескольку тысяч в других странах. Или десятков тысяч – если страна большая и там есть что делать. Нормальное кино.

Израиль интегрировался в современный мир не хуже, чем Швейцария или Германия. О чём свидетельствует всё вышесказанное. Традиционная еврейская судьба – и не хочешь, а придётся двигаться. Тем более исторический опыт евреев натренировал и не только приучил разбираться в происходящем вокруг быстро и правильно, но и закалил.

Как там в старом советском анекдоте? «Я не знаю, о чём вы, но ехать надо»? По поводу чего в пору борьбы с сионизмом на партсобраниях евреям сказано было много. О подлом народе, у которого нет любви к родине. Перекати-поле, а не народ. О буржуазных космополитах. О предательстве социалистического отечества. Кто в это время жил, тот помнит.