Бриджит Джонс без ума от мальчишки - Хелен Филдинг

Вечер выдался знойный, томный и слегка душный. Солнце все еще играло на воде бассейна, гости смеялись, пили вино или валялись на матрасах, посасывая землянику в шоколаде и прочие деликатесы. Я была с Рокстером, Том – с Аркисом, Джуд – с новым любовником (не сноубордистом). Как я вскоре выяснила, он был профессиональным фотоохотником, а подцепила его Джуд на сайте «Гардиан соулмейтс». Выглядел фотоохотник довольно мило – во всяком случае, он не был похож на человека, который мог потребовать, чтобы на него помочились (или наоборот). Хозяйка вечера Талита смотрелась просто потрясающе в длинном, до полу, персиковом платье с одной проймой и с крошечной собачкой в руках (собачка показалась Тому «архитектурным излишеством», как он выразился). За ней следовал влюбленный Серебристый Лис – афродизиак и русский миллиардер в одном флаконе. Увидев нас возле бассейна, Талита величественно приблизилась, и Том сразу попытался погладить ее собачку.

– Ты ее тоже заказала на «Нет-а́-портэ»? – поинтересовался он и поспешно отдернул руку, так как чихуахуа сразу изъявила намерение его укусить.

– Это подарок. От Сергея, – отозвалась Талита. – Ее зовут Капризуля. Правда, она прелесть?.. Ты ведь прелесть, правда, маленькая? У-ти-пути-пусечка!.. А-а, ты, наверное, Рокстер? С днем рождения, дорогой…

– С днем рождения вас обоих, – сказала я, с трудом сдерживая внезапно подступившие к глазам слезы. Мне вдруг подумалось, что сейчас в доме Талиты собрался весь наш Генеральный Штаб, который на протяжении стольких лет разрабатывал стратегии свиданий, плел интриги и проводил дерзкие операции по поиску ПМ (Подходящих Мужчин). И вот результат: наконец-то мы все довольны, счастливы и не страдаем от одиночества и безысходности, которая…

– Отличная вечеринка! – сказал Рокстер, сияя как начищенный шестипенсовик (именно такое действие произвела на него комбинация вкусной еды, шампанского, «Ред Булла» и водочных коктейлей). – Нет, в самом деле, я и не припомню, когда в последний раз мне приходилось бывать на таком замечательном… празднике! Нет, серьезно, за всю свою жизнь я никогда не… Все просто великолепно! Бесподобно! А угощение!..

Талита с улыбкой прикоснулась пальцем к его губам.

– Ты просто душка! – сказала она. – И поскольку у тебя и у меня сегодня день рождения, я требую, чтобы первый танец ты протанцевал со мной.

В этот момент к нам приблизился один из одетых в черное распорядителей, который до этого маячил на заднем плане, и, тронув Талиту за локоть, что-то зашептал ей на ухо.

– Прошу меня извинить, – сказала Талита. – Подержи, я скоро… Нужно отдать распоряжения оркестру. – И с этими словами она сунула мне в руки свою Капризулю.

Я никогда не умела обращаться с собаками. Больше того, я вообще старалась не иметь с ними дела с тех пор, как в шестилетнем возрасте меня сбил с ног миниатюрный лабрадур (на самом деле это был лабрадудль[73]) Юны и дяди Джеффри. Ну и еще я, возможно, читала слишком много газетных статей о питбулях, которые насмерть загрызли своих хозяев, поэтому почувствовала себя крайне неуверенно. Должно быть, моя неуверенность передалась чихуахуа, потому что она визгливо гавкнула, несильно тяпнула меня за палец и с неожиданным проворством вывернулась из моих рук. Я только ахнула, наблюдая за тем, как легонькое тельце мелькнуло в воздухе и плюхнулось в бассейн довольно далеко от бортика.

На мгновение воцарилась гробовая тишина, которую прорезал истошный вопль Талиты:

– Бриджит! Что ты делаешь! Она не умеет плавать!

Гости словно зачарованные смотрели, как крошечная собачка барахтается уже почти на середине бассейна. Вот она взвизгнула и исчезла под водой, а еще мгновение спустя Рокстер сорвал с себя майку и, сверкнув мощными загорелыми плечами, рыбкой прыгнул в бассейн, взметнув целую тучу брызг. Некоторое время он плыл под водой и вынырнул на поверхность почти у дальнего бортика, на добрый десяток ярдов разминувшись с несчастной собачкой, которая в последний раз булькнула и камнем пошла на дно. Несколько мгновений Рокстер растерянно оглядывался, потом тоже нырнул и почти сразу же вынырнул, держа за шкирку слабо попискивающую Капризулю. Блеснув белоснежными зубами, Рокстер в два гребка достиг нашего края бассейна и аккуратно положил собачку к ногам Талиты, потом оперся руками о бортик и без усилий выбрался из воды.

– Джонси! – сказал он строго. – В бассейн ничего бросать нельзя.

– О боже!.. – восхищенно пробормотал рядом со мной Том, разглядывая рельефный торс Рокстера. – Боже мой!

Талита хлопотала над Капризулей.

– Маленькая моя, не бойся… Теперь все будет хорошо!

– Извини, – сказала я. – Это не я. Она сама выпрыгнула из моих…

– Не извиняйся, – покачал головой Том, продолжая пялиться на моего бойфренда. – Ты не виновата.

– Огромное тебе спасибо, Рокстер! – Талита тоже повернулась к спасителю своей собачки. – Если бы не ты… Давай-ка я помогу тебе снять эти мокрые джинсы!.. Кажется, в доме у меня есть запасные, и как раз твоего размера…

– Не вздумай, – негромко проворчал Том. – Это не…

– Все в порядке. – Рокстер снова улыбнулся. – Что мне необходимо, так это еще одна порция «Ред Булла» с водкой.

Талита все же потащила его за собой сквозь толпу, но Рокстер успел схватить за руку меня, так что я волей-неволей последовала за ними. Гости провожали нас потрясенными взглядами – особенно мне запомнилось лицо Винни с отвисшей челюстью.

Втолкнув Рокстера в дом, Талита обернулась ко мне и подмигнула:

– Вот это, дорогая, я и называю настоящим ребрендингом.

Несколько минут спустя Рокстер снова появился возле бассейна, одетый в шикарные шмотки с плеча русского миллиардера. Не подозревая, какую роль он сыграл в упомянутом Талитой «ребрендинге», он с интересом высматривал в толпе известных людей и шепотом называл мне имена, которых я, впрочем, никогда не слышала.

Начинало темнеть, на сад опустились мягкие весенние сумерки, но веселье не утихало. Играл оркестр, подвыпившие гости начали танцевать, а я все вспоминала слова Талиты насчет «ребрендинга». Когда-то, обосновывая его необходимость, она говорила, что я должна заново осознать себя как женщина, что позволит мне выйти на новый уровень и привлечь к себе больше внимания. Что ж, похоже, кое-что у меня получилось, и все же мне было немного совестно использовать Рокстера для повышения собственной самооценки. Правда, я сделала это непреднамеренно – так уж вышло, и все же… Кроме того, я, кажется, сама понемногу влюблялась в…

– Идем потанцуем, крошка! – выкрикнул Рокстер. – Покажем им!..

Он схватил еще один водочный коктейль, добавил в него пиво и «Ред Булл», тут же уронил и потребовал снова наполнить бокал. Я видела, что он получает удовольствие, отрывается, как теперь говорят, однако с каждой минутой Рокстер становился все пьянее. Честно говоря, я не понимала, как он до сих пор держится на ногах.