Мороженое со вкусом лета - Морган Мэтсон

– Вроде того, – ответил Кларк, кивая в знак благодарности помощнику официанта, который принес нашу колу – диетическая отличалась от обычной ломтиком лимона. – У нас с отцом… м-м-м… это было что-то вроде игры.

– Игры? – переспросила я, прижимая трубочку к столу, чтобы развернуть салфетку.

– Ну да, – сказал он, и на его лице стала проявляться улыбка. – Мой отец – убежденный сторонник идеи, что сознание определяет бытие, и считает, что физические реакции можно побороть при помощи силы воли, – он покачал головой. – И вот однажды вечером мы все сидели в ресторане: я, отец с мамой и моя сестра – и я предложил отцу заказать что-нибудь с халапеньо. Он согласился при условии, что я тоже это закажу. И потом это превратилось в своего рода соревнование.

– И кто выиграл? – спросила я, потягивая колу.

По лицу Кларка на мгновение пробежала тень, и он подвинул к себе стакан:

– Пока никто.

– Ну, значит, тебе надо рассказать ему про это «Смертельное буррито».

– Ага, обязательно, – кивнул он.

Мы оба одновременно отхлебнули из стаканов, и снова повисла тишина. Я чуть было не спросила о его семье: например, сколько лет его сестре или кем работают его родители – но потом подумала, что он, возможно, захочет в ответ узнать что-нибудь о моей.

Кларк слегка наклонился вперед, и я попыталась быстро придумать какую-нибудь безопасную тему для разговора, такую, которая была бы интересна обоим. Раньше меня приглашали на свидание парни, с которым у нас имелось что-то общее: воспитатели, знакомые, учителя, на которых можно было жаловаться, или общие друзья, чтобы о них сплетничать, – одним словом, то, что позволяло преодолеть неловкость в первую встречу. Единственным же, кто объединял нас с Кларком, – был Берти.

– Ну, как там поживает Берти? – весело спросила я, прервав Кларка на полуслове: он тоже собирался что-то сказать.

Разговоры о странностях Берти облегчили нам ожидание заказанных блюд. Если Кларк начинал спрашивать меня о более личных вещах, то я возвращала разговор в безопасное русло: Берти, ресторан, погода, ближайшие кинопремьеры. А когда мы приступили к еде, то появилась еще одна неплохая тема для разговора. Я с тревогой наблюдала, как Бекка поставила перед Кларком его «Смертельное буррито», и приготовилась к катастрофе, когда он откусил первый кусочек. Но, несмотря на то что он слегка покраснел и его очки, кажется, немного запотели, Кларк мужественно продолжил, и к тому моменту, как он почти доел буррито, посмотреть на это сбежались три повара, два официанта и помощник.

Я предложила разделить счет, но Кларк не согласился и оплатил все сам, серебряной кредиткой. Бекка предложила ему пятидесятипроцентную скидку на их фирменную футболку «Не бойся жнеца», но он отказался. Мы сели в машину, и он поехал сразу к моему дому. Я сидела на переднем сиденье его джипа, глядя на следы от пылесоса на полу – похоже, салон недавно чистили, – и все сильнее ощущала, что свидание не удалось. Я всячески старалась поддерживать светскую беседу, а вот Кларк, похоже, терпел просто из вежливости, но на самом деле ему было скучно. Пытаясь проанализировать, что же пошло не так, я поняла: обычно я ходила в рестораны со знакомыми парнями, и по большому счету свидание было своего рода прелюдией к поцелуям.

Пока мы ехали в молчании, я размышляла о том, насколько проще становятся отношения после вступления в «фазу поцелуев». После того как вы становитесь ближе, появляются только вам двоим понятные шутки и милые намеки, а все остальное перебивает острое желание снова начать целоваться. Это туман, который смягчает острые углы и все упрощает. Но, похоже, сегодня рассчитывать на подобное не приходилось. Я надеялась хотя бы на то, что нам удастся завершить вечер без каких-либо неловкостей, чтобы потом считать это свидание просто дружескими посиделками двоих, у которых оказалось не так-то много общего.

Глядя на профиль Кларка в свете приборной панели, я думала о том, что мне было искренне жаль неудавшегося свидания. Он и в самом деле очень милый и довольно приятный в общении. Но этого оказалось недостаточно. (Я сделала мысленную пометку: не забыть сказать Тоби, что ее идея, похоже, пошла вразрез со всем тем, чему учили ее романтические комедии.)

Кларк сбросил скорость, включил поворотник и въехал на подъездную дорожку к моему дому. Я не смогла сдержать тихий вздох облегчения. Это странное мероприятие почти закончилось. Но еще не поздно, можно выяснить, где девчонки, и присоединиться к ним. Этот вечер еще можно спасти.

Кларк припарковал машину, но не заглушил мотор и никак не показал намерения проводить меня до двери, чему я была только рада. Не стоило усугублять и без того неловкое положение.

– Ну, спасибо за ужин, – сказала я с широкой улыбкой, поднимая свою сумочку, а другой рукой берясь за ручку двери. – Я отлично провела время.

Кларк посмотрел на меня в полумраке салона:

– Правда? – удивленно спросил он.

О господи. Я моментально почувствовала раздражение. Это же просто вежливость, а не выражение реальных мыслей! Все же это знают. Я терпеть не могла ходить на комедийные спектакли Тома и благотворительные вечера своего отца. Но это не значило, что я кому-то из них сообщала об этом.

– Ну конечно, – ответила я все с той же улыбкой.

Кларк еще мгновение смотрел на меня, и в свете приборной панели было видно, как он непонимающе хмурится.

– Просто… – проговорил он, затем покачал головой, – сложилось ощущение, что ты не хочешь со мной разговаривать.

Я слегка отодвинулась. Зачем он вообще об этом говорит? Очевидно, что нам обоим что-то не понравилось, так почему бы просто не покончить с этим и не распрощаться? Вообще-то, я весь вечер только и делала, что пыталась его разговорить, но он не поддерживал предлагаемые мной темы.

– Мы разговаривали, – возразила я.

Меня пугало не неудачное свидание, а перспектива его обсуждения, не говоря уже о том, что это попросту неприлично!

– Нет, – напрямик выдал он, – это была пустая болтовня.

Я открыла рот, чтобы продолжить, но осеклась на полуслове. Он прав. Я не спрашивала его ни о чем серьезном, потому что сама не хотела говорить на серьезные темы. Мне хотелось, чтобы все было как всегда: весело, беззаботно и просто. Но я не знала, как ему это объяснить, и мне нужно было как можно скорее бежать из его машины. То, как он на меня смотрел и что при этом говорил, заставляло чувствовать какой-то запоздалый стыд – словно я весь вечер говорила и делала что-то совсем не то, хотя на самом деле просто-напросто вела себя как обычно.

– Увидимся, – пробормотала я, открыла дверь и вышла из машины.

Честно говоря, я старалась не думать о том, что мне придется увидеться с ним уже завтра, чтобы гулять с Берти. Впрочем, ничто не мешает ему позвонить Майе сразу же, как только он отъедет, и попросить прислать кого-то другого.

Я хлопнула дверцей – возможно, несколько сильнее, чем стоило, – и пошла к крыльцу, хотя раньше не планировала заходить внутрь. Я собиралась сесть в машину, встретиться с подругами и рассказать им обо всем – так, чтобы со временем этот неудачный опыт превратился в очередную смешную историю.