Запад-Россия. Тысячелетняя Война. История русофобии от Карла Великого до украинского кризиса - Ги Меттан

На протяжении XIX века эта успешная манипуляция также будет источником вдохновения для авторов бесчисленных карикатур, на которых русский медведь, символ азиатского самодержавия и варварства, готовится сожрать цивилизованную Европу, демократическую и невинную. И, несмотря на доказательства подделки документа, его разрушительный эффект заметен и в наши дни.

Эта мистификация куда больше, чем властолюбие Николая I, послужила укреплению в европейском сознании первой половины XIX века идеи о «варваре у ворот» — о «кровожадном казаке», готовом растерзать европейскую цивилизацию при первой возможности. Страх перед «дикарями с востока» зародился в глубинах европейского коллективного подсознания еще во времена крупных вторжений варваров, под натиском которых пала Римская империя. Благодаря фальсификации завещания Петра Великого и многократному использованию впоследствии этого подложного «документа», отныне этот застарелый страх получает новое воплощение, имя которому — Россия.

Первые путешественники и зарождение идеи о русском варварстве

Появлению мифа о русском экспансионизме благоприятствовали исторические и культурные обстоятельства. В предыдущей главе подробно описано, как на почве противостояния с православием зарождались предубеждения против России. Постараемся проанализировать, о чем писали первые путешественники, посетившие Московию, и понять, почему эти рассказы столь единодушно очерняют эту страну и есть ли под мнениями гостей-иностранцев хоть какая-то объективная основа.

Правление Ивана III ознаменовано появлением большого количества путевых дневников, поскольку в это время в Россию все чаще приезжают послы, папские легаты и западные путешественники. В 1553 году была организована Московская компания, созданная англичанами для торговли лесом и пушниной. В течение трех веков она будет северным аналогом знаменитой Ост-Индской компании. О Московии, наконец нанесенной на карты, узнали при европейских дворах.

Первое широко известное описание путешествия европейца в Россию принадлежит венецианскому дипломату эпохи Возрождения Амброджо Контарини. Из-за долгов соотечественников Контарини царь ненадолго задержал его на обратном пути из Персии. В рассказе о своем пленении и освобождении Контарини называет московитов «красивыми, но грубыми», а патриарха[182]— слишком покорным великому князю. Но как истинного венецианца, его в первую очередь интересовал коммерческий потенциал Московии, особенно торговля пушниной.

В 1501 году обеспокоенный успехами русских ливонский католик Кристиан Бомховер, впоследствии епископ эстонского Дерпта и торговец индульгенциями, с благословения папы призвал к крестовому походу против русских «схизматиков». Московиты в его представлении — это язычники с жестокими варварскими обычаями, а Иван III — преступный тиран, который заключил тайный альянс с татарами и турками для истребления истинных христиан[183]. Такое понимание противоречит действительности, поскольку именно в начале царствования государя Иван III было сброшено татаро-монгольское иго.

В 1514 году польский король Сигизмунд использовал тот же аргумент, убеждая папу и императора, что Польше и Литве необходима помощь в борьбе с русскими варварами, которые, по его словам, являются не христианами, а жестокими язычниками. Идею Сигизмунда о том, что жители Московии — азиаты, а не европейцы, объединившиеся с татарами и турками против христианского мира, поддерживал папский легат, венгр Якоб Пизо. Он должен был заключить мир между Польшей и Московией для совместной борьбы с турками, но занял пропольскую и антимосковскую позицию. Рассказ Пизо о путешествии в Польшу полон враждебности к русским. В частности, он пишет, что великий князь — жестокий тиран, подвергающий тяжелым страданиям русских католиков, в отношении которых якобы «применяются самые жестокие законы; они рождены в таких условиях и смирились со своим ничтожным положением»[184].

Большинство современников Пизо развивали одни и те же темы. Не стал исключением и самый выдающийся из них, австрийский имперский дипломат Сигизмунд фон Герберштейн, автор «Записок о Московии», написанных во время его неоднократных поездок в Россию с 1517 по 1527 год и опубликованных лишь в 1549 году. Сначала он был направлен на восток австрийским императором Максимилианом для сколачивания альянса против польского короля Сигизмунда. Когда же впоследствии Сигизмунду пришла в голову светлая мысль уступить Габсбургам Венгрию, чтобы снискать их благосклонность, Герберштейну было поручено проведение переговоров о «вечном мире» между Польшей и Россией. «Записки о Московии» Герберштейна, несомненно, наиболее документальный источник своего времени. Считается, что благодаря авторитету автора и многочисленным переизданиям именно эта книга положила начало расхожему мнению о «русской тирании»[185].

«Царь властвует над духовенством так же, как и над мирянами, распоряжаясь беспрепятственно по своей воле жизнью и имуществом каждого из своих советников; ни один из них не смеет прекословить ему или дать отпор в каком-либо деле. Они прямо заявляют, что воля государя есть воля Божья и что бы ни сделал государь, он делает это по воле Его <…> Трудно понять, народ ли по своей грубости нуждается в самовластном правителе или же от тирании государя он становится таким грубым, бесчувственным и жестоким».

Герберштейн выделяет в русском политическом устройстве четыре элемента: 1) абсолютизм: великий князь полностью контролирует все политические, административные и военные органы государства; 2) деспотизм: великий князь полностью контролирует собственность, в частности недвижимое имущество своих подданных; 3) рабство подданных: подданные великого князя являются его рабами; 4) псевдобожественность: подданные великого князя поклоняются ему, как самому Богу[186].

На описание Герберштейна будут ссылаться практически все последующие рассказчики вплоть до XVIII века. Впоследствии оно обрастет конъюнктурными комментариями, резкость которых будет ограничена лишь степенью враждебности того или иного автора по отношению к России. С конца XVI века в Германии было опубликовано множество унизительных для России иллюстрированных памфлетов, особенно популярных в протестантской среде. Ивана IV Грозного в них часто обвиняли в запредельной жестокости по отношению к собственным придворным — мятежным боярам — и изображали беспощадным захватчиком и безбожником, который стремится уничтожить Ливонию и весь христианский мир. Памфлет, изданный в 1561 году в Нюрнберге, приписывал русским невероятную жестокость по отношению к женщинам и детям. И это обвинение еще не раз прозвучит на протяжении следующих веков[187].