Эдгар Аллан По и Перуанское Сокровище - Карен Ли Стрит

Четверть часа спустя мы вошли в полицейский участок. Казалось, с тех пор, как мы с отцом Кином впервые пришли сюда заявить о похищении мисс Лоддиджс, лейтенант Уэбстер и капитан Джонсон даже не переменили поз.

– Доброго утра, господа, – заговорил я. – Я – Эдгар По, это – шевалье Огюст Дюпен, а это – мисс Хелен Лоддиджс, та самая леди, о пропаже которой я имел честь сообщить вам две недели назад.

– Ну что ж, похоже, пропажа нашлась, не так ли? – пожал плечами лейтенант Уэбстер.

«Без всякой вашей помощи», – очень хотелось добавить мне, но вместо этого я ответил:

– Да. Это свершилось прошедшей ночью, и профессор Фредерик Ренелле, обвиняемый в ее похищении, а также в убийстве Эндрю Мэтьюза, заключен в Мойаменсингскую тюрьму. Теперь мы пришли просить вас о взятии под арест его сообщника, отца Нолана из Церкви Святого Августина, по подозрению в убийстве отца Майкла Кина и в кражах особо ценных старинных книг из церковной библиотеки.

Лейтенант Уэбстер с капитаном Джонсоном уставились на меня, точно перед ними – умалишенный, сбежавший из приюта в Олд Блокли.

– Вот вам подробное письменное изложение всего, что обрисовал в общих чертах мистер По, – вмешался Дюпен, кладя бумагу на стол перед Уэбстером. – Девятнадцатого марта я был с мистером По в зале Философского общества, где оба мы стали свидетелями тому, как отец Нолан передал профессору Фредерику Ренелле краденые драгоценные книги. Улики, собранные нами во время борьбы за спасение мисс Лоддиджс, также дают все основания полагать Нолана виновным в убийстве отца Майкла Кина, совершенном в библиотеке Академии Святого Августина, где Кин и был обнаружен мертвым утром пятнадцатого марта. Сие преступное деяние Нолан мог совершить сам, а мог поручить убийство коллеги паре своих несомненных сообщников, отцам Хили и Кэрролу. Причина в том, что отец Кин стал свидетелем их незаконной деятельности в стенах Святого Августина. Мы опасаемся, что, узнав об аресте Ренелле, священник может сбежать.

– Поп из Святого Августина – вор и убийца? – с очевидным интересом переспросил лейтенант Уэбстер.

– Я также составила подробное письменное изложение всего, что сообщила полицейскому чиновнику Джермантауна прошлой ночью, – объявила мисс Лоддиджс. – В дополнение ко всему, только что сказанному мистером Дюпеном, отец Нолан, весьма вероятно, вместе с профессором Ренелле замешан в убийстве моего друга, Иеремии Мэтьюза, совершенном двадцать шестого октября тысяча восемьсот сорок третьего года, во время его пребывания на борту корабля, стоявшего на якоре у берега филадельфийского Лазаретто. Я хочу, чтобы убийц моего друга постигла справедливая кара, – жестко сказала она, выкладывая перед лейтенантом Уэбстером несколько исписанных чернилами страниц.

– Слыхал, Джонсон? Да этому попу не впервой душегубствовать, – изумленно поднял брови Уэбстер.

– Да уж слышу, сэр, слышу, – откликнулся Джонсон.

– Опасное местечко этот Святой Августин, а?

– Просто-таки заправское осиное гнездо, – согласился Джонсон.

– Значит, вам нужно действовать, – подытожила мисс Лоддиджс, словно бы разговаривая со слабоумными.

– О, это мы мигом, – ответил Уэбстер, ухмыльнувшись в сторону Джонсона.

– Прекрасно. Значит, с этим решено. А теперь я хотела бы получить назад свои перчатки – перчатки желтого цвета. Мистер По передал их вам как улику, свидетельствовавшую о моем похищении. Вместе с украшением – колибри с моей шляпки.

– Джонсон, есть у нас тут желтые перчатки и украшение в виде птицы? Доставленные мистером По две недели назад?

Джонсон окинул взглядом тянувшуюся вдоль стены полку с тридцатью отделениями, пошарил в ячейке под литерой «П», извлек наружу небольшой сверток в коричневой оберточной бумаге и развернул его перед мисс Лоддиджс. Внутри оказался крохотный колибри, угнездившийся поверх пары миниатюрных желтых перчаток.

– Не они ли?

– Благодарю вас.

Мисс Лоддиджс натянула перчатки, приладила украшение к шляпке, словно возвращая птицу в гнездо, и устремила взгляд на чиновников.

– Ну, а теперь не проследовать ли нам к Святому Августину, джентльмены?

Сказать откровенно, то был отнюдь не вопрос. Мисс Лоддиджс устремилась к выходу. Лейтенант Уэбстер подхватил полицейскую дубинку и поднялся на ноги.

– Давай-ка, Джонсон, возьмем наш фургон – и поехали, сцапаем этого попа, – с нескрываемым удовольствием сказал он.

Джонсон встал из-за стола и тоже взмахнул дубинкой.

– С нашим удовольствием, сэр. С нашим удовольствием.

* * *

Не дожидаясь приглашения, мы проследовали прямо в библиотеку, и взгляд мой вновь привлекли слова «Tolle Lege», выбитые на мраморной доске напротив входа. Словно во исполнение сего напутствия, большую часть мест за столами занимали ученики, поглощенные безмолвными трудами. Отец Нолан также сидел за своим столом, углубившись в чтение, и я повел Уэбстера с Джонсоном к нему. За нами рысцой устремилась мисс Лоддиджс, а следом за нею шел и Дюпен.

– Вот это и есть отец Нолан, – сказал я.

При звуке моего голоса священник вздрогнул от неожиданности, поднял взгляд, увидел нашу небольшую процессию и удивленно округлил глаза.

– Мистер Нолан, вы обвиняетесь в убийстве Майкла Кина, в кражах драгоценных старинных книг с целью перепродажи оных, в пособничестве преступлениям недавно арестованного Фредерика Ренелле и в соучастии в убийстве Иеремии Мэтьюза близ Лазаретто. И я с великим удовольствием препровожу вас в Мойаменсингскую тюрьму, где уже сидит ваш подельник, – объявил лейтенант Уэбстер.

– Я не имею ни малейшего представления, о чем вы говорите! – откликнулся отец Нолан с таким абсолютным непониманием на лице, что я едва ему не поверил.

– Не отягощайте своих преступлений запирательствами. Встаньте, сэр, – сказал Дюпен, повелительно взмахнув увенчанной головою кобры тростью. Рубиновые глазки змеи сверкнули в солнечном луче, точно живые.

В силу какой-то непостижимой причины отцу Нолану вздумалось пуститься в бегство, однако дубинка Уэбстера метко ударила его по коленям. Служитель Господа, как подкошенный, рухнул на пол, а Дюпен, выхватив из трости рапиру, приставил ее к горлу беглеца. Вокруг дружно заахали. Оглянувшись, я увидел, что ученики бросили чтение и во все глаза смотрят на нас. Джонсон достал из кармана короткий отрезок веревки и умело связал отцу Нолану руки. Тут в библиотеку, нежданный, вошел отец Мориарти – должно быть, кто-то успел известить его о нашем появлении.

– Что здесь происходит? – властно спросил он.

– Ведем в тюрьму убийцу и вора, – самым обыденным тоном ответил ему Уэбстер.

– Отец Нолан крал из библиотеки драгоценные книги и продавал их, – сказал я. – А еще мы уверены, что он причастен к убийству отца Кина.

Отец Мориарти оторопел.

– Разумеется, все это вздор, – негромко проговорил настоятель Святого Августина. – Зачем ему пускаться на такое? Ведь он – слуга Господа.