Эдгар Аллан По и Перуанское Сокровище - Карен Ли Стрит

Дюпен задумчиво хмыкнул.

– Искатели сокровищ и расхитители гробниц, – проговорил он. – Проклятие исследователей древних эпох. Да, полагая, что Мэтьюзы знают путь к разыскиваемым им сокровищам, подобного рода субъект вполне мог пойти на убийство. Возможно, негодяй с сообщниками, каковые у него наверняка имеются, убеждены, что в дневнике содержится ключ к отысканию клада.

– Да, – согласился я. – Мисс Лоддиджс упоминала о жалобах отца на то, что некоторых предметов из перечисленных в дневнике не оказалось в наличии, когда груз прибыл в Лондон. Это может означать, что вор что-то искал среди собранных Иеремией Мэтьюзом образцов. А отец Кин обнаружил то, что упустила мисс Лоддиджс – семь страниц, спрятанных в кармашке под плотной мраморной бумагой, соединяющей страницы с обложкой. На этих страницах оказались записи, по всей вероятности, сделанные Эндрю Мэтьюзом во время его последней экспедиции, в тысяча восемьсот сорок первом. И на этих страницах отец Кин сразу же заметил две ошибки.

Взлетевшая с берега стайка крякв с шумным плеском опустилась на воду. Дюпен замедлил шаг и остановился.

– Ошибки вы помните? – спросил он.

– Не в точности, но… Там были описаны две птицы, которых Эндрю Мэтьюз якобы наблюдал в горах Чачапояс, тогда как в действительности эти птицы обитают здесь, в наших краях, а вовсе не в Перу.

– Любопытно. Опытный птицелов подобных ошибок не допустит. Таким образом, ошибки сделаны намеренно.

– То же самое подумал и отец Кин. Он предполагал, что это некие подсказки.

– Великолепное умозаключение.

– Неизвестные перевернули кабинет отца Кина вверх дном и забрали диораму. Очевидно, искали дневник, но, скорее всего, не нашли. Подозреваю, отец Кин его спрятал.

Вынув из кармана ключ на длинном красном шнурке, надежно привязанном к жилетной пуговице, я показал его Дюпену.

– Вот это он положил в конверт, оставленный для меня отцу Нолану. Нолан считает, что это ключ от одного из библиотечных шкафов, где хранятся драгоценные старинные книги.

– Я непременно на них взгляну, – оживился мой друг, дневавший и ночевавший в парижских библиотеках и книжных лавках.

– Это не так-то просто, – предупредил я. – Отец Мориарти, глава академии, велел запереть библиотеку и очень разгневался, обнаружив там меня.

– Нужно найти способ. Наверняка там, в шкафу, найдется нечто, указующее путь к дневнику. Возможно, друг пытался предупредить вас о книге, содержащей жизненно важные сведения о таинственном кладе, который ищет его убийца.

Дюпен был прав. Придется рискнуть навлечь на себя немилость отца Мориарти, каковы бы ни оказались последствия.

– Я спрашивал отца Нолана, нельзя ли прийти туда сегодня с утра, пока отец Мориарти завтракает.

– Великолепно. Тогда идемте немедля. Время дорого. Чем скорее мы отыщем дневник, тем скорее сумеем найти и мисс Лоддиджс. Боюсь, если она не сможет или не пожелает предоставить похитителю нужные сведения, он вскоре сочтет ее бесполезным бременем. Ну, а когда ему надоест ее прятать, скорее всего, избавится от пленницы: не может же он отпустить ее, оставшись безнаказанным.

В этот момент кряквы, до сих пор вальяжно рассекавшие воды Скулкилла, громко захлопали крыльями и взвились в воздух. Казалось, сердце мое вот-вот вырвется из груди! Опасаясь, не крадется ли следом за нами убийца отца Кина, я лихорадочно заозирался по сторонам. Дюпен тоже насторожился и оглядел окрестности: не видно ли кого?

– Если за утками крался хищник, добычу он упустил, – заметил мой друг. – А если их спугнул человек, кравшийся за нами, он очень хорошо прячется.

Я нутром чувствовал на себе чужой взгляд. Дюпен, судя по его усилившейся бдительности, чувствовал в точности то же самое.

– Сюда, – сказал я, указывая на тропинку через поле, что вела к городу и Церкви Святого Августина.

Скорым шагом двинулись мы прочь от реки, но страх – еще более усилившийся – неотвязно следовал за мной.